Формирование Древнегреческой государственности

55124
знака
0
таблиц
0
изображений

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

Введение

Глава 1. Формирование древнегреческой государственности

1.1. Возникновение государства в античном мире и особенности становления полисной системы

1.2. Роль дорийского завоевания в формировании Древнеспартанской государственности

1.3. Становление Спартанского государства

Глава 2. Особенности общественного строя Спартанского государства

2.1. Спартиаты – господствующий класс Спартанского государства

2.2. Правовое положение периэков

2.3. Особенности правового статуса илотов

Глава 3. Характерные черты организации власти в Древней Спарте

3.1. Особенности царской власти как главного конституционного института в Спартанском государстве

3.2. Основные направления деятельности Совета старейшин в Древней Спарте

3.3. Народное собрание – институт власти Спартанского государства

3.4. Коллегия эфоров как важнейший институт управления

Глава 4. Реформы царя Ликурга. Особенности права Спарты

Заключение

Список использованных источников


Введение

античный государственность ликург спартанский право

На юге Эллады (полуостров Пелопоннес) самым ранним и наиболее значительным из образовавшихся полисных государств была Спарта, постепенно подчинившая себе большинство соседних областей. В силу ряда исторических причин, становление здесь государственности было отмечено значительными особенностями по сравнению с другими греческими полисами. Это предопределило сохранившиеся надолго особые черты общественного уклада и государственной организации в древней Спарте.

Спарта была более чистым и непосредственным историческим результатом дорийского завоевания, чем другие греческие полисы. Захватывая в IX в. до н. э. юг Эллады, дорийцы в большей степени не ассимилировали, а вытесняли или порабощали местное население. Тем самым дорийцы становились в совершенно особые изначальные отношения с более многочисленными ахейскими народами. Разрушив древнюю столицу Лаконии (Ферапнею), дорийцы загнали в горы прежнее население и в начале IX в. основали несколько типичных для той эпохи завоевания поселков. Четыре из этих селений впоследствии слились в единый полис – Спарту, которая стала центром будущего государства.

Можно утверждать, что в классический период в Греции было два ведущих полиса – Афины и Спарта. Оба этих государства, каждое по своему, внесли огромный вклад в становление и развитие античной цивилизации.

Предметом курсового исследования являются общие закономерности становления и развития государственности и права в Древней Спарте.

Объектом работы являются правоотношения, имевшие место в Древней Спарте.

Целью данного курсового исследования является комплексное изучение процесса становления Спартанской государственности, анализ общественного и государственного строя Спарты, а также характеристика реформ, проведенных царем Ликургом и особенностей права Спарты.

Достижение поставленной цели работы предполагает решение следующих задач:

-  анализ возникновения государства в античном мире;

-  характеристика особенностей становления полисной системы;

-  анализ влияния дорийского завоевания на становление Спартанской государственности;

-  раскрытие правового статуса господствующего класса Спартанского государства;

-  анализ правового положения периэков;

-  характеристика правового статуса илотов;

-  анализ особенностей царской власти как основного конституционного института;

-  характеристика деятельности Совета старейшин в Спарте;

-  анализ спартанского Народного собрания;

-  выделение и исследование основных реформ, проведенных царем Ликургом;

-  исследование права Спарты.

Методологической основой курсового исследования является диалектический метод познания. При написании работы также использовались исторический, описательный, системный, логический методы научного познания, методы аналогии, научного обобщения и комплексного правового анализа.

Теоретическую основу курсового исследования составили работы следующих авторов: О.А. Жидков, Н.А. Крашенникова, О.А. Омельченко, А.В. Вениосов, В.А. Шелкопляс, Н.И. Ильинский, В.В. Сажина, М.Н Прудников, Л.Г. Печатнова и др.


Глава 1. Формирование древнегреческой государственности

1.1  Возникновение государства в античном мире и особенности становления полисной системы

История цивилизации с присущей ей государственно-правовой организацией человеческой жизни начинается с Древнего Востока. Ее новая и более высокая ступень связана с развитием античного (греко-римского) общества, сформировавшегося на юге Европы в бассейне Средиземного моря. Своего апогея и наибольшего динамизма античная цивилизация достигает в I тысячелетии до н.э. – в начале I тысячелетия н.э. Именно к этому времени относятся успехи греков и римлян во всех сферах человеческой деятельности, в том числе и в политико-правовой. Именно античности человечество обязано многими шедеврами литературы и искусства, достижениями науки и философии, уникальными образцами демократической государственности [2, с. 63].

Создание первых протогосударств, а затем и более крупных государственных образований на юге Балканского полуострова и на островах Эгейского моря в III – II тысячелетии до н.э. было результатом завоевания греками-ахейцами автохтонного населения этого региона (пеласгов, минойцев). Завоевание привело к перемешиванию и к скрещиванию различных культур, языков и. народов, что породило высокую крито-микенскую цивилизацию, представленную целым рядом возвышавшихся и приходивших в упадок государств (Кносского, Микенского царства и т.д.).

Монархический характер этих государств, наличие крупного государственно-храмового хозяйства и земельной общины свидетельствовало об их сходстве с типичными восточными монархиями. Крито-микенские традиции еще долго сказывались на последующей государственности греков-ахейцев, для которой было характерно наличие общинного уклада, связанного с царским дворцом, выполнявшим функции верховного хозяйственного организатора [2, с. 63].

Одной из важнейших особенностей в образовании государства в Древней Греции было то, что сам этот процесс в силу постоянной миграции и перемещения племен шел волнообразно, прерывисто. Так, вторжение в XII в. до н.э. в Грецию с севера дорийских племен вновь отбросило весь естественный ход становления государственности назад. Последовавшие за дорийским вторжением «темные века» (XII в. до н.э. – первая половина VIII в. до н.э.), а затем и архаический период вновь вернули эллинов к племенной государственности и протогосударствам.

О.А. Жидков отмечает, что своеобразное сочетание внутреннего и внешнего факторов в процессе генезиса государства в Греции делает недостаточно убедительным распространенный в отечественной литературе тезис о том, что возникновение государства происходит в «чистом виде», т.е. непосредственно из разложения родового строя и классообразования [2, с. 63].

