Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация


Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ПСИХОЛОГИИ И СОЦИАЛЬНЫХ НАУК

Факультет психологии

Кафедра прикладной психологии


Влияние детско-материнской привязанности

на психическое развитие ребенка

КУРСОВАЯ РАБОТА


г. Владивосток 2010


Оглавление

 

Введение

1 Современные представления о привязанности 1.1 Факторы, влияющие на формирование привязанности 1.2 Теории привязанности 1.3. Динамика формирования привязанности

2 Исследование влияния различных типов детско-материнской привязанности на психоэмоциональное развитие ребёнка

2.1Типы детско-материнской привязанности и методика их оценки

2.2Классификация и клинические проявления нарушения привязанности

2.3 Влияние детско-материнской привязанности на психическое развитие ребенка

Заключение

Список литературы


Введение

 

Введенный Боулби Дж. (1973) термин «привязанность» для установления качества этого союза, связи ребенка и взрослого - многогранен. Как формируется привязанность и как она функционирует - все еще является не до конца понятой проблемой.

Привязанность в общей форме можно определить как «близкая связь между двумя людьми, не зависящая от их местонахождения и длящаяся во времени и служащая источником их эмоциональной близости»[1]. Привязанность - это стремление к близости с другим человеком и старание эту близость сохранить. Глубокие эмоциональные связи со значимыми людьми служат основой и источником жизненных сил для каждого из нас. Для детей же они - это жизненная необходимость в буквальном смысле слова: младенцы, оставленные без эмоционального тепла, могут умереть, несмотря на нормальный уход, а у детей старшего возраста нарушается процесс развития. Сильная привязанность к родителям дает ребенку возможность развить базовое доверие к миру и положительную самооценку.

Впервые интерес к отклонениям в душевном развитии детей раннего возраста был проявлен в первой половине XX века. Клинико-психологические исследования младенцев и детей раннего возраста берут свое начало в психоаналитических работах Фрейда З.(1939). Психоаналитики уделяли большое внимание проблемам раннего возраста, прежде всего, с точки зрения оценки детско-материнских отношений. Боулби Дж.(1973), Спитц Р.А.(1968) подчеркивали, что взаимоотношения мать-дитя основываются на зависимости младенца от родительницы, и изучали механизмы младенческой фрустрации, вызванной нарушениями отношений с матерью.

Лоренц К.(1952), Тинберген Н.(1956) рассматривали прочную эмоциональную связь в диаде мать-дитя как врожденную мотивационную систему. Именно нарушениями формирования этой системы они объясняли возникающую патологию в раннем возрасте.

В недавние годы увеличилось число работ, касающихся формирования у младенцев детско-материнских взаимоотношений и их влияния на процесс психического развития ребенка (Батуев А.С. (1999), Авдеева Н.Н. (1997), Смирнова Е.О.(1995)).

Объект исследования: феномен привязанности.

Предмет исследования: влияние типа привязанности ребенка к матери на его психоэмоциональное развитие.

Цель работы – проанализировать влияние типа привязанности ребенка к матери на его психоэмоциональное развитие.

Для достижения цели необходимо решить следующие задачи:

1. Рассмотреть современные представления о привязанности.

2.Исследовать влияния различных типов детско-материнской привязанности на психоэмоциональное развитие ребёнка.

Курсовая работа представлена на 37 страницах и состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы. Список литературы состоит из 21 го источника, из них 8 зарубежных, 13 отечественных авторов. В курсовой работе представлена одна таблица «Внешние рабочие модели себя и других людей». В первой главе рассматриваются современные представления о привязанности. Во второй главе анализируются результаты исследований разных авторов влияния различных типов детско-материнской привязанности на психоэмоциональное развитие ребёнка.


