КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА 1893-94Г.


с начала 90-х разворачиваются выступления крестьян на юге

запрет секты ТОНХАК

1892 - обращение к губернаторам, затем обращения к вану
в основном религиозные требования, постепенно добавляются антифеодальные и антииноземные

1893 раскол секты Со Бён Хак и , издание ваном декрета, запрещающего деятельность ТОНХАК ( всвязи с покушением)

призывы изгнать иностранцев, те готовятся к отъезду

укреп. лагерь в Чунчхондо: разогнать не удалось, нехватка оружия... = разошлись

ИТОГИ: стихийность; религиозность, антифеодальность; нет отказа от мирного решения вопросов

1894 восстание в Чолла против начальника уезда
глава Чон Бон Чун

создание отрядов, разграбление арсеналов,военное обучение

31 мая 1894 разбиты и присланные из столицы войска

но в Чонджу окружены, запуганы, начало переговоров

условия повстанцев: свобода проповеди ТОНХАК
право на равную землю
отмена косвенных налогов
наказание кровопийц-чиновников
уничтожение списков ноби
приличное обращение с низшими слоями
разрешение вдовам вторично выходить замуж
наказать всех прояпонцев

согласие правительства, армия уходит и расформировывается

вполнили отмену ноби организации чипкансо

разрозненные выступления продолжались

ИТОГИ: антифеодальный характер
религиозные цели отходят на второй план


20



АННЕКСИЯ КОРЕИ


Акт аннексии Кореи явился следствием и логическим завершением последовательной политики Японии по освоению, установлению всестороннего контроля и фактическому захвату корейского полуострова.

Предыстория к этому событию насчитывает порядка тридцати пяти лет, если вести отсчёт с первого японо-корейского договора 1876 г. Данная работа — попытка более или менее полного освещения событий, предшествующих аннексии, установления логических закономерностей между ними, анализа фактологических данных советской и южнокорейской историографии, освещения роли и участия иностранных держав в этих событиях.

Итак, в последней четверти 19-го в. Япония совершила первую попытку “открытия” страны-отшельника. Дело в том, что курс на международную изолящию был сознательным курсом правительства Кореи, направленным на сохранение национальных культурных и иных ценностей от “иностранных варваров”, курс на самодостаточное государство, автаркию. Он основывался на конфуцианских ценностях, а учёные-конфуцианцы считали разрушительным проникновение европейского капитализма в страну. Вторжение иностранных кораблей в 1866 г. послужило одной из причин ксенофобии. Многие прогрессивные конфуцианцы утверждали, что Корея сможет открыть доступ иностранным предпринимателям только тогда, когда её промышленность станет для этого достаточно конкурентной, и выступали за проведение реформ.

Вот в такую страну устремились западные державы: договор с США был подписан в 1882 г., с Англией и Германией — в 1883 г., Россией и Италией — 1884 г. В Корею, с её неразвитой промышленностью и отсталыми сельскохозяйственными технологиями, хлынули западные и японские товары, а вывозилось золото — ценность и рис— главная национальная ценность в области сельского хозяйства, была введена японская система военного образования, будучи породившая профессиональное и социальное неравенство. Корейский народ бурно отреагировал на экспансию мощным крестьянским восстанием, переросшим в крестьянскую войну. Особую роль сыграло движение Тонхак за национальную стабильность и безопасность, носившее религиозный характер, в основе идеологии которого лежала идея избавления крестьян. Тем не менее, народный бунт против захватчиков, сопровождавшийся разгромом японской миссии и последующим вынужденным бегством императора Коджона в Китай, явился для Японии временным и не самым серьезным препятствием.

Необходимо было преодолеть исторически сложившийся сюзеренитет Китая над Кореей, который до конца 19-го века продолжал оказывать существенное влияние на политические и экономические дела в стране. В 1894 гг. Япония высадила свои войска в Корею и развязала японо-китайскую войну 1894-1895 гг., в результате чего по Симоносекскому договору добилась от Китая отказа на его сюзерениальные претензии, а затем, при поддержке США и Англии в 1905 г. был заключён договор о протекторате Японии над Кореей.

За годы протектората были прежде всего проведены чистки в государственном аппарате: увольнялись “нелояльные” чиновники и на их место назначались японские служащие. В конце 1909 г. корейцы были вытеснены с постов уездных начальников, а впоследствии — даже письмоводителей.