Особенности процесса становления государственности в античном мире (в отличие от стран Востока) во многом предопределялись природно-географическими факторами. Греция, например, представляла собой горную страну, где было мало плодородных и пригодных для зерновых культур земель, особенно таких, которые требовали бы, как на Востоке, проведения коллективных ирригационных работ. В античном мире не могла получить распространение и сохраниться земельная община восточного типа, зато в Греции сложились благоприятные условия для развития ремесла, в частности металлообработки. Уже в III тысячелетии до н.э. греки широко использовали бронзу, а в I тысячелетии до н.э. орудия из железа, что способствовало повышению эффективности труда и его индивидуализации. Широкое развитие обменных, а затем и торговых отношений, особенно морской торговли, способствовало быстрому становлению рыночного хозяйства и росту частной собственности. Усилившаяся социальная дифференциация стала основой острой политической борьбы, в результате которой переход от примитивных государств к высоко развитой государственности проходил более стремительно и с более значимыми социальными последствиями, чем это имело место в других странах древнего мира.

Природные условия повлияли на организацию государственной власти в Греции и в другом отношении. Горные хребты и заливы, которые рассекали морское побережье, где проживала значительная часть греков, оказались существенным препятствием для политического объединения страны и тем более делали невозможным и ненужным централизованное управление. Таким образом, сами естественные барьеры предопределили возникновение многочисленных, сравнительно небольших по размеру и достаточно изолированных друг от друга городов-государств – полисов. Полисная система была одной из самых значительных, практически уникальных черт государственности, характерных не только для Греции, но и для всего античного мира [2, с. 64].

Географическая и политическая замкнутость полиса (в материковой части и на островах) при далеко зашедшем разделении труда делала его зависимым от вывоза ремесленных изделий, от ввоза зерна и рабов, т.е. от общегреческой и международной морской торговли. Море играло огромную роль в жизни античного (прежде всего – греческого) полиса. Оно обеспечивало его связь с внешним миром, с другими полисами, с колониями, с восточными странами и т.д. Море и морская торговля связывали в единую полисную систему все города-государства, создавали открытую общегреческую и средиземноморскую политическую культуру, цивилизацию.

С точки зрения своей внутренней организации античный полис представлял собой закрытое государство, за бортом которого оставались не только рабы, но и чужаки-иностранцы, даже выходцы из других греческих полисов. Для самих же граждан полис являлся своего рода политическим микрокосмосом со своими священными для данного города формами политического устройства, традициями, обычаями, правом и т.д. Полис заменил у древних греков распавшиеся под влиянием частной собственности земельно-общинные коллективы гражданской и политической общиной. Большие различия в экономической жизни, в остроте политической борьбы, в самом историческом наследии являлись причиной большого разнообразия внутреннего устройства городов-государств. Но безусловное преобладание в полисном мире имели различные республиканские формы – аристократия, демократия, олигархия, плутократия и т.п. [4, с. 53].

Само развитие греческого общества от патриархальных структур и протогосударств гомеровской эпохи до классического рабства и расцвета античной демократии обнаруживает некоторые закономерности в развитии политической жизни и в смене самих форм устройства городов-государств. В конце II тысячелетия до н.э., о чем свидетельствует и гомеровский эпос, в греческом мире наблюдалась сравнительно общая тенденция к усилению власти царя как военачальника, судьи, верховного руководителя дворцового хозяйства и т.д. В методах его правления все более проступали деспотические черты, присущие монархам древности, особенно восточным.

Распад патриархально-общинных связей, на которые опиралась единоличная власть царя, рост оппозиции со стороны аристократических семей, обладающих большими богатствами и общественным влиянием, имели своим результатом практически во всем античном мире уничтожение царской власти, сопровождавшееся в ряде случаев убийством самого царя [2, с. 64].

Ликвидация монархии привела к победе в античном мире республиканского строя, а также к окончательному утверждению (до эпохи кризиса и разложения рабовладельческого общества) полисной системы организации государства. Но в раннереспубликанский период демократический потенциал, присущий полисной системе, предусматривающей элементы непосредственной демократии (народные собрания и т.д.), не получил полного развития. Простой народ в полисах, не имевший политического опыта и черпавший свои представления о власти из патриархально-религиозного прошлого, уступил бразды правления практически во всех античных полисах родовой, жреческой и новой имущей аристократии.

Во многих греческих городах-государствах окончательному утверждению демократического строя предшествовала узурпация власти единоличными правителями-тиранами, обычно выходцами из аристократической среды, но использующими свою власть для подрыва старых аристократических и патриархальных порядков, для защиты интересов широких слоев населения полиса.

К VI – V вв. до н.э. на первый план среди нескольких сотен древнегреческих полисов выдвигаются два наиболее крупных и сильных в военном отношении государства-города: Афины и Спарта.

Причем, следует отметить, что Спарта вошла в историю как образец аристократического военно-лагерного государства, которое ради подавления огромной массы подневольного населения (илотов) искусственно сдерживало развитие частной собственности и безуспешно пыталось сохранить равенство среди самих спартиатов [2, с. 65].

Таким образом, можно сделать вывод, что античный мир оказал огромное влияние на развитие человеческой цивилизации. Полисная система являлась ярким примером реализации принципов республиканизма, демократизма, индивидуализма и гражданства в полисах.

1.2 Роль дорийского завоевания в формировании Древнеспартанской государственности

На рубеже XIII – XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности – дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э., окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную, в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады. Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности [4, с. 53].

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени. Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной). Правил в таком городе басилей – жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки – скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе. Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы сохранили немало фактов об оспаривании трона другими представителями племени, мужчинами [4, с. 53].

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы. Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам – этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами. Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город [4, с. 53].

Следовательно, можно указать, что дорийское завоевание оказало огромное влияние на сам процесс формирования полисной системы. Именно указанное завоевание повлияло на становление городов-государств, какими в последствии стали Афины и Спарта.

1.3 Становление Спартанского государства

Анализируя процесс становления Спартанского государства, необходимо отметить, что Спарта представляла собой полис, оказавший большое влияние на историю Древней Греции. В основе возникновения государства в Спарте, относимого обычно к VIII – VII вв. до н.э., лежали общие закономерности разложения первобытнообщинного строя. Но если в Афинах эти закономерности привели практически к почти полному отмиранию родоплеменных отношений, то в Спарте процесс возникновения государства отличался существенными особенностями и сопровождался сохранением значительных остатков родовой организации.

