2.2.2. Статус Севастополя

Город Севастополь возник и был построен как главная военно-морская база Российского Черноморского флота и являлся особым административным округом, управление которым осуществлял военно-морская администрация, назначаемая непосредственно Санкт-Петербургом.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «О выделении города Севастополя в самостоятельный административно-хозяйственный центр» от 29 октября 1948 г. город Севастополь был выделен в самостоятельный центр со своим особым бюджетом и отнесен к категории городов республиканского подчинения. Финансовые и организационные функции в административно-территориальных границах городского округа по состоянию на 8 декабря 1991 г. осуществлялись под непосредственным руководством Совета Министров СССР без какого-либо участия Совета Министров Украинской ССР. Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» и Закон СССР от 28 апреля 1954 г. «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР», не содержали упоминания о городе Севастополе. Как считает Государственная Дума Федерального Собрания РФ, они были приняты с нарушением Конституции СССР, Конституции РСФСР и законодательной процедуры.

6 февраля 1992 г. ВС РФ признал незаконной передачу Крыма 1954 года Украинской ССР, а в июле 1993 г. подтвердил не зависимый от Украины статус Севастополя. МИД России выступил с заявлением, в котором указал что принятое постановление ВС РФ «О статусе г. Севастополя» расходится с линией президента и правительства РФ на реализацию интересов России в вопросах Черноморского флота. 20 мая 1994 г. ВС Крыма принял решение о восстановлении Конституции Республики Крым в редакции от 6 мая 1992 г., которая предусматривала, что «Республика Крым входит в государство Украина и определяет с ней свои отношения на основе договоров и соглашений», а также право жителей Крыма на двойное гражданство.

Все действия Украины, которые привели к ее фактическому владению г. Севастополем, носили односторонний характер. Россия их никогда не признавала, что зафиксировано, в частности, в постановлении ВС РФ от 9 июля 1993 г. Поэтому никакие ссылки на географические карты или односторонний документ, в том числе Конституцию Украины, не могут быть юридически значимыми с точки зрения международного права. Надо отметить и тот факт, что более чем 70% населения города состоит из русских, которые всегда считали себя гражданами России, что подтверждается данными нескольких референдумов.

2.3. Приднестровье

 

Конфликт с Приднестровской Молдавской Республикой (ПМР), который превратился в более серьезный вызов территориальной целостности Молдовы, является одной из важнейших, но трудноразрешимой проблемой этого постсоветского государства/

Народный фронт Молдовы (НФМ), получивший в результате парламентских выборов в феврале-марте 1990 г. весомые рычаги политической власти, выдвинул на первый план общественной жизни идею «общерумынской общности», подчинив ей другие проблемы культуры и истории. В Приднестровье, где исторически сложилось русско-украинское большинство, а молдавское население находилось под сильным влиянием славянской культуры, идея объединения с Румынией была воспринята крайне негативно. Сторонники отделения от Молдовы делали упор и на то, что на территории Приднестровья были сосредоточены построенные еще в советские времена промышленные предприятия (57% промышленного потенциала Молдовы), способные функционировать автономно (при этом некоторые местные политики считал идею независимости Приднестровья утопией, другие ратовали за присоединение к Украине и т. д.). Недовольством приднестровцев ирредентистскими выступлениями молдавских националистов воспользовались в той части ЦК КПСС, которая боролась против выхода молдавской компартии из состава КПСС и в целом против самостоятельности Молдавии, а потом и ее независимости. С этой целью, возможно, намеренно разжигалась угроза «румынизации» Молдавии и особенно ее русского населения, становившегося в такой ситуации заложником «политических игр российских патриотов»[14]. И все же в отличие от карабахского и абхазского конфликтов, в которых этнический фактор сыграл существенную роль, конфликт в Молдове имеет иную природу. Едва ли его можно интерпретировать как один из эпизодов «столкновения цивилизаций» – «румынской» и «славянской». Не сводится данная конфликтная коллизия лишь к противоборству молдавских националистов – сторонников «унии» с Румынией – с «коммуно-большевиками» Приднестровья. Глубинные причины конфликта – в исторических, экономических, этнических особенностях формирования современной Молдовы как национального государства, а также в тех противоречиях, которые дали о себе знать в условиях распада СССР, по мере обретения народами республики национального самосознания (или идентичности).