Меморандумом, приложенным к очередному японо-корейскому соглашению 24 июля 1909 г. были упразднены корейские суды, функции которых полностью перешли японским судам. Далее последовало соглашение о полиции. Поводом для роспуска полицейского департамента послужила используемая японской стороной в качестве предлога необходимость “укрепления финансов”. Таким образом был предпринят один из последних шагов на пути к ликвидации суверенитета Кореи. Правительство страны теряло контроль за ситуацией в стране, становилось ширмой, за которой готовился захват Кореи.

Проекты её были разработаны весной 1909 г. Японией был создан секретный “комитет по подготовке аннексии Кореи”. Фактический глава комитета Тэраути Масатакэ к концу ноября разработал план действий, в котором важное место занимала обработка общественного мнения Кореи. Проводить данную политику было решено через агентуру созданной для этого коллаборационистской организации Ильчинхве — проводника японской империалистической политики.

Очевидно, что максимальный эффект мог быть достигнут при сочетании политических средств воздействия и многосторонней экономической эксплуатации. Если после экономического “открытия” страны её рынок начал быстро насыщаться товарами, работать на экспорт в интересах Японии, то ко времени установления протектората надо было решить вопрос о полном контроле корейской экономики. Это включало следующие меры: 1) подчинение финансов; 2) завоевание рынков; 3)поддержка японских переселенцев; 4) экспроприация сельскохозяйственных земель (включая собственность королевского двора). Логично было начать его установление с кредитно-финансовой системы — “кровеносной системы” экономики любой страны. Так, в период 1905-1908 гг. он был обеспечен выпуском векселей банка Дайити. Японские купцы, поощряемые крупными государственными кредитами, легко проникали на корейский рынок и расширяли свою деятельность на нём. Действовали фирмы с капиталом более 10 млн. вон. Постоянно увеличивалось число японцев, проживавших на полуострове: так, в 1908 г. их число составило 126 тыс. человек, а к 1911 г. — уже 210 тысяч.

Увеличивалось влияние японцев на сельское хозяйство. Происходила скупка корейских земель, увеличивалось число японцев занимающихся земледелием, причём управление генерального резидента издало ряд законов о землевладении, предоставлявших преимущества японцам. В 1905-1910 гг. происходила принудительная скупка земли в провинциях Чхунчондо и Чолландо. Известная как житница Кореи, равнина Хонам в провинции Чолландо быстро становилась японским крестьянским хозяйством. Захватив земли по всей стране, японцы могли уверенно продвигаться в северную часть полуострова и заняли районы Тэгу и Чочхивон вдоль железной дороги Сеул-Пусан, а затем район Хванчжу вдоль железной дороги Сеул-Синыйджу.

Экспроприация земель как часть мероприятий по подготовке к аннексии ставила своей целью лишить корейское государство его основной экономической поддержки — класса собственников. Но этого было мало — надо было ликвидировать самого главного феодала. После разработки плана по переселению японских крестьян было организовано акционерное “Восточное общество развития”, под прикрытием которого были захвачены невозделанные и казённые земли, сокращены королевская земельная земельная собственность и бюджет. Кроме того, была предусмотрена мобилизация корейских рабочих на их освоение. За год Обществом было освоено 30 тыс. гектаров таких территорий. В результате королевский двор был лишён большей части своей земельной собственности и более не контролировал финансы. Так была проведена экономическая подготовка к аннексии Кореи.

В данных условиях лидер корейских коллаборационистов Сон Бёнджун направляет в Сеул требование срочно поставить вопрос о присоединении Кореи к Японии. Телеграмма Сон Бёнджуна заставила председателя прояпонской Ильчинхве Ли Ёнгу собрать своих сторонников и 4 декабря ими направляется петиция в адрес императора Коджона, генерального резидента и главы корейского кабинета. По форме эта петиция была составлена как обращение якобы от имени миллионов членов Ильчинхве. Было также выпущено обращение к корейскому народу, убеждающее его в покорном принятии японского подданства.

