План:

 

Введение

Глава 1. Франция в период реставрации (1814-1830)

1.1.          Реставрация Бурбонов. Июльская революция 1830 года.

1.2.          Вторая Республика

1.3.          Вторая империя.

Глава 2. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ И КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО ФРАНЦИИ.

2.1. Историческая справка о развитии конституционного процесса во Франции после II мировой войны

2.2. Политическая система Франции

2.3. Конституция Франции 1958 г.

2.4. Избирательное право и избирательная система Франции.

2.5. Референдум

2.6. Правовое положение личности

2.7. Центральные органы государственной власти

2.8. РЕГИОНАЛЬНОЕ И мЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ

2.9. СУДЕБНАЯ СИСТЕМА ФРАНЦИИ.

Заключение.

Список использованной литературы.

 


ВВЕДЕНИЕ

Одна из самых богатейших историй мира – это история Франции, полная романтики и драматизма одновременно.

Политическая система Франции сформировывалась на протяжении многих лет и даже веков. Франция по праву считается колыбелью республиканских идей. Великая Французская Революция 1789 г. дала толчок к революционным процессам во всем мире. Сама Франция за эти годы прошла через периоды республиканского, монархического и имперских правлений.

Республиканский строй, установившийся в нынешнее время во Франции, называют Пятой Республикой. Первая республика была установлена в сентябре 1792 г. и продолжила своё существование до 1804 г., когда Наполеон Бонапарт объявил себя императором, а Францию, соответственно, империей. Вторая республика была установлена в 1848 г., но она просуществовала лишь 4 года – до 2 декабря 1852 г., когда опять Франция была объявлена империей, а Наполеон III – императором. Следующая, Третья республика, просуществовала намного дольше – 28 лет с 1871 г. по 1899 г. Четвертая республика имела самую короткую продолжительность жизни – всего 3 года (1954 – 1957 гг.).

Великая французская революция положила начало новой истории Франции. Начиная с этого наивеличайшего момента в истории данного государства, маховик истории закрутился с неимоверной силой. Всего за столетие Франция успела пережить порядка пяти революций. Монархия сменялась республикой, республика империей, империя монархией. Затем снова по кругу. Четыре раза Франция становилась республикой!

За прошедшее столетие с начала Великой французской революции Франция пережила и минуты величайшей славы в период правления Наполеона и минуты позорного забвения при падении империи Бонапарта.

Такое впечатление, что страна долгое время никак не могла вырваться из этого адского круга, в который её затянул маховик истории.

Франция всему миру показала, что народ может и должен завоевывать права и свободы, а если понадобится – отвоевывать их заново. Для граждан этого государства свобода – это не пустой звук, это ценность, завоеванная ими кровью.

Революция 1848 года яркий тому пример.

В настоящей дипломной работе я рассмотрела политическую систему Франции через различные исторические аспекты..


Глава 1. Франция в период реставрации (1814-1830) 1.1. Реставрация Бурбонов. Июльская революция1830 года.

Коалиция государств, одержавших решающую победу над Наполеоном, поспешила возвести на французский престол старшего представителя “легитимной” (законной) династии — Людовика XVIII.

Новые правители Франции должны были признать “перераспределение” земельной собственности, буржуазный гражданский кодекс, выработанный при Наполеоне и, следовательно, уничтожение феодальных отношений, а также новую администрацию Франции.

Они согласились одарить Францию писаной конституцией, известной под названием Хартии 1814 года. Авторы назвали ее “свободной и монархической”.

Хартия 1814 года, как это вытекало из ее содержания, должна была примирить верхи буржуазии с дворянством. Соответственно с тем:

а) признавалось, что граждане “в равной степени допуска­ются к гражданским и военным должностям”;

б) что верховная власть короля ограничивалась законодательными полномочиями палат и несменяемостью судей. Созда­валось две палаты: верхняя, назначаемая королем, и нижняя, избираемая узкой коллегией, состоящей из лиц, уплачивающих не менее 300 франков прямых налогов; от депутата палаты требова­лось, чтобы он уплачивал по меньшей мере 1000 франков налога.