Главной особенностью исторического развития Спарты, как было отмечено выше, являлось вмешательство в становление классового общества внешнего насильственного фактора. Миграция племен на Балканском полуострове, начавшаяся в XII в. до н.э., сопровождалась военными столкновениями между ними. Объединение завоевателей пришлых дорийских племен с местными ахейскими в долине Лакеонии привело к образованию спартанской общины и позволило ей в VIII – VII вв. до н.э. расширить пределы своих владений, поработить население завоеванной соседней области – Мессении и поставить в зависимость население, жившее на периферии завоеванной территории.

Завоевание привело к возникновению совместной собственности завоевателей на землю – основное в тех условиях средство производства – и рабов. Вместе с ней возникла и четкая классовая дифференциация – спартиаты превратились в господствующий класс рабовладельцев, а покоренные жители в рабов или неполноправных граждан.

Организация политической власти у спартиатов была типичной для периода распада первобытнообщинного строя – два родоплеменных вождя (как результат объединения дорийских и ахейских племен), совет старейшин, народное собрание. Но она не давала достаточных средств для господства над покоренным населением, численность которого примерно в 20 раз превышала численность завоевателей. Объективно возникла потребность в организации политической власти, не совпадающей со всем населением, обеспечивающей незначительной его части господство над массой порабощенных [2, с. 74].

Социальное и политическое устройство Спарты этого периода было закреплено ретрой (договором), приписываемой легендарному законодателю Ликургу. Ликург как историческая личность, вероятно, не существовал, время его реформ точно не установлено. Считается, что ретра относится к VIII – VII вв. до н.э., а окончательно «ликургов строй» сложился к концу VII – началу VI в. до н.э. Ретра (возможно, их было несколько) пыталась решить две основные задачи – обеспечить единство спартиатов путем сдерживания имущественной дифференциации между ними и создать организацию их совместного господства над завоеванным населением [2, с. 74].

Таким образом, можно сделать вывод, что процесс возникновения Спартанского государства во многом зависел от мощного внешнего фактора. На наш взгляд, можно утверждать, что Спарта возникает путем завоеваний. В связи с этим возникновение государства и государственных органов происходит очень быстро. Поэтому в обществе определенное время существовали пережитки первобытнообщинного строя.


Глава 2 Особенности общественного строя Спартанского государства 2.1 Спартиаты – господствующий класс Спартанского государства

Все полноправные граждане Спарты являлись членами общины равных и могли называть себя спартиатами. Термин «спартиаты» использовался для отличия спартанских граждан от периеков и илотов. В трудах античных авторов, которые по большей части являются историями войн, довольно трудно и редко можно выделить спартиатов как отдельную социальную группу. Это объясняется тем, что спартанское войско, обязательно включавшее в себя и периеков, обозначалось, как правило, общим для этих двух категорий этниконом – лакедемоняне. Однако, если по ходу изложения надо было выделить спартиатов из общей массы лакедемонян, источники легко это делали. Об этом свидетельствует ряд мест у Геродота, Исократа и других греческих авторов [6].

Вместе с тем следует указать, что в период архаики, появился еще один термин для обозначения спартанских граждан – «равные» или в греческом варианте – «гомеи». Этот термин зафиксирован для времени Ликурга и основания Тарента [6]. На наш взгляд, пока спартанский гражданский коллектив в своей массе был единым, оба термина – «спартиаты» и «гомеи» – скорее всего были синонимами и, соответственно, эквивалентами спартанскому гражданству in corpore. В архаических период сословие равных соответствовало и совпадало со всем гражданством.

Конечно, слово «гомеи» вряд ли могло быть вполне официальным обозначением полноправных спартанских граждан. Скорее всего, оно возникло в среде самих спартиатов в еще достаточно раннее время. Оно использовалось членами гражданской корпорации для подчеркивания своего особого аристократического равенства и никакой другой нагрузки вплоть до начала IV в. до н.э. в себе не несло. Само появление такого термина, как «равные», считает Л.Г. Печатнова, свидетельствует о высочайшем самосознании спартиатов, которые очень рано стали осознавать себя членами аристократической корпорации [6].

По мнению древних авторов, именно Ликург подтолкнул спартанское общество к формированию подобного гражданского коллектива, между членами которого существовали сложные многоуровневые связи. По словам Исократа, сохранение корпоративного единства было главной целью законодателя: «Лишь для себя они установили равноправие и такую демократию, какая необходима для тех, кто намерен навсегда сохранить единодушие граждан» (XII, 178) [6], [7, с. 86.]

Законодательство Ликурга утвердило равенство граждан перед законом, а наделение клерами сделало их экономически свободными. Но сохранение этой системы было бы невозможно без жесткой регламентации общественной и личной жизни граждан. При огромной количественной диспропорции спартиатов и илотов Спарта, по замечанию древних авторов, постепенно превратилась в некое подобие военного лагеря, где каждый член сообщества обязан был исполнять свой долг перед коллективом (Исокр., VI, 81; Плат. Зак,. 666Е; Плут. Лик., 24,1) [6].

Структурирование общества по военному образцу способствовало сохранению в Спарте четкого деления на возрастные классы. Для унифицированной и эффективной подготовки молодых граждан была создана достаточно рано система общественного воспитания. Сущность этой системы заключается в том, что все мальчики гражданского происхождения, начиная с семилетнего возраста и до 18-20 лет, получали одинаковое воспитание в закрытых полувоенных школах (агелах), где основное внимание обращалось на физическую и идеологическую подготовку молодого поколения. Внутри агел мальчики были также разделены по возрастному принципу. Воспитатели, развивая в них дух соревновательности и соперничества, старались уже на ранних этапах выделить из их среды лидеров. Таким образом, фундаментом спартанского воспитания было поощрение не только дисциплины, но и личных заслуг. В дальнейшем по этому же принципу выбирались кандидаты в корпус всадников [6].

Прохождение полного образовательного курса было обязательным условием для инкорпорирования молодых спартанцев в гражданский коллектив. Достигнув двадцатилетнего возраста, спартанцы получали гражданские права. Но вплоть до тридцати лет они продолжали оставаться под полным контролем воспитателей. Надзор над ними осуществляли также их сотоварищи из старших возрастных групп. Они следили за тем, чтобы молодые граждане не отходили от регламентированного типа поведения даже в мелочах. На все возрастные классы в Спарте распространялся этот принцип – принцип полного соподчинения, при котором более старшие возрастные группы выполняли функцию контроля над младшими.