1. Современные представления о привязанности 1.1 Факторы, влияющие на формирование привязанности

Отношения между матерью и ребенком в раннем возрасте зависят от взаимодействия сложной многокомпонентной системы факторов, каждый из которых играет большую роль в реализации врожденных программ поведения ребенка. В первые месяцы жизни младенец растет и развивается в условиях психофизиологического «симбиоза» с матерью. С физиологической точки зрения, привязанность матери к ребенку возникает благодаря материнской доминанте, формирующейся задолго до рождения ребенка. В ее основе лежит доминанта гестационная, впоследствии превращающаяся в доминанту родовую, а затем и лактационную[2].

У младенца возникновению привязанности способствует врожденная необходимость связи с человеком, который обеспечивает удовлетворение его биологических потребностей в тепле, пище, физической защите, а также в психологическом комфорте, который формирует у ребенка чувство защищенности и доверия к окружающему миру.

Детско-материнская привязанность характеризуется наличием надежных и устойчивых отношений между ребенком и ухаживающими за ним взрослыми. Признаками надежной привязанности являются следующие:

1) объект привязанности может лучше других успокоить ребенка;

2) ребенок обращается за утешением к объекту привязанности чаще, чем к другим взрослым;

3) в присутствии объекта привязанности ребенок реже испытывает страх.

Способность к формированию привязанности у ребенка во многом обусловлена наследственным фактором. Однако она не в меньшей мере зависит от чувствительности окружающих взрослых к потребностям ребенка и от социальных установок родителей.

Детско-материнская привязанность возникает еще внутриутробно, на основе пренатального опыта. Важную роль в формировании материнских чувств у беременных женщин играют, согласно Брутману В.И.(1997), Радионовой М.С.(1997), телесные и эмоциональные ощущения, возникающие в процессе вынашивания будущего ребенка[3]. Эти ощущения принято называть телесно-эмоциональным комплексом. Последний представляет собой комплекс переживаний, связанных с эмоционально-положительной оценкой телесной изменённости беременной женщины. В сознании будущей матери намечается телесно-чувственная граница между своим телом и плодом, способствующая возникновению образа ребенка. При вынашивании нежелательной беременности образ младенца, как правило, не интегрируется и психологически отторгается. Ребенок, в свою очередь, уже в пренатальном периоде способен воспринимать изменения эмоционального состояния матери и реагировать на него изменением ритма движений, сердцебиений и др.

Качество привязанности зависит от мотивационного аспекта беременности. В иерархии мотивов базисным является родительский инстинкт. Дополнительное и существенное значение имеют психосоциальные тенденции - подтверждение своей общности с людьми посредством осуществления репродуктивной функции. К средовым и психологическим мотивам относятся: обеспечение устойчивых брачно-семейных отношений, коррекция их нарушений, разрешение личностных проблем, связанных с отвержением в родительской семье, реализация чувства эмпатии[4].

На формирование детско-материнской привязанности влияют отношения между супругами. Родители, которые несчастливы в браке к моменту рождения ребенка, как правило, малочувствительны к его потребностям, имеют неверное представление о роли взрослых в воспитании детей, не способны устанавливать со своими детьми тесные эмоциональные отношения. Эти родители гораздо чаще, чем те, кто счастлив в браке, считают, что их дети обладают «трудным характером».

Для процесса формирования привязанности имеет значение также ранний постнатальный опыт детско-материнских взаимодействий. Он возможен благодаря этологическому механизму импринтинга (мгновенного запечатлевания). Первые два часа после рождения являются особым «сенситивным» периодом для формирования привязанности. Младенец находится в состоянии максимальной восприимчивости к информации, получаемой из окружающего мира.

Возникновение привязанности матери к новорожденному подтверждено многочисленными опытами по узнаванию только что родившими женщинами своих детей и специфике раннего детско-материнского взаимодействия. Специальные исследования диадического взаимодействия ребенка и матери показали, что в среднем 69% матерей способны узнавать своих только что родившихся детей, прикасаясь лишь к дорсальной поверхности их ладони, если они предварительно успели провести с ребенком не менее одного часа. Дети 2-6 дней жизни в ситуации выбора достоверно чаще предпочитают запах молока собственной матери.