Организаторы акции, рассчитывающие не встретить серьёзного ей сопротивления, просчитались. В день опубликования петиции в Сеуле Тэхан хёпхве и Ильчинхве было проведено совместное собрание. На этом заседании Тэхан хёпхве — патриотической организацией — был выражен протест против политики, проводимой Ильчинхве и принято решение о полном разрыве с ним. Следует учесть, что Тэхан хёпхве представляла собой крупную национальную организацию. Патриотически настроенные организации Хансон (Сеул), Корейская ассоциация христианской молодёжи, а также Национальная ассоциация по изучению вопросов образования также осудили политику Ильчинхве.

Дальнейшая реакция народа на составление данных петиций была незамедлительной: в Сеульском театре, где были выработаны обращения к правительству и генеральному резиденту с требованием наказать деятелей Ильчинхве, при этом были избраны депутаты, уполномоченные вручить обращения и способствовать их реализации. Митинг носил массовый и организованный характер: собралось несколько тысяч жителей Сеула, в городе начался сбор средств для борьбы с коллаборационистами.

Такая, по сути, декларативная мера на оказалась последней. За ней последовал митинг 9 декабря, на котором было решено добиваться закрытия “Кунмин синбо” — печатный орган Ильчинхве и рупор японской колониальной политики. Массовые собрания и митинги прошли и в других городах. 6 января 1910 г. в столице прошло собрание жителей Сеула и 40 близлежащих уездов. На этой грандиознейшей в истории Кореи манифестации Ильчинхве была де-факто названа организацией предателей корейского народа, не имеющая право выступать от его имени.

Данные акции возымели своё воздействие на японскую агентуру: публично был избит Ли Ёнгу, отделение общества в Пхеньяне пришлось закрыть в связи с бегством его членов. Оживились ранее подавляемые японцами действия партизан. Особенной активностью отличился отряд под предводительством Кан Гидона: он действовал вблизи Сеула, в провинции Хванхэ у городов Ёнан и Пхёнсан. Впоследствии, поведя наступление на Вонсан, вынужден был отступить.

По всей стране произошли выступления горожан и крестьянства. Происходили погромы как на учреждения, находящиеся под контролем японцев, так и на их дома. Бунты происходили и против высоких налогов, и захвата земли колонизаторами.

Генеральный резидент Сонэ Араскэ докладывал в Токио, что “народ везде восстаёт против японцев, потому что он недоволен действиями нашего правительства” и пригрозил карательными мерами янтияпонски настроенным организациям, установив усиленную охрану владений и руководителей Ильчинхве. Вскоре Сонэ Араскэ был уволен, что ознаменовало собой последний этап подготовки аннексии Кореи. Более “подходящей” фигурой на этот пост оказался бывший военный министр Японии Тэраути Масатакэ, который, в общих чертах продолжая политику предшественника, — сотрудничество с корейской аристократией, её поощрение японскими титулами, финансовой поддержкой уходящим в отставку чиновниками — своё главное внимание уделил военному обеспечению грядущей аннексии: общая численность японских войск в Корее достигла 50 тыс. человек. Если доверять приблизительным данным русской печати того периода, то можно утверждать, что в Корею прибыло более 1,5 тыс. жандармов, обученных для борьбы с партизанами. Созданы восемь новых полицейских участков, крупные военные силы были стянуты на охрану государственных учреждений, тюрем, банков, железных дорог — стратегических важных объектов.

В противовес угнетателям усилилась борьба добровольческой “Армии справедливости” против правления генерального резидента, возникла тайная организация Синминхве, целью которой являлось восстановление независимости страны. Возглавляемая Ан Чхан Хо, к 1910 г. Синминхве стала национальной организацией, насчитывавшей 300 членов, представлявших все корейские провинции. По неподтвердившемуся обвинению в намерении совершить покушение на генерал-губернатора Тэраути по дороге на церемонию открытия железнодорожного моста через Амнокан 27 декабря 1910 г. было арестовано свыше 600 членов общества и сочувствующих, из которых 105 подверглись жестоким пыткам, шестеро приговорены к тюремному заключению. В защиту выступили иностранные христианские миссионеры. А.Дж. Браун, генеральный секретарь пресвитерианских миссий в книге “Дело о корейском заговоре” выступил с критикой колониальной политики Японии, назвав Корею “хорошо контролируемой исправительной колонией”. Впоследствии, несмотря на попытки Тэраути роспуска организации, Синминхве продолжила свою деятельность, организовав Штаб Армии независимости с целью настроить общественное мнение на борьбу за восстановление суверенитета, а затем осуществляла поставки оружия Временному правительству в изгнании, находившемуся в Шанхае.