При этой системе голосовало не больше 90 тыс. человек (из 30 млн. право быть избранным имело около 15 тыс.).

Такова была эта конституция, призванная, по ее собственным словам, “оправдать ожидания просвещенной Европы”. Лишив нацию всякого легального политического действия, отдав власть в руки маленькой кучки ее поработителей, Хартия заявляла о “заветном желании”, чтобы “все французы жили братьями”.

Не удивительно, что, когда Наполеон, решившись на свой последний “полет орла”, высадился во Франции с горсткой ветеранов (1815 г.), антинародная монархия была сброшена в грязь, из которой ее перед тем подобрали.

Восстановленный на престоле после битвы при Ватерлоо Людовик XVIII царствовал до 1824 года. Его место занял Карл Х (Артуа) — признанный глава французской реакции.

Первым делом нового короля было вознаграждение дворян, потерявших землю во время революции. Компенсация эта составила огромную сумму — 1 млрд. франков.

Его следующим делом было восстановление смертной казни за “оскорбление” католической религии.

В 1830 году Карл Х издал 6 указов (ордонансов). Разгонялась только что избранная палата (показавшаяся “либеральной”) еще более сужалось избирательное право, сокращалась законодательная компетенция нижней палаты, ликвидировалась свобода печати и собраний.

Ответом на эту политику было июльское восстание 1830 года. После кровопролитных уличных боев Карл Х был свергнут и бежал. Руководившая революцией крупная, главным образом финансовая, буржуазия возвела на трон Луи Филиппа Орлеанского, находившегося в родстве с “легитимной” династией.

Новое царствование было обставлено новой конституцией.

Перемен было, впрочем, мало. Избирательный ценз был по­нижен незначительно — до 200 франков; для депутатов — до 500. Поэтому и общее число голосующих выросло незначительно, составив всего 240 тыс. человек (вместо 6 млн., как было бы при всеобщем мужском избирательном праве).

Главное же было не в конституции, а в той ориентации, которой придерживалась Июльская монархия. Слова, произнесенные при коронации Луи Филиппа, “отныне править будем мы — банкиры”, оправдались. Наступил период, когда руководящая роль в государстве оказалась в руках небольшой группы финансовых магнатов.

При Луи Филиппе, справедливо писал К. Маркс, господ­ствовала не французская буржуазия в целом, а лишь одна ее фракция — банкиры, биржевые и железнодорожные короли владельцы копей и рудников, а также связанная с ними часть земельных собственников — “так называемая финансовая аристократия”[1].


1.2. Вторая Республика

В 40-х годах XIX века Франция делает заметные успехи в промышленном развитии. На место мануфактуры и кустарной промышленности становится капиталистическая фабрика. Насту­пает эпоха крупного машинного производства.

Чем дальше заходил этот процесс, тем все определеннее становились его главные следствия:

а) усиление враждебности между рабочим классом, с одной стороны, и буржуазией — с другой;

б) их общее недовольство режимом Июльской монархии.

Промышленная буржуазия не желала терпеть полити­ческую монополию финансовой аристократии. Рабочие не могли сносить далее ужасную нужду.

Два бедствия, соединившиеся в 1847 году, довели всеобщее недовольство до революции: первым бедствием был неурожай, вторым — мировой торговый и промышленный кризис.

Используя ситуацию, оппозиционные круги буржуазии требовали снижения избирательного ценза. Таким путем они на­деялись завоевать для себя нижнюю палату.

Правительство прекрасно понимало эти намерения. Не же­лая никаких реформ, оно (в лице главы министерства историка Гизо) ответило оппозиции памятной фразой: “Обогащайтесь, и вы станете избирателями”.

Предложения о расширении избирательного права Гизо на­зывал “фанатизмом ума”. “В 1789 году, — говорил он, — избира­тельная система провозгласила всеобщую подачу голосов... кото­рую, однако, ни одна из партий не желала принимать в целостности; никто не допустит этого теперь”.

Буржуазная оппозиция протестовала, но дело не шло далее выпадов в газетах и на специально устраиваемых банкетах.