Только после тридцати лет спартанец, наконец, покидал казарму и получал право на частную жизнь, хотя и в несколько урезанном виде: ведь государство осуществляло контроль и над этой весьма деликатной сферой. Безбрачие и отсутствие детей считались позором для гражданина и заслуживали общественного порицания.

В условиях закрытого общества, каким была Спарта, государственная идеология успешно внедрялась с помощью единообразного воспитания и общего для всех спартиатов стандартов поведения. Для чистоты эксперимента, как свидетельствуют древние авторы, спартанские власти старались не выпускать собственных граждан за пределы страны и ограничивать въезд иностранцев в Спарту.

Объединяющим началом для всех спартанцев было членство их в сисситиях (буквальное значение этого слова – «совместное питание» или «общий стол»), которое воспринималось как знак принадлежности к числу «равных» [7, с. 87].

Спарта была единственным городом в Греции, полностью лишенным каких-либо оборонительных укреплений. Это было сделано специально, чтобы постоянно тренировать у граждан чувство опасности и приучать их к мысли, что их город – это действительно военный лагерь.

Главной и безусловной обязанностью граждан была военная служба. Она длилась до шестидесяти лет, после чего спартиаты могли быть избраны в герусию, или совет старейшин.

Таким образом, необходимо указать, что господствующий класс Спартанского государства составляли спартиаты. Только они считались полноправными гражданами. При сохранении совместной собственности граждан на землю принадлежность к господствующему классу поддерживалась предоставлением каждому спартиату в пользование земельного надела (клера) вместе с прикрепленными к нему рабами – илотами, труд которых обеспечивал средствами существования спартиата и его семью.

Жили спартиаты в подобии города, объединявшего 5 селений и напоминавшего, как было указано выше, своеобразный военный лагерь. Их быт был строго регламентирован и главной обязанностью считалась военная.

Вместе с тем, на наш взгляд, все эти ограничения не могли предотвратить развитие имущественной дифференциации, подрывавшей единство и «равенство» спартиатов. Поскольку земельные наделы наследовались только старшими сыновьями, остальные могли получить лишь выморочные наделы. Если таких не было, они переходили в разряд гипомейонов (опустившихся) и теряли право участвовать в народном собрании и сисситиях. Численность гипомейонов неуклонно возрастала, а численность спартиатов соответственно сокращалась – с девяти до четырех тысяч к концу IV в. до н.э. [2, с. 75].

2.2 Правовое положение периэков

Периэки – жители периферийных горных неплодородных районов Спарты – занимали в правовом отношении промежуточное положение между спартиатами и илотами. Они были лично свободны, обладали имущественной правоспособностью, но не пользовались политическими правами и находились под надзором особых должностных лиц – гармостов. На них распространялась военная обязанность: они должны были участвовать в сражениях в качестве тяжеловооруженных воинов. Основное занятие периэков – торговля и ремесло. По своему положению они были близки к афинским метекам, но в отличие от последних высшие должностные лица государства могли казнить их без суда [2, с. 75].

О.А. Омельченко, также отмечает, что периэки являлись неполноправным, но более свободным населением, чем илоты. Они жили по окраинам страны, вели самостоятельное хозяйство и с него платили государственные подати; их также привлекали к военной службе. Периэки обладали собственным самоуправлением, но в общегосударственных делах подчинялись спартанским царям. Периэкам, в отличие от спартиатов, дозволялось не только трудиться на земле, но и заниматься ремеслами, торговлей, которые вообще были слабо развиты, в том числе из-за традиционной политики дорийцев, направленной на всемерное сохранение родового равенства и земледельческого уклада [4, с. 55].

Л.Г. Печатнова указывает, что существует много научных гипотез об этническом составе периэкских общин. Все они сводятся к трем основным идеям: периэки – потомки ахейского населения, периэки – потомки дорийцев, и, наконец, периэки – конгломерат ахейцев и дорийцев [6]. На наш взгляд, версия о смешанном этническом происхождении периэков наиболее приемлема.

Л.Г. Печатнова, также отмечает, что в качестве военных союзников периэкские города участвовали во всех военных кампаниях Спарты. Военная служба была их главной и безусловной повинностью [6].

Вопрос о политическом статусе периэкских общин внутри спартанского государства является сложной научной проблемой. Источников по этому вопросу очень мало. А те, что есть, или слишком лаконичны, или относятся к очень позднему уже римскому периоду. Сами по себе периэки мало интересовали греческих историков. Они упоминаются только ad hoc в контексте военных событий. Поэтому довольно сложно проанализировать место периэкских общин в структуре спартанского государства.

В процессе завоевания Лаконии отношения между Спартой и покоренными периэкскими городами, скорее всего, строились на договорных началах. Строгой унификации еще не было. Как и в Риме, у Спарты, по-видимому, были привилегированные и опальные общины, в зависимости от степени их лояльности. Большое значение имели и соображения стратегического порядка. Периэкские общины, расположенные на северных рубежах Спарты, по-видимому, пользовались какими-то преимуществами. Они защищали Спарту с севера и являлись ее важными форпостами на северных границах государства. Кроме того, именно на севере Лаконии дорийцы составляли основную часть населения в отличие от юга, где ахейский элемент всегда был значительным [6].

Все периэкские города были одновременно и военными союзниками Спарты и подчиненными общинами. Это двойственное положение полисов периэков проявлялось во многих деталях их политической и экономической жизни. Города периэков полностью были лишены внешнеполитической инициативы. Вся внешняя политика находилась в руках спартанской правящей элиты. Но внутреннюю автономию, хотя и в несколько урезанном виде, спартанцы общинам периэков оставили. Это значит, что все города периэков продолжали оставаться полисами с функционирующими там народными собраниями и полисными магистратурами [6].

В отличие от самих спартиатов периэки никак не были ограничены и в своей профессиональной деятельности. Они являлись самой энергичной и подвижной частью общества. Их основные профессиональные занятия – торговля, мореплавание, ремесла. В эту область их деятельности спартанцы никак не вмешивались.