В результате усиленных карательных мер многие партизаны были взяты в плен, погибли, ежедневно сообщалось о казнях бойцов “Ыйбён”. Также усилились гонения на культурно-политические организации, а конфискация корейских газет в 1910 г. происходила 26 раз.

Антияпонский лагерь всё уменьшался и уменьшался, но надежда на заступничество великих держав оставалась. Если в 1908 г. попытка бегства Коджона в Россию провалилась, то в июне 1909 г. полицией был схвачен гонец в Россию с просьбой о помощи. Император Коджон посчитал японо-корейский договор незаконным и в декабре 1909 г. отправил своего представителя в Гаагу в надежде привлечь к корейской трагедии внимание очередной мирной конференции. Циркулировали даже слухи о войне США с Японией, результатом которой якобы станет освобождение полуострова. Видный деятель национально-освободительного движения Ли Гап был тайно направлен в Россию для установления контактов с русскими властями. Неоднократно с призывами защитить Корею выступали и эмигрантские корейские организации.

Тем не менее, положительного ответа не последовало. Представитель Англии заявил, что страна не будет препятствовать японской оккупационной политике в случае, если не будут затронуты интересы страны, а США вообще исходили из принципа признания японской колониальной политики на полуострове.

Особое же отношение России к корейской проблеме имело свою предысторию. Дело в том, что по русско-японскому договору от 25 апреля 1898 г., заключённого министром иностранных дел Японии Ниси и русским посланником в Японии Розеном, России обязалась не препятствовать проникновению Японии в Корею при согласии последней на аренду Порт-Артура сроком на 25 лет. Между двумя державами, имеющими как политические, так и экономические интересы в Корее, установились отношения негласного за неё соперничества. Когда было подавлено ихэцюаньское восстание (названного европейцами боксёрским — И-хэ-цюань (туань) в переводе с китайского означает “Кулак (отряд) во имя справедливости и согласия”) и Китай договором от 7 сентября 1901 г. также был в военно-политическом плане превращён в полуколонию европейских держав, усилились выступления против иностранцев. Россия, воспользовавшись сложившейся ситуацией, под предлогом охраны железной дороги направила в Маньчжурию 180-тысячную армию и, оккупировав три четверти её территории, стала выжидать благоприятного момента для вторжения в Корею.

Идея российского вторжения в Корею была во многом обусловлена расстановкой сил и интересов в области лесозаготовки. Представитель находящейся в управлении императорского Российского фонда лесозаготовительной компании Павлов выступил с предложением к российскому правительству осуществить раздел сферы российского влияния к югу от реки Амнокан и не допустить вмешательства других держав в дела России в Маньчжурии. Российский флот был сконцентрирован в Порт-Артуре, пехота — в Фэнхуанчэне и вдоль Амнокан. В августе 1903 г. был оккупирован Енампхо и далее стали быстро возводиться военные сооружения.

В начале руссско-японской войны Корея заявила о своём нейтралитете, но Япония направила в Сеул войска, тем самым вынудив правительство подписать японо-корейский протокол 23 февраля 1904 г, который подтверждал предоставление Японии военных концессий, после чего в Корее были размещены шесть с половиной батальонов, начавших затем прокладывать железные дороги, захвативших телефонную и телеграфную сеть, оккупировав главное управление связи. Они также незаконно использовали земли в военных целях.

В сентябре было объявлено военное положение на территории всей Корейской империи и введён в действие декрет о смертной казни для корейцев, обнаруженных в районе военных коммуникаций, и руководствуясь изменениями и дополнениями от 6 января 1905 г., внесенными в военные указы, Япония подавляла любые формы протеста.

Уже 3 июля было объявлено о преследовании нарушителей данного режима по японским законам, а если вспомнить содержание так называемой “Конвенции о советниках” от 22 августа 1904 г., то там говорится о назначении всех финансовых советниках корейского правительства из числа лиц японского гражданства, а дипломатических советников — из числа граждан третьих стран по рекомендации японского правительства. Целевая установка данного документа очевидна: если финансы, так как это внутреннее дело страны, можно контролировать и напрямую, а для создания видимой “цивилизованности” — назначение “подставных уток” для придания формальной, бумажной легитимности марионеточной дипломатии — какими ещё словами можно было назвать такую политику.