22 февраля — в день позорно отмененного банкета — в за­щиту избирательной реформы и против правительства Гизо под­нялись рабочие предместья Парижа. Правительство, уже на­бившее себе руку на подавлении “мятежей”, бросило против демонстрантов войска. Кавалерия и пехота атаковали безоруж­ных и мирных людей, требовавших хлеба и реформы. В ответ на это Париж покрылся баррикадами. Борьба продолжалась весь следующий день. В надежде устоять Луи Филипп дает отставку Гизо, выражает согласие на реформу. Слишком поздно!

В кровавом сражении восставшие захватывают Тюильри, королевский дворец. Но короля в нем уже не было: отрекшись от престола, он бежал, спасая жизнь. Его трон выволокли на пло­щадь и сожгли на огромном костре. Франция во второй раз сде­лалась республикой.

Завоевав республику, рабочие надеялись, что она будет социальной, как тогда говорили, то есть обеспечит их достаточ­ным заработком, в первую очередь позаботится об их старости, образовании для детей и т.д. Эти надежды были обмануты.

Учредительное собрание, открывшееся 4 мая” порвало со всеми социальными иллюзиями февральской революции. Оно на­прямик провозгласило буржуазную республику, и только ее.

Временное правительство, образованное из лидеров буржуазной оппозиции, позаботилось о том, чтобы состав Учредительного собрания был строго буржуазным.

Рабочие вновь восстали, на этот раз не вместе с буржуази­ей (как в феврале), а против нее. В этом великое историческое значение июньской баррикадной борьбы. Впервые в истории ан­тагонизм буржуазии и пролетариата раскрылся во всей его не­примиримости. Как мы теперь видим, через этот антагонизм нужно было пройти, пройти до крайности, чтобы оба класса — пусть через столетие — убедились в возможности некоего соци­ального мира, как он утвердился — при всех возможных оговор­ках — в передовых странах Европы, Америки и даже Азии.

Поводом к восстанию послужила намеренная ликвидация Национальных ма­стерских, дававших заработок тысячам безработных. Уволенные должны были от­правиться на работу в провинцию (где они были менее опасны для правитель­ства). На просьбу рабочих отменить распоряжение, правительство пригрозило применением силы. “Прекрасно, — ответил на это глава рабочей делегации Пюжоль. — Мы знаем теперь то, что хотели знать”.

Сражение продолжалось пять дней. Баррикады, начинаясь в предместьях го­рода, упорно продвигались к центру, к городской ратуше. Правительство поручило расправу над восставшими генералу Кавеньяку. По выражению одного из мини­стров, оно решило “устроить бойню”.

Восстание было стихийным. Никто его не готовил. Не было ни определенного плана действий, ни ясной программы, ни руководящего центра. Тем не менее 24 июня по баррикадам стали передавать списки предполагаемого правительства: в нем были имена социалиста Луи Блана, коммуниста-утописта Кабе, стойкого ре­волюционера О. Бланки, рабочего Альберта, но также Луи Бонапарта и некоторых других.

Утром 25 июня стало ясно, что правительство, обладая огромным перевесом сил, побеждает. Тем не менее восставшие не помышляли о сдаче. Последним бастионом оставалось славное Сент-Антуанское предместье. Здесь восставшие вывесили плакат, определявший цели борьбы, как их тогда по­нимали: “Мы хотим социальной и демократической республики. Мы хотим само­державия народа”. Здесь гордо отвергли предложение о “примирении”. Повстан­цы соглашались сложить оружие, если будет распущено Учредительное собрание, войска выведены из города, и при том непременном условии, что “народ сам вы­работает себе конституцию”.

Утром 26 июня сражение прекратилось, но повсюду расстреливали захвачен­ных в плен повстанцев — в казармах, в каменоломнях и многих других местах. Отличилась в зверствах буржуазная Национальная гвардия, приводившая на рас­стрел сотни человек. Трупы сбрасывали в Сену, и та уносила их в море.

В февральских боях парижский пролетариат потерял более 5 тыс. человек убитыми и ранеными. В июне одних убитых было, по оценке английских газет, не менее 50 тыс. человек. Более 3 тыс. повстанцев было хладнокровно перебито после восстания. Не менее 15 тыс. человек было сослано без суда.