Хотя периэки были во многих отношениях привилегированным сословием и пользовались почти абсолютной экономической свободой, но полисы, сохранявшие традиции свободных дорийцев, были недовольны знаками своего подчиненного положения: наличием налогов, присутствием, по крайней мере, в некоторых случаях, спартанских гармостов и полным отстранением от решений, связанных с внешней политикой. Поэтому на протяжении всей истории Спарты отношения периэков к спартанцам отличались двойственностью. С одной стороны, периэки вместе со спартанцами защищали общую для них территорию Лаконии, а с другой стороны, они не могли забыть своей политической зависимости от лидирующего полиса. В силу этой двойственности, пока спартанское государство оставалось сильным, полисы периэков сохраняли лояльность, а их антиспартанские выступления носили локально-эпизодический характер [6].

Полностью освободиться от власти Спарты полисы периеков сумели только в период римского господства и только благодаря вмешательству Рима.

2.3 Особенности правового статуса илотов

Илоты – порабощенные жители Мессении – были собственностью государства. Они предоставлялись в распоряжение спартиатов, обрабатывали их землю и отдавали им около половины урожая (на домашних работах спартиаты использовали рабов из военнопленных). Хотя в Спарте, как и в Афинах, эксплуатация рабского труда стала основой общественного производства, коллективное спартанское рабовладение отличалось от классического рабства. Илотия была специфической формой рабства. Илоты практически самостоятельно вели свое хозяйство, не были товаром, подобно рабам, и свободно распоряжались оставшейся у них частью урожая. Их экономическое и социальное положение было близким к положению крепостных крестьян. Предполагается, что они имели семью и образовывали какое-то подобие общины, являвшейся коллективной собственностью общины спартиатов.

Илоты участвовали в войнах Спарты в качестве легковооруженных воинов. Они могли выкупиться на свободу, но в других отношениях были совершенно бесправными. Ежегодно спартиаты объявляли илотам войну, сопровождавшуюся массовыми убийствами. Впрочем, убийство илота допускалось и в любое другое время [2, с. 75].

О.А. Омельченко, также указывает, что илоты жили на участке со своими семьями, не могли с него уйти, часть произведенного должны были отдавать в качестве государственного налога условным собственникам – спартиатам. Причем нельзя было требовать более установленной властями нормы. Илоты были лишены каких-либо прав, даже право на жизнь не было безусловным, поскольку по решению властей периодически проводились «чистки» всегда готового восстать населения [4, с. 55].

Л.Г. Печатнова отмечает, что особый статус илотов прекрасно чувствовали древние авторы. Недаром илотов они называли или рабами общины (Павс., III, 21,6), или государственными рабами (Страб., VIII, 5,4, p.365), подчеркивая тем самым их зависимость от спартанской общины в целом. От рабов классического типа илоты действительно отличались целым рядом привилегий: это право на семейную жизнь, на хотя и ограниченное, но владение частной собственностью (так по свидетельству Фукидида (IV, 26,6), в 425 г. до н.э. некоторые мессенские илоты имели собственные лодки). Их узаконенное прикрепление к земле, с одной стороны, ставило илотов в положение крепостных крестьян, но с другой, – гарантировало им и их потомкам сохранение определенного жизненного уклада. Между илотами и их хозяевами, спартиатами, стоял закон, который регулировал отношения этих двух социальных групп. Илоты, например, могли быть уверены, что их не продадут за границу, что с них не возьмут налог, больше установленной нормы, что распоряжаться их жизнью если кто и может, то только государство, а не частные граждане. Им также была дарована одна, по крайней мере, религиозная гарантия – право убежища в храме Посейдона в Тенаре [6].

В правовом отношении илоты считались собственностью всего спартанского государства in corpore. Эта связь илотов с государством проявилась в целом ряде правовых актов, обеспечивающих государственный контроль над илотами, в таких, например, как криптии и ежегодное объявление эфорами войны илотам от имени всего полиса. Но феномен илотии заключается как раз в двойственной зависимости илотов как от государства, так и от их собственных индивидуальных владельцев.

Л.Г. Печатнова указывает, что можно проследить деление всей массы илотов на две большие группы по «национальному» признаку – на мессенских и лаконских илотов. Эти две группы различны и по своему происхождению, и по времени образования, и по количественным характеристикам.

Лаконские илоты должны были находиться в более привилегированном положении, чем мессенские. Различное отношение к этим двум группам илотов специально культивировалось спартанским обществом и было одним из основных принципов социальной политики Спарты. Подобное дифференцированное отношение к илотам было надежным средством для того, чтобы воспрепятствовать их объединению [6].

Таким образом, следует отметить, что в Спарте, как в одном из самых известных полисов Древней Греции, отчетливо была видна идея гражданства: человек имеет все права только в том случае, если он является гражданином полиса. Поэтому все население Спарты делилось на три группы: спартиаты (граждане полиса), периэки (неполноправные) и илоты (рабы, хотя и с определенными привилегиями.


Глава 3. Характерные черты организации власти в Древней Спарте

3.1 Особенности царской власти как главного конституционного института в Спартанском государстве

Государственный строй Спарты сформировался в результате преобразования военной демократии в государственную организацию, сохранявшую некоторые черты родо-племенной организации власти. Это привело к «ликургову строю», сложившемуся, как отмечалось, к VI в. до н.э. Некоторые историки рассматривают его как переворот, связанный с окончанием завоевания Мессении и установлением илотии, потребовавшими консолидации общины спартиатов путем уравнения их в экономическом отношении и политических правах, превращения ее в военный лагерь, господствующий над массами порабощенного населения.

Во главе государства стояли два архагета [1, с. 159]. В литературе их часто называют царями, хотя даже афинский базилевс, в отношении которого термин царь условен, обладал большей властью, чем спартанские вожди. Власть архагетов, в отличие от власти родо-племенных вождей, стала наследственной, что, однако, не делало ее прочной. Каждые 8 лет проводилось гадание по звездам, в результате которого архагеты могли быть преданы суду или отстранены от должности. Иногда они смещались и без этой процедуры.

Но в целом положение архагетов было почетным. Они получали большую часть военной добычи, совершали жертвоприношения, входили в состав совета старейшин, осуществляли суд по некоторым делам, имевшим значение для всей общины. Первоначально наиболее полной была военная власть архагетов. Им подчинялось войско, в походах они пользовались правом жизни и смерти. Однако в дальнейшем и их военные полномочия были существенно ограничены [2, с. 76].