Соглашение было подкреплено подписанными в мае 1904 г. “Принципами предоставления льгот в Корее”, которые к уже существующим экономическим “свободам” давали право размещения японского контингента, экспроприации земель в военных целях, уже де-факто происходившей, а также руководство внешней и финансовой политикой. Предусматривались и другие “мелочи жизни”: захват транспорта и коммуникаций, получение концессий в сельском хозяйстве, разработок полезных ископаемых, рыбных промыслах и лесозаготовках.

Соединённые Штаты в немалой мере оказывали поддержку политики Японии: в Корею был направлен бывший сотрудник японского ведомства иностранных дел, американец Стивенс, консультантом по финансовым вопросам — чиновник министерства финансов Японии Мэгата Танэтаро. Таким образом создавалось мощное международное прикрытие со стороны великой державы, позволявшее проводить грабительскую внутреннюю политику: Танэтаро, получив все финансовые полномочия, обесценил корейскую вону на 20-50%, облегчив экспорт из страны. Японские чиновники были повсюду — как советники при королевском дворе, полиции, военном министерстве и министерстве образования.

В секретном соглашении Тафта-Кацура Япония и Соединённые Штаты признали прерогативы Японии в Корее, что придало ещё большую уверенность силам японской дипломатии и на Портсмутской мирной конференции 9 августа 1905 г. было высказано требование от том, чтобы “Корея была отдана в свободное распоряжение Японии” согласно американо-японскому договору и новой редакции Договора об англо-японском союзе от 1902 г., принятой во время русско-японской войны 12 августа 1905 г..

Пересмотрев условия Договора, Япония достигнула согласия Великобритании на план колонизации Кореи под предлогом защиты страны от России. Другим пунктом договора являлось обязательство Японии в ответ на британскую поддержку остановить российскую экспансию на юг на Дальнем Востоке. В свою очередь, Япония выразила согласие признать оккупацию Маньчжурии Россией при условии признания последней её деятельности в Корее. Очевидно, что Россия с трудом бы согласилась на договор с Японией, который после её поражения в войне не мог быть равноправным, поскольку, имея общую с Кореей границу, опасалась японской агрессии, а также усматривала в этом риск русским экономическим интересам.

Тем не менее, царское правительство испытывало сильное давление со стороны Японии и даже начало создавать препятствия для деятельности корейских эмигрантских организаций и преследовать их деятелей. Попытки русской дипломатии во время переговоров с Японией в 1909-1910 гг. предотвратить аннексию Кореи натолкнулись на жёсткое сопротивление и 4 июля 1909 г переговоры завершились подписанием соглашения, по которому Россия лишалась права влияния на японо-корейские отношения, а Япония при этом признала Северную Монголию и Маньчжурию сферой “специальных интересов” России. В своё время В. Ленин так охарактеризовал договор: “Россия обменяла Корею на Монголию”.

Наконец было дано согласие трёх великих держав на японское господство в Корее. Президент США Теодор Рузвельт, признавая наибольшие политические, военные и экономические интересы Японии в Корее, проигнорировал послание императора Коджона, доставленное ему усилиями американского дипломата Х.Б. Хальберта, в котором утверждалось о незаконности японо-корейского договора, тем самым предав забвению последнюю минимальную надежду и шанс Кореи в апелляции к мировому сообществу.

Получив международные юридические гарантии невмешательства иностранных держав и признания своей политики, Япония приступила к окончательному завоеванию Кореи. После вступления в силу Портсмутского договора Иту Хиробуми был направлен в Корею, который заставил подписать второй японо-корейский договор. В это время в Сеуле уже находилась японская кавалерия, подразделение жандармерии и артиллерийский дивизион — полный комплекс силовых “гарантов”. 17 ноября проект договора был подписан. Теперь учреждался пост японского генерального резидента и тем самым закреплялось колониальное правление. Корея лишалась права самостоятельных внешних сношений, международная политика была передана в ведение японского МИДа.

С 1 февраля 1906 г. Япония стала полновластной “хозяйкой” в Корее. Облечённый неограниченными полномочиями в области внешней, внутренней политики, а также военных дел Кореи, Хиросиму через так называемый Совет по усовершенствованию управления оказывал давление на корейское правительство в вопросах финансов, банковского дела, сельского хозяйства, недр, лесного хозяйства, транспорта, образования, культуры, юриспруденции, внутренней безопасности, местного управления и королевского двора — не было ничего, что не оставалось без внимания японца.