Выявлен феномен визуальной синхронизации детско-материнского поведения. Показано, что мать и новорожденный имеют выраженную тенденцию одновременно смотреть на один и тот же предмет, причем доминирующую роль при этом играет ребенок, а мать «подстраивается» под его действия. Обнаружена также способность новорожденного двигаться синхронно ритму речи взрослого. Показано, что при одновременном взгляде в глаза друг другу движения головы матери и головы ребенка также гармонизированы и внешне напоминают «вальс».

Подобное биологическое предпочтение матерью своего ребенка, ощущение «своего», «родного» лежит в основе готовности матери проявлять положительные чувства к своему ребенку, поддерживать его и заботиться о нем[5].

Существуют некоторые особенности зрительного восприятия взрослыми детей, накладывающие отпечаток на эмоциональное отношение к ним и на возникновение привязанности родителей к детям. Так, Лоренц К.(1952) обратил внимание на то, что черты лица младенцев воспринимаются взрослыми как милые и приятные. Мальчики и девочки старшего возраста также положительно реагируют на младенческие черты лица. Интерес девочек к младенцам резко усиливается с начала пубертатного периода. Таким образом, лицо младенца может служить избирательным стимулом для привлечения внимания взрослого, что способствует становлению родительско-детской привязанности.

Формирование привязанности младенцев к родителям в первые месяцы жизни опирается на некоторые инстинктивные формы поведения детей, интерпретируемые взрослыми как знаки общения. В теории привязанности Боулби Дж.- Эйнсворт М.(1973) такие формы поведения носят название «паттернов привязанности». Наиболее важные из них - это плач и улыбка. Улыбка вначале носит рефлекторный характер и возникает в ответ на неспецифические воздействия. Однако очень быстро, уже с двухмесячного возраста, она становится особым сигналом для взрослых, означает желание с ними общаться. Плач в первые месяцы жизни - это специфический сигнал дискомфорта ребенка, который избирательно адресован тем взрослым, которые за ним ухаживают. В первые месяцы жизни плач младенца имеет характерные отличия в зависимости от вызвавшей его причины.

Таким образом, формирование привязанности в диаде мать- ребенок начинается еще в пренатальном периоде. Это зависит от формирования телесно - эмоционального комплекса у матери. При вынашивании же нежеланного ребенка его образ не интегрируется в сознание матери и формируется неустойчивая привязанность.

1.2 Теории привязанности

Боулби Дж.(1973), основоположник «Теории привязанностей», его последователь Эйнсворт М.(1979) и другие (Фалберг В.(1995), Спитц Р.А.(1968), а также Авдеева Н.Н.(1997), Ершова Т.И. и Микиртумов Б.Е (1995)), доказали важность привязанностей и интерперсональных отношений между ребенком и родителями (лицами, их заменяющими), важность формирования союза ребенка и взрослого, обеспечения стабильности (длительности) отношений и качества коммуникации между ребенком и взрослым для нормального развития ребенка и развития его идентичности.

Теория привязанностей имеет корни в психоанализе Фрейда З.(1939) и теории стадийного развития Эриксона Э.(1950), теории вторичного подкрепления и социального научения Долларда Дж. и Миллера Н.(1938). Однако самое сильное влияние имеет этологический подход Лоренца К.(1952), распространившего идеи Лоренца К.(1952) об импринтинге на человека. Боулби Дж.(1973) развил эти идеи и выявил повышенную значимость для психического развития ребенка установления продолжительных теплых эмоциональных взаимоотношений с матерью.

Результаты наблюдений и клинические данные показали, что отсутствие или разрыв подобных взаимоотношений приводят к серьезному дистрессу, возникновению проблем, связанных с психическим развитием и поведением ребенка. Боулби Дж.(1973) был первым исследователем, который связал развитие привязанности с адаптацией и выживанием ребенка.