Необходимо отметить, что на всем протяжении своего длительного существования цари в Спарте исполняли политические, правовые, религиозные, культурные и социальные функции.

Вплоть до введения эфората в 754 г. до н. э. в Спарте существовало три главных конституционных института, характерных еще для гомеровского периода, а именно: царская власть, совет старейшин (герусия) и народное собрание (апелла). Все три были значительно преобразованы при реорганизации государства на рубеже IX – VIII вв. до н. э. Реформирование спартанской конституции античная традиция связывала с деятельностью законодателя Ликурга.

Исторические корни царской власти в Спарте следует искать в гомеровской Греции. Гомеровская модель с ее наследственной царской властью, советом старейшин и военным собранием была воспринята и преобразована дорийцами, завоевавшими Лаконию. Гомеровские басилевсы были прародителями спартанских царей. Последние даже в эпоху классики и эллинизма сохраняли многие черты племенных лидеров периода дорийского завоевания. Однако в гомеровской Греции царская власть всегда оставалась наследственной суверенной монархией, тогда как в Спарте, как было отмечено выше, постепенно она все более и более трансформировалась в обычную государственную должность, магистратуру. Вместе с тем, царская власть в Спарте весьма значительно отличалась от любой полисной магистратуры важными монархическими элементами и привилегиями [5].

На всем протяжении спартанской истории царская власть продолжала оставаться наследственной и сохраняла важные монархические элементы и привилегии. Поэтому сама тенденция превращения царской власти в ординарную магистратуру никогда полностью не была реализована в Спарте.

Оба царя в Спарте были в конституционном отношении равны. Наследование велось по прямой линии. После смерти царя престол обычно переходил к старшему сыну. Однако, при наличии нескольких сыновей преимущественным правом наследования обладал тот, кто был рожден уже после вступления отца на престол. Правда традиция не сохранила ни одного конкретного примера подобной передачи власти.

Сыновья с физическими недостатками лишались права наследования, поскольку они не могли исполнять присущих спартанским царям жреческих функций (Xen. Hell. III, 3, 3; Plut. Ages. 3). Если царь не оставлял сыновей, ему наследовал ближайший родственник по мужской линии (Xen. Hell. III, 3, 2; Nep. Ages. 3). В случае малолетства царя его функции исполнял опекун из числа родственников, также по мужской линии (Plut. Lyc. 3). Иногда опекуны становились самостоятельными политическими фигурами и приобретали огромное влияние, как например Павсаний, опекун малолетнего Плистарха, сына Леонида I (о правлении опекунов: Her. IX, 10; Thuc. I, 107; III, 26; Xen. Hell. IV, 2, 9). В случае спора из-за трона формальное решение принимало, скорее всего, народное собрание по представлению герусии как государственной судебной палаты (Xen. Hell. III, 3, 4; Paus. III, 6, 2) [5].

Таким образом, можно сделать вывод, что положение царей в Спарте в целом было почетным. Царская власть соединяла в себе политические, социальные, правовые, культурные, религиозные и военные функции.

3.2 Основные направления деятельности Совета старейшин в Древней Спарте

«Из многочисленных нововведений Ликурга первым и самым главным был Совет старейшин. В соединении с царской властью, обладая равным с нею правом голоса при решении важнейших дел, этот Совет стал залогом благополучия и благоразумия» [8, с. 56]

Совет старейшин (герусия), как и архагеты, – орган власти, унаследованный от родоплеменной организации. В состав герусии входило 28 геронтов, пожизненно избираемых народным собранием из знатных спартиатов, достигших 60-летнего возраста. В герусию входили и оба вождя. Первоначально герусия рассматривала вопросы, выносившиеся на обсуждение народного собрания, и тем самым имела возможность направлять его деятельность. Со временем полномочия герусии расширились. В случае несогласия геронтов и вождей с решением народного собрания они могли воспрепятствовать ему, покинув собрание. Герусия участвовала в переговорах с другими государствами, рассматривала уголовные дела о государственных преступлениях и вела судебные процессы против архагетов [2, с. 76].

В Спарте совет старейшие, или герусия, при малой значимости народного собрания, фактически являлась высшим правительственным органом. В момент учреждения герусии ее председателями были цари, позже – эфоры. Герусии принадлежала высшая судебная власть. Только геронты, к примеру, могли судить царей. И способ избрания, и отсутствие отчетности, и пожизненность членства в герусии наиболее соответствовали олигархической сущности спартанского государства. Не случайно спартанскую герусию часто сравнивали с афинским ареопагом [6]

3.3 Народное собрание – институт власти Спартанского государства

В народном собрании участвовали все спартиаты, достигшие 30-летнего возраста. Первоначально собрание созывали вожди, они же в нем председательствовали. Выступать в народном собрании могли только должностные лица или послы иностранных государств, участники же собрания лишь заслушивали выступления и голосовали. Голосование проводилось криком, а в спорных случаях участники собрания расходились в разные стороны.

Созыв народного собрания (кроме чрезвычайных) производился раз в месяц. На собрании принимались законы, избирались должностные лица, решались вопросы войны и мира, союза с другими государствами, рассматривались вопросы о наследовании должности вождя, определялось, кому из вождей возглавлять войско в походе и т.д. [1, с. 163]. В решении всех этих вопросов роль собрания в силу существовавшей в нем процедуры была меньшей, чем роль народного собрания в Афинах. Но все же преуменьшать ее не следует. Право избрания должностных лиц, право отклонять внесенные ими предложения позволяли ему если не контролировать их, то, во всяком случае, оказывать на них влияние, заставлять считаться с собой. Только к IV в. до н.э. оно становится пассивным, и роль его падает [2, с. 76].

О.А. Омельченко также указывает, что в народном собрании – апелла – должны были принимать участие все спартиаты старше 30 лет, прошедшие указанное законом воспитание. Основанием для лишения прав политического гражданства была только неуплата взноса на установленные общественные трапезы. Собрание было только пассивным властным органом: «Никому из обыкновенных граждан не дозволялось подавать свое суждение, и народ, сходясь, лишь утверждал или отклонял то, что предложат старейшины и цари». Примерно в VI в. до н. э. власть собрания была еще более ограничена правом герусии и царей распустить его за неверное, с точки зрения традиции, решение. В теории собрание выбирало геронтов, должностных лиц; реально решения принимались «ором», который надлежало истолковывать герусии; за ней, следовательно, оставалось и последнее слово [4, с. 57].