Уже упоминавшийся Стивенс, назначенный курировать корейскую дипломатию наряду с японскими деятелями, был направлен Хиробуми в Соединённые Штаты с целью проведения прояпонской пропаганды. По непроверенным данным, Стивенс получил от японцев несколько десятков тысяч долларов на ведение такой деятельности. Прибыв в Сан-Франциско, он выступил с заявлением, утверждая, что корейский народ приветствует японо-корейский договор. Если бы хоть кто-нибудь в США собственными глазами увидел, что творилось в Корее, наверное, возмущению людей не было бы предела, как не было предела гневу и жажде мести двух корейских эмигрантов, в марте 1907 г. совершивших удачное покушение на Стивенса. Самому генеральному резиденту тоже оставалось немного. Когда Хиробуми в намерении ликвидировать опорный пункт добровольческой армии в Кандо (Маньчжурии), открыл там японское представительство и добился от Китая признания прав на город и разрешения на строительство новых веток железных дорог, а также разработку полезных ископаемых, ответный удар не заставил себя ждать: 26 октября 1909 г. прогремел выстрел молодого корейского патриота Ан Чжун Хына, убившего генерального резидента на Харбинском вокзале.

В июне 1910 г. по указанию императора было Бюро колониальных дел, под юрисдикцию которого наряду с Тайванем перешла Корея. Был разыгран “плебисцит”, в ходе которого каждому уезду было предложено избрать одного депутата, который бы на общем собрании депутатов выразил “мнение” народа по вопросу присоединения к Японии. Понятное дело, что в данных условиях “избранными” оказались члены Ильчинхве, которые, приехав в Токио, единодушно выразили своё мнение, а в японской и корейской прессе была развёрнута соответствующая кампания.

В июле 1910 г. правительством Японии был утверждён текст договора об аннексии, оформленной как добровольная уступка корейским императором всех верховных прав японскому императору. За оставшиеся полтора месяца генеральному резиденту удалось расправиться с наиболее активной политической оппозицией (скорее, её организованной формой, поскольку корейский народ никогда бы с этим не смирился), а затем, пригласив премьер-министра Ли Ванъёна, он потребовал подписания договора об аннексии. Управляемое Японией корейское правительство дало на то согласие уже через пять дней. Любопытно, что против соглашения выступил министр просвещения Ли Ёнсик, заявивший: “Я не могу подписать договор о национальном разрушении даже под угрозой казни”.

22 августа 1910 г. состоялась церемония подписания договора об аннексии Кореи Японией. Этим был нанесён окончательный удар по обескровленной Корейской империи, должность генерального резидента упразднена, вместо неё введён пост генерал-губернатора.

По данному случаю в Токио были устроены празднества, в самой Корее какие-либо мероприятия проводить побоялись. Напротив, текст договора был на “страх и риск” был опубликован японцами лишь через неделю. Оглашению договора предшествовали жестокие карательные меры: были закрыты многие газеты, арестованы тысячи корейских руководителей. Из соображений безопасности текст был вывешен лишь около полицейских участков, громкие обсуждения были запрещены, были закрыты даже те редкие японские газеты, опубликовавшие неблагоприятные отзывы об аннексии. Предпринимались попытки “заигрывания” с народом: так, в день опубликования документа было амнистировано более 300 сеульских заключённых. Велось внимательное наблюдение за состоянием общественного мнения и образования, чтобы (тактически) не допустить новых бунтов и (стратегически) разрушить национальное корейское самосознание: в ходе прошедших в 1910 г. обысков было ликвидировано порядка 300 тысяч книг по истории и географии Кореи, биографии национальных героев, переводы на корейский произведений, касающихся революции, независимости, становления нации и т.д.

Корейский народ не признал аннексии и дал понять о том, что не собирается мириться с утратой национальной независимости. Когда новости о подписании договора распространились по всей стране, произошли крупные выступления вблизи столицы, в провинции Кёнсан, а в провинциях Хамгён, Пхёнан и Кёнги активизировались действия партизанских отрядов.