С 1 марта 1992 г. политическое противостояние в Молдове перешло в фазу вооруженного конфликта, кульминацией которого стала операция в Бендерах в июне 1992 г. Тогда армейские части Молдовы вместе с подразделениями МВД попытались взять город вооруженным путем, но натолкнулись на ожесточенное сопротивление отрядов местного ополчения, усиленного 14-й российской Армией. 21 июня 1992 г. президенты Молдовы и РФ подписали Соглашение «О принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдовы», которое, подтверждая принцип территориальной целостности Молдовы, предусматривало прекращение огня и переход к политическому урегулированию конфликта.

С конца 1992 г. и по настоящее время Кишинев и Тирасполь ведут переговоры по определению правового статуса Приднестровья. Функции посредников в них выполняют Россия (с 1992 г.), ОБСЕ (с 1993 г.) и Украина (с 1995 г.). 8 мая 1997 г. президенты Молдовы, Приднестровья, России и Украины в присутствии председателя ОБСЕ подписали в Москве Меморандум «Об основах нормализации отношений между Республикой Молдова и Приднестровьем», а также Совместное заявление, подтверждающее намерение строить свои отношения в рамках «общего государства». Однако каждая сторона трактовала формулу «общего государства» по-своему: Кишинев предлагал решить проблему путем предоставления Приднестровью статуса автономии, или даже «широкой автономии» в рамках унитарной республики, Тирасполь выступал за «равносубъектность». Забуксовавший переговорный процесс не смогли сдвинуть в мертвой точки ни периодические встречи президентов на высшем уровне, ни посредническая деятельность: договоренности срываются либо нарушаются.

Трудность в том, что независимое приднестровское государство, хотя оно и не признано международным сообществом, де-факто существует более десяти лет. Руководители ПМР охотно обсуждают различные варианты взаимоотношений с Кишиневом, но на практике их уже трудно сдвинуть с завоеванных позиций. Примечательно, что в конце 2000 г. Гагаузия заявила о намерении стать третьим участником переговорного процесса по формированию «общего государства». Между Гагаузией и Приднестровьем было подписано соглашение о торгово-экономических, культурных и иных видах сотрудничества. Как и в случае с другими самопровозглашенными республиками, время работает на ПМР. Республика, которую называют иногда «живым музеем советской эпохи», удерживается на плаву, благодаря сочетанию легальных и нелегальных экспортных операций, в числе которых – продажа стали и оружия. Она претендует даже на самостоятельную роль в отношениях с Россией, Украиной, СНГ, да и в региональной политике в целом. Здесь уживаются интересы многих влиятельных сил, для которых нормализация осложнила бы бизнес, а потому их вполне устраивает нынешний статус не признанной никем республики.

Победа коммунистов на досрочных парламентских выборах 25 февраля 2001 г. и избрание президентом страны первого секретаря ЦК ПКРМ В. Воронина создают неплохие условия для решения приднестровской проблемы. Как справедливо замечает российский политолог С. Марков, «коммунисты всегда занимали тут менее жесткие позиции. К тому же, и это главное, – уменьшилась угроза растворения Молдавии в Румынии, чего больше всего опасались в Приднестровье». Время покажет, хватит ли новому президенту политической воли для того, чтобы сдвинуть с мертвой точки переговорный процесс, изменить его принципы и окончательно урегулировать приднестровский конфликт. Ведь очевидно и то, что экономические и политические реалии все сильнее заставляют конфликтующие стороны, у которых, разумеется, есть и собственные интересы, искать конструктивных комплексных решений приднестровской проблемы. Они, возможно, и приведут многонациональный народ Молдовы к долгожданному миру и спокойствию.


Информация о работе «Межэтнические конфликты на постсовестком пространстве»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 100197
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 0

0 комментариев


Наверх