В рамках этологии в качестве механизмов привязанности рассматриваются гормональные изменения в послеродовом периоде у матери (Клаус М., Кенелл Дж.(1976)), что обуславливает наличие сензитивного периода ранней привязанности между ребенком и матерью, влияющего на дальнейшие отношения в диаде. Для описания этих отношений был введен термин бондинг. Последующие работы рассматривали влияние на формирование привязанностей не только удовлетворения матерью базовых потребностей ребенка, но и высших потребностей, таких, как формирование определенных взаимоотношений, результатом которых и становится привязанность (Боулби Дж.(1973), Криттенден П.(1992), Эйнсворт М.(1979)).

Одной из наиболее известных в настоящее время считается теория Боулби Дж.- Эйнсворт М.(1973), активно разрабатываемая последние 30-40 лет. Данная теория возникла на пересечении психоанализа и этологии и ассимилировала многие другие концепции развития - бихевиоральную теорию научения, репрезентативные модели Пиаже Ж.(1926) и др[6].

В основе теории привязанности лежит положение о том, что любое отношение человека к окружающему миру и к себе изначально опосредовано отношениями между двумя людьми, которые в дальнейшем определяют весь душевный склад личности. Центральным понятием теории привязанности является «объект привязанности». Для большинства детей первичный объект привязанности - это мать, однако генетическое родство в данном случае не играет решающей роли. Если первичный объект привязанности обеспечивает ребенку безопасность, надежность и уверенность в защите, то ребенок в дальнейшем будет способен наладить отношения с другими людьми.

Однако до тех пор, пока не будет удовлетворена базисная потребность в первичном объекте привязанности, человек не сможет установить вторичную привязанность с другими людьми - сверстниками, учителями, лицами противоположного пола. Система привязанности включает две противоположные тенденции в поведении ребенка - стремление к новому и поиск поддержки. Система привязанности активируется, когда ребенок сталкивается с неизвестным, и почти не работает в привычной безопасной обстановке[7].

Теория привязанности Боулби Дж. (1973) вплоть до настоящего времени вызывает массу откликов у исследователей и практических психологов. Некоторые из них идут по пути развития и дифференциации классического понятия привязанности, другие – ищут точки соприкосновения теории привязанности с другими направлениями психологии, третьи изучают физиологическую основу поведения привязанности в рамках междисциплинарных исследований.

Хеад Д. и Лайк Б. (1997, 2001) на основе теории привязанности Боулби создали свою разработку, назвав ее теорией динамики привязанности и совместного интереса. Под «совместным интересом» здесь понимается широкий ряд явлений – от «объединенного внимания» матери и младенца до общих ценностей у подростков и взрослых. Эта теория применима к практике работы с детьми, имеющими серьезные нарушения привязанности и межличностных отношений с родными или воспитателями.

Теория привязанности часто критиковалась за сравнительную узость, неспособность объяснить сложные меж- и внутриличностные проявления, такие как креативность или сексуальность. Из работ Боулби Дж.(1973) не вполне понятно место широких социальных отношений ребенка – с расширенной семьей, со сверстниками, с социумом – в развитии привязанности, поэтому Хеад Д. и Лайк Б.(1997, 2001) попытались заполнить указанные пробелы, описав пять взаимосвязанных поведенческих систем. Все эти системы инстинктивны, внутренне мотивированы, активизируются определенными стимулами и разворачиваются в сфере межличностных отношений:

1)родительская система, включающая взгляды Боулби на поведение заботы. Хеад Д. и Лайк Б. (1997, 2001) расширили ее, включив подсистему, заставляющую родителей постепенно подкреплять и развивать автономию и исследовательскую активность ребенка, и назвав ее компонентом роста и развития (обучающим аспектом заботы);

2)система потребности в объекте привязанности по Боулби Дж.(1973);

3)исследовательская система, включающая помимо лиц, заботящихся о ребенке, общие интересы со сверстниками, как в детстве, так и во взрослом возрасте;

4)аффективная (сексуальная) система, развивающаяся в общении со сверстниками;

5)система самозащиты, которая активизируется, когда возникает страх отвержения, стыда или жесткого обращения или когда объект привязанности кажется недостаточно заботливым и способным защитить[8].