Правительство до конца выполнило свой подлый замысел, начатый роспуском Национальных мастерских[2].

На стороне буржуазной республики, писал пристально на­блюдавший за описанными событиями К.Маркс, стояли финансо­вая аристократия, промышленная буржуазия, средние слои, мел­кая буржуазия, армия, организованный в мобильную гвардию люмпен-пролетариат, интеллигенция и, наконец, крестьянство. “Парижский пролетариат имел на своей стороне только са­мого себя”[3].

Террор еще продолжал свирепствовать, когда Учреди­тельное собрание возобновило обсуждение новой конституции.

I. Конституция 1848 года объявляла Францию республикой, девизом которой служили будто бы “семья, труд, собственность и общественный порядок”.

Это была, разумеется, буржуазная республика, да еще та­кая, которая отразила на себе все только что пережитые страхи перед победой “анархизма, социализма и коммунизма”.

Из текста конституции вытекало, что под “правом на труд” понимается не более чем “равенство в отношениях между рабочим и хозяином” и организация “общественных работ, предназначенных доставлять занятия безработным”. Впрочем, уже по ходу прений было ясно, что ни Собрание, ни те, кто последует за ним, не намерены держаться “права на труд” ни в каком виде. Даже те, кто его защищал, согласились главным образом на “обещания, которые были сделаны в феврале”, или взывали к “состраданию”, как это прозвучало в речи главы вре­менного правительства Ламартина. И действительно, все, что было написано в конституции о “труде”, осталось пустой фразой.

II. Конституция оставила неприкосновенными всю старую организацию управления, муниципалитеты, суд и армию. Кое-какие изменения, внесенные ею, касались не содержания, а оглавления, не вещей, а названий.

Ш. Самым существенным из новшеств было узаконение всеобщего мужского избирательного права, провозглашенного февральской революцией 1848 года. Отменить его Учредительное собрание не решалось. Но зато был введен ограничительный пункт — шесть месяцев оседлости.

В 1850 году ценз оседлости был увеличен до трех лет, и это — наряду с наро­чито сложной процедурой его установления — выбросило из избирательного кор­пуса три миллиона граждан, главным образом бедняков (поденщиков, батраков, сезонных рабочих).

IV. Учредительное собрание позаботилось начинить консти­туцию 1848 года мнимодемократической фразеологией. И каждый раз вслед за торжественным провозглашением очередной свободы следовала оговорка, ее ограничивавшая или сводившая на нет.

Вот соответствующие примеры:

“Преподавание свободно. Свободой преподавания можно пользоваться на условиях, предусмотренных законом, и под верховным надзором государства” (гл.2 ст. 9). Или:

“Граждане имеют право объединяться в союзы, организовывать мирные и невооруженные собрания... высказывать свое мнение в печати ...” Но вторая часть статьи гласила: “Пользование этими правами не знает иных ограничений, кроме равных прав других и общественной безопасности”.

“Каждый параграф конституции, — справедливо писал Маркс в “Восемнадцатом брюмера”, — содержит в самом себе... свою собственную верх­нюю и нижнюю палату: свободу — в общей фразе, упразднение свободы — в ого­ворке”[4].

V. Руководствуясь доктриной “разделения властей”, кон­ституция поручает издание законов Национальному собранию, исполнительную власть — президенту республики.

Национальное собрание решено было сделать однопалат­ным. Большинство конституционалистов принадлежало к буржу­азным республиканцам, и они опасались создавать верхнюю па­лату, обычно промонархическую.

Для выборов президента республики был определен тот нее порядок, что и для выборов Национального собрания: все­общее голосование — плебисцит.

Решение это стоило многих прений. Осторожные предлагали, чтобы “министра-президента” избирало и смещало Национальное собрание. Это пред­ложение было отвергнуто. Оно противоречило разделению властей, которое кон­ституция объявляла “первым условием свободного правительства”.