Во всенародном восстании 1 марта 1919 выразилось стремление корейцев к национальному самосохранению перед лицом японской агрессии. В дни национального траура по императору Коджону в парке Пагода в Сеуле была провозглашена Декларация независимости Кореи. Воодушевлённые жители города выступали с требованием предоставить стране независимость. Вскоре движение охватило всю страну, освободительная борьба была развёрнута в Корее и за пределами страны, видный активист которого и будущий президент Первой республики Ли Сын Ман направил личное послание президенту США Вудро Вильсону с просьбой содействовать установление опеки над Кореей Лиги Наций. Тем не менее, призыв корейского народа не был услышал. Своё освобождение он смог получить лишь в ходе второй мировой войны усилиями СССР и США.


Литература.

1. Гафуров Н. История Кореи, в 2-х т. М., 1973 г.

2. Корея. Справочник государственной службы информации республики Корея для зарубежных стран. 1994 г.


УПРАВЛЕНИЕ ТРЁХ ГОСУДАРСТВ


ВАН

собрание знати столичные министерства советники

министерства провинций

крепости(Сончу)

деревни(Чин Чхонъю)


ОРГАНИЗАЦИЯ АРМИИ

ВАН

военный министр

крепости наёмники чонг(6) хваран



МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ

УНИВЕРСИТЕТ




Кафедра восточных языков.


Реферат.

студента 1 курса

101 учебной корейско-английской группы

Акимова И.А.


“Три государства

на Корейском полуострове”.


Преподаватель:

В.И. Денисов




Москва

1996


Оглавление.


1. Развитие трёх государств.

Развитие и рост Когурё и появление Пэкче.

Подъём Силла и Кая.

Расцвет Силла и возрождение Пэкче.
2. Внешние сношения трёх государств.

Открытие отношений.

Борьба Когурё с Шу и Тан.
3. Политическое и экономическое развитие трёх государств.

Появление аристократической верхушки.

Политическая структура.

Организация армии.

Крестьянство. Его занятия и управление.
4. Аристократическая культура трёх государств.

Историография и конфуцианство.

Принятие буддизма.

Поэзия, музыка, песни.

Искусство.
5. Итоги.
6.Список испольуемой литературы.


1

Развитие трёх государств.

Развитие и рост Когурё и появление Пэкче.


По легенде Когурё было основано в 37г. до н.э. Чумоном (Тонмёном), пришельцем с севера. Большинство историков склонно считать, что исторический смысл легенды в том,что гегемония в когурёском союзе племён перешла от рода Сонно к роду Кьеру. Записанные в летописях ранние столкновения с Китаем, по всей видимости, выдумка так как те времена сплошь наполнены добродетельными монархами и преданными министрами. Скорее всего сначала монарх выбирался собранием старейшин племенных союзов, входивших в Когурё. Позже выделяется клан Кьеру, становится “первым среди равных”.

Во времена короля Тэчжо(53 - 146) право на трон клана Кьеру укреплялось кланом Ко. А с началом царствования Когукчхона (179 - 196) укрепление королевской власти и централизация политической и государственной власти пошло намного быстрее. Во-первых, 5 племенных союзов, являвшихся носителями пережитков традиционного общества раннего периода были переименованы в 5 провинций: северную, южную, западную, восточную и центральную. Причём социальные отношения и вся структура племён была изменена, что означает укрепление аппарата централизованного управления. Во-вторых, была изменена система наследования трона: если раньше трон принадлежал старшему в правящем клане, то теперь он передаётся от отца к сыну, что также свидетельствует об увеличении силы королевской власти. В-третьих, к тому времени установился обычай брать королев из клана Мьёнгним провинции Йонна (Чолла). Образование такой связи между королевским родом и простым аристократическим кланом может быть рассмотрено как попытка искоренить в зародыше притязания других аристократических кланов на власть. Эти перемены закрепили расширение территории Когурё от бассейна реки Ляо Цзы на западе до реки Тэдонган на юге. И, возможно во время правления Мичхон вана в 313 году, Когурё удалось расширить свою территорию за счёт захвата округа Лолан и района реки Тэдонган. В тоже время Когурё столкнулось с Пэкче, которое продвинулось на север и захватило округ Дайфан, находившийся на территории современной провинции Хуанхэ.