Например, если сам родитель имеет опыт ненадежной привязанности, у него повышена активность системы самозащиты при низкой активности исследовательской системы. Поэтому потребность ребенка в нем как в объекте привязанности может ошибочно расцениваться как угроза благополучию родителя, что приводит к еще большему усилению самозащиты и угнетению родительской системы (Хеад Д. и Лайк Б., 1999). Такая модель объясняет передачу паттернов жестокого и пренебрежительного обращения с ребенком из поколения в поколение.

По Боулби Дж.(1973), психотерапевтическая работа со взрослыми должна быть построена так, чтобы новые здоровые отношения с терапевтом положительно влияли на модели привязанности, которые клиент вынес из прошлого опыта. С точки зрения Хеад Д. и Лайк Б., (1999), целью психотерапии является восстановление гармоничного и согласованного функционирования всех пяти систем.

Теория привязанности и системная семейная терапия Эрдам П. и Каферри Т. (2003) утверждают, что «для тех из нас, кто постоянно занимается практикой, привязанности указывают на истоки всех отношений. Теория семейных систем описывает структуру отношений, в которые мы вовлекаемся в дальнейшей жизни»[9]. Ключевой момент обеих теорий – это «понятие связи, которое само по себе требует взаимодействия как минимум двух партнеров, которые побуждают к действию и останавливают друг друга в затейливом «танце», постепенно адаптируясь к нему».

Связи имеют следующую структуру, учитывающую аспекты обеих теорий:

1)  надежная привязанность со способностью к автономии и адаптивная семейная система;

2)  избегающая привязанность и разобщенная семейная система;

3)  амбивалентная привязанность и запутанная семейная система.

Учет положений обеих теорий хорошо зарекомендовал себя в практике, особенно в работе с людьми, пережившими травму, а также в психологическом сопровождении возрастных кризисов и переходных моментов жизни.

Основной инструмент семейной нарративной теории привязанности – это истории, которые родители (чаще речь идет о приемных родителях) рассказывают своему ребенку, пройдя специальное обучение у терапевта. Эс Мэй Дж. (2005)[10] сформулировала 4 основных типа историй, которые последовательно помогают ребенку создать новую привязанность.

История-утверждение: рассказ от первого лица о том, что заслуживает каждый ребенок с момента зачатия – о том, каково быть желанным, любимым, окруженным заботой. Эта история не должна подменять собой реальную историю ребенка, но она способствует развитию положительного отношения к себе и другим. Родители делятся чувствами, мыслями и мечтами о том, каким было бы рождение и раннее детство ребенка, если бы он родился в их семье. История-утверждение полезна и самим родителям: они представляют и переживают опыт ухода за беспомощным младенцем, что помогает отвлечься от плохого поведения ребенка в настоящем и осознать путь воспитания, который привел бы к благополучию в тех сферах, которые в реальной жизни оказались проблемными. Сами дети часто говорят: «Да, именно это мне нужно!»

История о развитии продолжает темы любви и заботы, начатые в истории-утверждении, а также сообщает ребенку о том, как на разных возрастных этапах дети адаптируются к сложным ситуациям и учатся бороться с трудностями. Это помогает ребенку осознать свои возможности и научиться ценить приобретенное с возрастом, а не использовать регрессивное поведение. История-утверждение и история о развитии рассказываются от первого лица.