Прямые выборы (при тайной подаче бюллетеней) создавали президенту тот же авторитет “народного избранника”, что и са­мому Национальному собранию. У республики оказывалось “две головы”, и президент мог в любое время противопоставить себя Национальному собранию.

Грызня между законодательной и исполнительной властя­ми была неизбежна, и ее предвидели. “Игра конституционных сил”, — так назвал эту систему смещенный и озлобленный Гизо.

В руках президента оказывались все средства исполни­тельной власти: он раздавал должности, в том числе офицерские, от него зависели органы местного самоуправления, ему фактиче­ски подчинялись вооруженные силы (включая Национальную гвардию).

Наделив президента республики всеми атрибутами коро­левской власти (вплоть до права помилования), Собрание, несмотря на успокоительные речи, терзалось страхом за будущее.

Время от времени депутаты обращали свои взоры на Луи Наполеона, племян­ника великого Бонапарта. Пять департаментов голосовало за него, отдав 300 тысяч голосов. Из всех депутатов Собрания он был самым вероятным претендентом на пост президента.

Было постановлено (§ 68 конституции), что всякая попытка президента распустить Собрание есть государственная измена; судьям Верховного суда поручалось в этом случае “немедленно собраться” для суда над президентом.

Не прошло и четырех лет, как конституция 1848 года была навеки похоронена. То, что от нее осталось в качестве изобрете­ния, проложившего себе дорогу по всему континенту, — эта осадное положение (ст. 106), периодически применяемое в каждом из следующих друг за другом кризисов в ходе французской истории.


1.3. Вторая империя.

В декабре 1848 года президентом Франции был избран Луи Наполеон. Из 7300 тыс. голосов ему досталось 5400 тыс.

Крестьянство Франции голосовало за Луи Наполеона, связывая с этим именем возрождение былого величия страны, отмену налогов и уничтожение республики. Рабочие голосовали за Луи Наполеона, чтобы не допустить к власти ненавистного им палача Кавеньяка, бывшего, как и Наполеон, одним из кандидатов президенты. Крупная буржуазия приветствовала Наполеона как “переходную ступень к монархии”.

Лишенный прав переизбрания, президент республики должен был ожидать истечения законного четырехлетнего срока, за которым следовал конец величия. Луи Наполеон решил избе­жать этой участи любой ценой,

Опираясь на всякого рода сброд, организованный в общество “10 декабря” (день избрания Луи Наполеона), президент республики готовил ее ниспровержение. Все те, кто мог оказать ему сопротивление, отстранялись или перемещались. Все те, кто по своей беспринципности и продажности подходил для задуман­ного дела, приближались.

Особенные усилия были приложены для привлечения я заговору армейских частей. Парижский гарнизон был почти пол­ностью обновлен.

Специальный отряд, составленный из полицейских, получил приказ об аресте 78 человек, среди которых 16 были лидерами оппозиции в Национальном собрании. Оснований для ареста найти не могли и потому в приказах написали: “Участие в комплоте (заговоре) против безопасности государства”.

Утром 2 декабря 1851 года специальная прокламация опо­вестила Париж, что “именем французского народа” президент республики распускает Национальное собрание.

Из текста другой прокламации можно было заключить, что переворот совершен ради следующего государственного уст­ройства: президент, избираемый на 10 лет; государственный со­вет, разрабатывающий законопроекты; законодательный корпус и “уравновешивающий” сенат; министерства, назначаемые и сме­щаемые по воле президента.

Под видом республики, украшенной всеобщим избиратель­ным правом, декретировалась диктатура одного лица.

Начало новой диктатуры было ознаменовано кровопроли­тием. Пехотные и кавалерийские части, прибегнув к картечи, ружейному огню, сабельным ударам, обрушились на мирные тол­пы парижан. Жертвами этого погрома, продиктованного подлыми чувствами, сделались около двух тысяч человек. Несколько бар­рикад, сооруженных в защиту поруганной республики, были взяты, их защитники расстреляны все до одного. У их трупов были расставлены столы с выпивкой и закуской, за которыми весели­лись офицеры и солдаты.

Дикие расправы над республиканцами совершались по всей остальной Франции.

В январе 1852 года получила утверждение новая кон­ституция.