В силу того, что роль Народного собрания в Спарте была менее значительной, чем в Афинах, в VI в. до н.э. оно окончательно утратило свое значение [1, с. 163], [3, с. 127].

  3.4 Коллегия эфоров как важнейший институт управления

С течением времени важнейшим институтом управления стала коллегия эфоров, появляющихся еще в VII в. Происхождение этого установления не выяснено. Возможно, эфоры были представителями 5 территориальных фил Спарты. Первый из них эфор-эпоним – председательствовал в общих собраниях апеллы и герусии, и сами народные собрания созывались эфорами; они же только имели право предлагать законы. Эфоры объявляли военную мобилизацию, передавали власть мирного времени в руки военных вождей-царей. Основным полномочием эфоров был суд: им были подчинены споры о собственности, о наследствах, договорах, менее важные уголовные дела. Эфоры были верховными судьями для пэриэков и илотов, им же принадлежала полицейская власть в полисе (в частности, они руководили отрядами молодых спартиатов в криптиях – государственных расправах с илотами). Они призывали царей на суд, контролировали общественные финансы, интерпретировали обычаи, т.е. решали как бы конституционные вопросы Спартанского государства [4, с. 57].

О.А. Жидков указывает, что эфоры в Спарте появились с VIII в. до н.э. в результате острых конфликтов между родоплеменными вождями и родовой аристократией. Последняя, получавшая большую долю военной добычи и возможность угнетать свободных общинников, стремилась ограничить пожизненную власть вождей властью избираемых на определенный срок представителей аристократии. Ими стали пять эфоров. Они избирались из «достойных» на один год, действовали единой коллегией, принимавшей решения большинством голосов. Первоначально эфоры считались как бы помощниками архагетов и осуществляли судебное рассмотрение дел по имущественным спорам. С середины VI в. до н.э. власть эфоров заметно возросла. Они поставили под свой контроль архагетов – в походе их сопровождали два эфора. Эфоры получили право созывать герусию и народное собрание и руководить их деятельностью. Вместе с герусией они могли предотвратить принятие народным собранием неугодного им решения. К ним перешло руководство внешними сношениями Спарты и внутреннее управление страной, наблюдение за соблюдением спартиатами установленных порядков, суд над ними и наказание их, объявление войны и мира, контроль над деятельностью остальных должностных лиц (которых в Спарте было гораздо меньше, чем в Афинах). Деятельность самих эфоров практически не контролировалась - они отчитывались только перед своими преемниками. Особое положение эфоров подчеркивалось и их правом не участвовать в общих сисситиях и иметь собственный стол. [2, с. 76].

Таким образом, следует сделать вывод, что основными конституционными институтами в Спарте являлись два царя, Совет старейшин и народное собрание. Однако с течением времени в Спартанском государстве появляется еще один аристократический орган – коллегия эфоров. Кроме того, рассматривая организацию власти в Спарте необходимо отметить, что по форме правления она была аристократической республикой.


Глава 4. Реформы царя Ликурга. Особенности права Спарты

На пути создания государственности Спарта выработала свою систему, отличную от типовой для остальной Эллады тирании. Аристократия не была низвергнута, а народному правлению был придан особый строй, примирявший все интересы внутри спартанского общества, а, кроме того, само это общество было поставлено под строгий государственный контроль.

Царь Спарты Ликург (VIII в. до н. э.) воспользовался в своих преобразованиях опытом древних ахейских обществ. Первым и самым важным из нововведений было создание Совета старейшин – «В соединении с горячечной и воспаленной, по слову Платона, царской властью, обладая равным с нею правом голоса при решении важнейших дел, этот Совет стал залогом благополучия и благоразумия». Тем самым в новоучреждаемом государстве должно было установиться равновесие между традиционной властью царей – потомственных аристократов и властью неорганизованной толпы, представленной народным собранием [4, с. 56].

Другим из существенных преобразований был передел земли [8, с. 57]. Он имел не только социальное, но и политическое значение, «дабы изгнать наглость, злобу, роскошь и еще более старые, еще более грозные недуги государства – богатство и бедность» [4, с. 56]. По своему замыслу, это было мероприятие, подобное тем, какие проводили древневосточные владыки в периоды перехода к государственной организации, чтобы снизить остроту социального недовольства. Для спартанцев в этом, видимо, был путь к социальному сплочению их народа перед лицом зависимых и покоренных племен. Чтобы уничтожить всякое неравенство, Ликург распространил переделы и на личную собственность. Были выведены из оборота реальные деньги, которые заменили неподъемной и не имевшей хождения вне Спарты железной монетой. Одним из следствий этого стало постепенное исчезновение воровства в Спарте. Но спартанцы пошли и далее: было предписано ограничиться самыми необходимыми ремеслами и искоренять особые искусства, чтобы стиль жизни зажиточных граждан не имел реального выражения в богатстве вещей. Этой же цели должны были служить введенные Ликургом общественные трапезы, которые восходили к родовым пирам и на которых все должны были угощаться простой пищей и из простой посуды. Для организации этих трапез спартанцы должны были впредь уплачивать небольшой налог, служивший знаком добропорядочного спартиата. Целый ряд постановлений был специально направлен против роскоши: так, дома следовало строить при помощи только топора и пилы, дабы не предаваться украшательству [4, с. 57].

Законы равенства Ликург распространил и на брачно-семейную сферу. Женщины были в значительной степени уравнены с мужчинами, допущены к занятиям спортом, военным делом. Это должно было способствовать простоте нравов, что, в свою очередь, содействовало бы росту браков и рождаемости. Поощрялись внебрачные связи, причем запрещено было проявлять собственнические чувства, ревность и т. п., в отношении женщин. Государство брало на себя заботу о воспитании всех без исключения детей.

Постановлениями Ликурга было введено единообразное и обязательное воспитание и обучение всех спартиатов, в которых военное дело занимало главенствующее и почти исключительное место. Запрещено было заниматься ремеслами, искусствами, земледелием, торговлей. «Никому не разрешалось жить так, как он хочет, точно в военном лагере; все в городе подчинялись строго установленным правилам и делали то из полезных для государства дел, которое им было назначено» [4, с. 57]. Спартанский образ жизни должен был охраняться многочисленными запретами на общение с иностранцами, нововведениями в религиозной сфере. Даже говорить спартиаты должны были по-особому: лаконично, экономя слова, стремясь к нарочитой точности и образности (на деле такой искусственный язык также служил национальной изоляции от прочих).