История о травме, в отличие от первых двух, направлена не на установление привязанности, а на преодоление травматического опыта прошлого. Она рассказывается от третьего лица о герое-протагонисте, который «давным-давно жил-был» в такой же ситуации, как сам ребенок. Рассказывая ее, родитель демонстрирует ребенку свое эмпатическое понимание его чувств, переживаний, воспоминаний и намерений. Также история о травме помогает ребенку преодолеть идеи самообвинения («мама стала пить, потому что я плохо себя вел») и отделить проблему от самого ребенка.

Истории о ребенке, который справился с проблемами и добился успеха, рассказываются от третьего лица и помогают ребенку справиться с каждодневными трудностями, которые могут поначалу казаться сложными.

Фонаги П. с соавторами (1996) считают, что многие дети, подвергшиеся жестокому обращению, отрицают возможность обсуждать мотивы и намерения своих родителей, чтобы избежать мыслей о том, что родители сознательно хотели причинить ему вред. В таком случае рефлексивный диалог с приемными родителями о том, какие мысли и чувства вызывают то ли иное поведение людей, помогает развитию чувства безопасности и надежной привязанности. В ходе совместного рассказывания историй возникает взаимная «подстройка» родителя и ребенка, что и является основой формирования привязанности.

Исследователь Цван Р.А., (1998; 1999) показал, что переживания в процессе рассказа значимой для человека истории ни в чем не уступают переживаниям участника или свидетеля реальных событий. Для этого рассказчик должен идентифицироваться с протагонистом (главным героем), чтобы содержание истории разворачивалось для него «здесь и сейчас». Такая практика позволяет «путешествовать» в прошлое и будущее. Слушание и обсуждение рассказов о своей жизни и жизни детей, похожих на него, помогает ребенку осмыслить свой жизненный опыт, даже негативные его аспекты. Развивая умение обсуждать свои мысли и чувства с родителями, ребенок постепенно интериоризирует такие сложные понятия, как добро, сострадание, рефлексия; учится децентрации; становится на позицию автора собственной истории, которому «никогда не поздно иметь счастливое детство» и который способен планировать будущее.

Практика показала, что способность родителей помочь своему ребенку в развитии надежной привязанности при помощи историй не связана с интеллектом и образованием родителей, а также с наличием у них позитивного детского опыта. Успех зависел от способности родителя принять тот факт, что нарушения поведения у ребенка обусловлены его тяжелым опытом, а не присущи ему изначально, и, вместо поведенческих проблем, сфокусировать внимание на отношениях любви, заботы и защиты. Важную роль играет также признание терапевтом собственной компетентности родителя.

Хотя нарративная терапия Уайта М. и Эпстона Д. (1990) и семейная нарративная терапия привязанности Эс Мэй Дж. (2005) имеют некоторые общие техники и теоретические основания, существует ряд серьезных различий между ними. Например, хотя семейная нарративная терапия привязанности Эс Мэй Дж. (2005) служит для перевода внимания ребенка с негативных моделей отношений и поведения на ресурсные, подобно технике пересказа в нарративной терапии (Уайта М. и Эпстона Д. (1990)), семейная нарративная терапия привязанности Эс Мэй Дж. (2005) использует истории, специально направленные на коррекцию негативных аспектов состояния ребенка, тогда как нарративная терапия видит целью пересказа скорее непредвзятое совместное исследование возможностей.

Дело в том, что нарративная терапия – это постмодернистская, социально-конструктивистская практика, ставящая под сомнение «конечные истины» и поддерживающая процесс заинтересованного поиска Уайта М. и Эпстона Д. (1990). Семейная нарративная терапия привязанности Эс Мэй Дж. (2005) напротив, основывается на убежденности в неизменной врожденной потребности ребенка в отношениях привязанности. Именно поэтому терапия ставит четко фиксированные цели, выводимые из классической теории привязанности (Боулби Дж., (1973, 1980, 1982); Джордж Др. и Соломон Ф., (1999) и исследований о связи между опытом привязанности в раннем детстве и особенностями осмысления этого опыта в рассказах о нем (Брефертон И., (1987, 1990); Фонаги П.(1996), Стил М, Моран Дж., (1991); Соломон Ф.(1995)).