В центре всей системы правления находился президент. Власть его касалась как законодательства, так и управления. Он назначал и смещал министров. Суд отправлялся его именем. В его власти находились армия и полиция. Он объявлял осадное поло­жение. Он издавал декреты и утверждал законы.

Единственное “ограничение” власти президента конституция усматривала в системе народных опросов — плебисцитах.

Введение в государственную систему постоянного (хотя и не часто употреб­лявшегося) плебисцитного элемента создает иллюзию демократизма, но ни в ма­лейшей степени не угрожает основам режима.

Соответственно подготовленный властями плебисцит всегда давал тот ре­зультат, на который рассчитывало правительство.

При этом на плебисцит никогда не выносились действительно острые, заде­вавшие интересы народа вопросы правительственной политики.

В ноябре 1852 года Наполеон устраняет противоречие меж­ду титулом и властью. Сначала сенат, а затем плебисцит провоз­глашают его императором Франции под именем Наполеона Ш.

Реальная власть оказалась в руках финансовой и промыш­ленной буржуазии. Никогда прежде не создавалось для нее столь благоприятных условий.

Вторая империя так же, как и первая, родилась в момент, когда напуганная демократическим движением и демократиче­скими реформами буржуазия была настроена особенно контрре­волюционно.

Примером этого может служить декрет 1852 г., лишивший прессу гарантий независимости. Комический актер Грассо был арестован за то, что сказал в одном из кафе, где его заставили ждать: “Здесь, как в Севасто­поле, ничего нельзя получить” (имелась в виду Крымская война)[5].

Вторая империя просуществовала до 1870 года. Первые же сражения франко-прусской войны обнаружили разложение пра­вительства и армии Франции. Наконец, под Седаном прусско-германские войска заставили капитулировать 100-тысячную французскую армию. Эта катастрофа подняла на ноги Париж. Народ ворвался в Законодательное собрание. Под его прямым давлением были декретированы упразднение империи и восста­новление республики — третьей по счету. Это произошло 4 сен­тября 1870 года.

Власть оказалась в руках узкой кучки профессиональных политиков и военных, присвоивших себе название правительства “национальной обороны”. Свои усилия новое правительство Франции сосредоточило главным образом на том, чтобы любой ценой сговориться с Пруссией: боялись революционной ситуации, которая складывалась в результате военного поражения, эконо­мической разрухи, нищеты масс. И, заметим, боялись не напрасно.


Глава 2. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ И КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО ФРАНЦИИ.


Информация о работе «Политическая система Франции»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 94225
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
16733
0
0

... стран Восточной Европы. Все эти факторы привели к дальнейшему развитию демократических принципов в самой Франции. Заключение Таким образом, рассматривая в перспективе изменения политической системы Франции за время Пятой республики, можно констатировать постепенную трансформацию политической системы из авторитарного президентского правления, так ...

Скачать
20938
0
0

... совместно с министром юстиции и Высшим советом магистратуры. Конституция Французской республики предусматривает досрочное прекращение полномочий президента в результате смерти, добровольной отставки, возникновения препятствий к исполнению обязанностей или обвинения в государственной измене. Последнее предъявляется обеими палатами парламента, выносящими идентичные решения двумя третями голосов. ...

Скачать
46945
0
0

... Милля о том, что государство является только «ночным сторожем»[13], неограниченно властвовшая еще в 60-70-х годах, в конце XX века уже практически не находила сторонников в среде политических деятелей Англии. Буржуазное государство в начале XX века сделало несколько практических шагов в сторону вмешательства в сферу индустриальных отношений. Однако само английское общество относилось довольно ...

Скачать
90342
0
0

... Наумовой «Голлизм в оппозиции: Партия объединения французского народа в политической жизни Четвертой республики. 1947 –1955 гг.» и книге Сироткина В. Г. «История Франции: Пятая республика». Цель работы: проследить политическое развитие Франции после Второймировой войны. Глава 1 Временный режим и Четвертая республика 1.1Временный режим. В ходе освобождения Франции от фашистских оккупантов ...

0 комментариев


Наверх