Законодательные постановления Ликурга были высказаны в так называемых ретрах – ответах оракула Аполлона на вопрошания царя. Они не были записанными, и священный смысл должен был обеспечить сохранение их требований на века. По замыслу законодателя, стабильность спартанского общества должна обеспечиваться и нравами, и общим укладом жизни, и государственными учреждениями, в которых народ в целом реализует власть.

Анализируя реформы, проведенные Ликургам, а также принятые законодательные постановления, можно сделать вывод, что право Спарты характеризовалось следующими особенностями: основным источником права являлись обычаи, однако использовались и законы, которые были не писанными; в праве были закреплены некоторые пережитки первобытнообщинного строя; в гражданском праве был известен только один договор – договор дарения и имущественные отношения не были развитыми. Господствовал натуральный обмен и отсутствовали товарно-денежные отношения [7, с. 89]; в уголовном праве отсутствовал принцип Талиона и кровная месть; система преступлений состояла только из военных преступлений; судебный процесс осуществлялся, как правило, Советом старейшин или коллегией эфоров.


Заключение

Таким образом, можно сделать вывод, что Спарта представляла собой полис, оказавший большое влияние на историю Древней Греции. В основе возникновения государства в Спарте, относимого обычно к VIII – VII вв. до н.э., лежали общие закономерности разложения первобытнообщинного строя. Но если в Афинах эти закономерности привели практически к почти полному отмиранию родоплеменных отношений, то в Спарте процесс возникновения государства отличался существенными особенностями и сопровождался сохранением значительных остатков родовой организации.

Главной особенностью исторического развития Спарты, как было отмечено выше, являлось вмешательство в становление классового общества внешнего насильственного фактора. Многие исследователи считают, что именно дорийское завоевание ускорило и привело к возникновению Спартанской государственности.

Вместе с тем, внутренние факторы также имели значение на формирование государства в Спарте.

В ходе курсового исследования нами:

-  раскрыты особенности возникновения государства в античном мире;

-  проведена характеристика процесса становления полисной системы;

-  проанализировано влияния дорийского завоевания на становление Спартанской государственности;

-  проведен анализ внутренних и внешних факторов, повлиявших на процесс становления Спартанского государства;

-  раскрыт правовой статус господствующего класса Спартанского государства;

-  проведен анализ правового положения периэков;

-  охарактеризован правовой статус илотов;

-  проанализированы особенности царской власти как основного конституционного института;

-  проведена характеристика деятельности Совета старейшин в Спарте;

-  раскрыты особенности деятельности Народного собрания;

-  исследованы основные реформы, проведенных царем Ликургом;

-  исследовано права Спарты.


Список использованных источников

1.  Ильинский, Н.И. История государства и прав зарубежных стран: курс лекции. 2-еизд. перераб. и доп. /Н.И. Ильинский. – М: Изд-во деловой учебной лит., 2006. – 624 с.

2.  История государства и права зарубежных стран. Ч. 1. Учебник для вузов. / Под ред. проф. Н.А. Крашенинниковой и проф. О.А. Жидкова. – М. – Издательство НОРМА, 1996. – 480 с. // www.alleng.ru/edu/jurispr3.htm.

3.  Клемченко, В.В. История государства и права Древней Греции. М.: Юнита, 1996. – С. 127.

4.  Омельченко, О.А. Всеобщая история государства права: Учебник в 2 т. / О.А. Омельченко. – 3-е изд., исправленное. Т. 1 – М.: ТОН – Остожье, 2000. – 528 с.

5.  Печатнова, Л.Г. Политические структуры древней Спарты. Часть I. Спартанские цари. Учебно-методическое пособие по спецкурсу. / Л.Г. Печатнова. –– Санкт-Петербург, 2006 г. // www. centant.pu.ru/centrum/public/pechat/pech02.htm.

6.  Печатнова, Л.Г. Формирование спартанского государства (VIII – VI вв. до н.э.) / Л.Г. Печатнова. – СПБ, 1998. // www. centant.pu.ru/centrum/public/pechat/pech03.htm.

7.  Прудников, М.Н. История государства и права зарубежных стран: учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности 030501 «Юриспруденция» / М.Н. Прудников. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008. – 543 с.

8.  Хрестоматия по Всеобщей истории государства и права. Т.1. / Под. ред. К.И. Батыра и Е.В. Поликарповой. – М.: Юристъ, 1996. – 392 с.

 


Информация о работе «Формирование Древнегреческой государственности»
Раздел: Государство и право
Количество знаков с пробелами: 55124
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
43668
0
0

... могут. Вся эта вселенская гармония доступна лишь Богу. «Для Бога все прекрасно, хорошо и справедливо, а люди принимают одно за справедливое, а другое за несправедливое», – сетует Гераклит. В отличие от милетских философов, Гераклит довольно много говорит о познании. Он различает чувственное и рациональное познание. Чувства не бесполезны, особенно зрение и слух. Но высшая цель познания – познание ...

Скачать
35493
0
0

... , наряду с морской торговлей, процветал морской разбой. В Спарте основой хозяйства было земледелие, в Афинах - промышленность и торговля [2]. По сути, история Древней Греции представляет собой историю отдельных государственных образований, самостоятельных в политическом отношении полисов. Полис - это государство-город, объединение ряда сельских поселений вокруг города, который доминирует над ...

Скачать
57532
0
0

... , снова порицаем тех, за кого здесь выступали».[20] Кроме того, афинская демократия носила весьма ограниченный характер: из участия в государственной жизни полностью устранялись женщины и рабы, и почти полностью – метеки. Глава 2. Право Афины и Спарты: попытка сравнительного анализа §1. Право древней Спарты   Основным источником права Спарты был обычай. О законах народного собрания мало что ...

Скачать
57733
0
0

... , как об этом свидетельствуют надписи, по всему греческому миру. Этим закончился длившийся четыре столетия период, в течение которого послемикенские греки обходились без письменности, период формирования древнегреческого народного героического эпоса. И вот в то самое время, когда начавшийся подъем все ускорялся в восходящем темпе, где-то в ионийских колониях – на островах или в Малой Азии – ...

0 комментариев


Наверх