В то же время семейная нарративная терапия привязанности Эс Мэй Дж. (2005) отличается от большинства других подходов, направленных на коррекцию нарушений привязанности, многие из которых включают в себя открытое отреагирование стыда и гнева, а также принудительный холдинг (удерживание ребенка в объятиях) (Дозер Дж., 2003).

Большое значение для понимания природы детско-материнской привязанности имеет положение Выготского Л.С.(1997)[11] о том, что любой контакт младенца с внешним миром опосредован значимым для ребенка взрослым окружением. Отношение ребенка к окружающему неизбежно преломлено отношением к другому человеку, во всякой ситуации его взаимодействия с миром явно или неявно присутствует другой человек.

Согласно психоаналитическим взглядам, отношение матери к ребенку во многом определяется историей ее жизни. Для принятия будущей матерью младенца большое значение имеет формирование его образа в воображении женщины. Нарушению привязанности могут способствовать искажающие реальность «фантазии» женщины относительно своего ребенка. Роль матери для процессов психического развития ребенка в принципе оценивается неоднозначно.

Так, например, Кляйн М.(1932) описала так называемую «депрессивную позицию» - феномен нормального поведения ребенка в 3-5 мес. Позиция эта заключается в отчуждении ребенка от матери, в ощущении, наряду с чувством спокойствия и защищенности, немощности и зависимости от нее. Отмечается неуверенность ребенка в «обладании» матерью и двойственное отношение к ней[12].

Таким образом, теория привязанностей имеет корни в психоанализе Фрейда З.(1939) и теории стадийного развития Эриксона Э.(1950), теории вторичного подкрепления и социального научения Долларда Дж. и Миллера Н. (1938). Но непосредственным ее создателем является Боулби Дж.(1973), который разработал шкалы для определения типа детско- материнской привязанности.

1.3 Динамика формирования привязанности

Различают 3 основных периода формирования детско-материнской привязанности в первые годы жизни:

1) период до 3 мес., когда младенцы проявляют интерес и ищут эмоциональной близости со всеми взрослыми, как знакомыми, так и незнакомыми;

2) период 3-6 мес. В этот период младенец начинает различать знакомых и незнакомых взрослых. Постепенно ребенок выделяет мать из объектов окружающего, отдавая ей предпочтение. Выделение матери из взрослого окружения основывается на предпочтении ее голоса, лица, рук и происходит тем быстрее, чем адекватнее мать реагирует на подаваемые младенцем сигналы;

3) период 7-8 мес. Происходит формирование избирательной привязанности к ближайшему взрослому. Отмечается тревога и страх при общении с незнакомыми взрослыми, по определению Спитц Р.А.(1968) - «страхи 8-го месяца жизни»[13].

Привязанность ребенка к матери наиболее сильна в 1-1,5 года. Она несколько уменьшается к 2,5-3 годам, когда в поведении ребенка отчетливо намечаются другие тенденции - стремление к самостоятельности и самоутверждению, связанные с развитием самосознания.

Шефер Р.(1978) показал, что детско-родительская привязанность в первые 18 месяцев жизни ребенка проходит в своем развитии следующие стадии.

1) Асоциальная стадия (0-6 нед.). Новорожденные и младенцы полутора месяцев жизни являются «асоциальными», поскольку во многих ситуациях общения с одним или несколькими взрослыми у них наблюдается преимущественно одна реакция, в большинстве случаев - реакция протеста. После полутора месяцев младенцы обычно отдают предпочтение общению с несколькими взрослыми.

2) Стадия недифференцированных привязанностей (6 нед - 7 мес). На этой стадии младенцы быстро удовлетворяются присутствием любого взрослого. Они успокаиваются, когда их берут на руки.

3) Стадия специфических привязанностей (с 7-9 мес. жизни). В данном возрасте младенцы начинают протестовать, когда их разделяют с близким взрослым, особенно матерью. При расставании они расстраиваются и часто сопровождают мать до двери. После возвращения матери младенцы очень тепло ее встречают. В это же время младенцы часто настороживаются в присутствии незнакомых. Указанные особенности свидетельствуют о сформированности первичной привязанности.

Формирование первичной привязанности имеет важное значение для развития исследовательского поведения ребенка. Первичный объект привязанности используется ребенком в качестве безопасной «базы» для освоения окружающего мира[14].

4) Стадия множественных привязанностей. Спустя несколько недель после возникновения первичной привязанности к матери то же чувство возникает по отношению к другим близким людям (отцу, братьям, сестрам, бабушкам, дедушкам). В возрасте 1,5 лет очень мало детей привязаны только к одному человеку. У детей, имеющих множество привязанностей, как правило, устанавливается иерархия объектов привязанности. Тот или иной близкий человек является более или менее предпочтительным в определенной ситуации общения. Различные объекты привязанности используются детьми с разными целями. Например, большинство детей предпочитают компанию матери, если они напуганы или расстроены. Отцов они чаще предпочитают в качестве партнеров по играм.

Выделяют 4 модели множественной привязанности[15]. Первая получила название «монотропной». При этом мать является единственным объектом привязанности. Только с ней связана дальнейшая социализация ребенка.

Вторая модель - «иерархическая» - также предполагает ведущую роль матери. Однако важными являются и вторичные объекты привязанности. Они могут замещать мать в условиях ее кратковременного отсутствия.

Третья - «независимая» модель - предполагает наличие различных, одинаково значимых объектов привязанности, каждый из которых вступает во взаимодействие с ребенком лишь тогда, когда основные опекуны находятся с ним уже длительное время.

Четвертая - «интегративная» модель - предполагает независимость ребенка от того или иного объекта привязанности.

Таким образом, различают несколько классификаций, в соответствии с которыми привязанность ребенка формируется от рождения до двух с половиной лет.

 



Информация о работе «Влияние детско-материнской привязанности на психическое развитие ребенка»
Раздел: Психология
Количество знаков с пробелами: 62165
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
94187
4
0

... выше можно заключить, что как положительное, так и отрицательное влияние семьи на личность превышает влияние всех других факторов.   1.2 Влияние детско-родительских отношений на наличие у ребенка психосоматических заболеваний Появление термина "психосоматический", согласно литературе, относится к 1818 г. по Хайнроту, а термина "соматопсихический" - к 1822 г. - Якоби, но сами вопросы ...

Скачать
102869
6
0

... различные основания и критерии, которые были положены в основу классификации жизненного цикла человека. Разделение жизненного цикла человека на периоды позволяет лучше понять закономерности развития человека и специфику возрастных этапов. Периодизации психического развития можно разбить на два больших класса: периодизации одного из аспектов психического развития и периодизации, пытающие ...

Скачать
126951
7
1

... , мы рассмотрели семейные неблагоприятные факторы в процессе развития ребенка, которые могут определить нарушения психологического развития ребенка. 2. Выявление особенностей влияния детско-родительских отношений на психологическое развитие детей среднего дошкольного возраста   2.1 Организация и методика обследования   Опытно-экспериментальная работа по выявлению особенностей влияния детско- ...

Скачать
40485
0
2

... ребенок вырастает с развитым чувством долга, высокой степенью ответственности перед окружающими людьми, активной жизненной позицией. Цель исследования: изучение стилей семейного воспитания, их особенностей и влияния на психическое развитие подростков достигнута. Задачи исследования: теоретический анализ исследуемой проблемы и изучение стилей семейного воспитания и влияния на психическое развитие ...

0 комментариев


Наверх