Нужно сказать, что государство Пэкче развилось из одного из городов-государств (также носившего имя Пэкче), расположенных по границе Маханских племён во главе с Чин ваном. Точно не установлено, когда появилось это королевство, объединившее несколько городов-государств бассейна р. Ханган. Но к 246 году когда округа Лолан и Дайфан (тогда подчинённые китайскому государству Вей) организовали наступление на район р. Ханган, в котором крепла новая сила. Целью этого наступления расколоть новое государственное образование и тем самым обезопасить свои границы. В этом конфликте был убит губернатор Дайфана Кун Цун, что свидетельствует о достаточном потенциале этих новых сил. Этот необычайно большой потенциал появился не у Маханских племён, а у соединённого королевства Пэкче, возглавляемого Кой ваном (234 - 286)1 , который известен и по другим событиям того времени.

Считается, что Кой ван и легендарный основатель Пэкче, чествуемый в этом государстве 4 раза в год, Куй - одно и тоже лицо. Известно, что на 27 году правления вана Коя (260г.) были назначены 6 министров (Чвапхён): нэсин, которому поручались дела, касающиеся поручений вана; нэду, ведавший кладовыми и сокровищами; нэбон, ведавший обрядами и церемониями; виса, ведавший охраной вана; чоджон - ведал судами и наказаниями; а также пёнган, который занимался внешними военными делами. Ещё были учреждены 16 рангов, каждому из которых предписывался определённый цвет одежды. Двумя годами позже Кой ван издаёт указ о борьбе со взяточничеством: замеченные во взяточничестве и вымогательстве должны были возместить ущерб в трёхкратном размере, а также увольнялись и пожизненно не допускались на службу. А своё величие ван подчёркивал тем, что появлялся перед своими подчинёнными в сказочно украшенном наряде. Всё это создаёт впечатление, что ван был сильной политической фигурой. Переход Пэкче к централизованному аристократическому обществу был завершён во время правления вана Кюн Чхого (346 - 375). Грозный воин, он в 369 г. подчинил Махан, который к тому времени перенёс свою столицу южнее (современный г. Иксан). Территория подчинённого Махана полностью отошла к Пэкче. Затем в 371г. Пэкче предприняло поход на север на Когурё, и хотя Пхеньян(столицу Когурё) пэкчесцы не взяли, в ходе кампании был убит когурёский ван Когуквон. Таким образом Пэкче получило власть над значительной частью корейского полуострова, включая территории современных провинций Кёнги, Чхунчхон, Чолла и части провинций Хуанхэ и Кануан. Далее Кюн Чхого укрепил позицию на международной арене, начав переговоры и контакты с восточным Чин в районе р Янцзы и японскими племенами Ва.

Не удивительно, что со времён этого короля-воина власть вана становится абсолютной. Передача трона от отца к сыну также ведёт своё начало от Кюн Чхого вана. И так называемый “век Чинских королев” начался с Кюн Чхого, т.к. его потомки ,желая уподобиться этому легендарному правителю, продолжали брать себе жён из одного клана аристократии. Приказание вана учёному Кохюнгу завершить “Сёги” (историю Пэкче) чётко отражает желание вана наслаждаться неограниченной властью в централизованном государстве. Кюн Чхого сменил Кюн Кусу (375-384), после смерти которого при ване Чхимню в Пэкче проникает буддизм (в 384г.): в жизнь общества привносится новая система ценностей.

Насшествие раннего Йэн (основанного племенем Муюн) и Пэкче во времена вана Когуквона нанесли сильный удар по Когурё. В этот период государство оказывается перед необходимостью реорганизации системы управления, что усугубило ситуацию. Эта задача была решена Сосурим ваном (371-384), который принял буддизм и основал Национальную конфуцианскую академию (в 372 г.), а в следующем году обнародовал своё законодательство. Если буддизм должен 2был служить для духовного объединения нации, то Национальная конфуцианская академия была призвана создать класс новой бюрократии, законодательство, в свою очередь, упорядочило бы всю структуру управления. К сожалению, мы не знаем содержания этого законодательства, но, без сомнения, его постановления закрепили завершение образования системы централизованного аристократического управления в Когурё. Эти внутренние преобразования заложили фундамент завоевательным войнам, которые и произошли вскоре. Это произошло при ване Квангетхо (391- 413), который наиболее активно проводил политику расширения территорий Когурё.

Грандиозные дела этого вана, чьё имя означает “обширно расширяющий владения”, подробно описаны на большой стелле, стоящей на его могиле в Куннесоне (современный Тхунго, расположенный на манчжурской стороне р. Амнокан), тогдашней столице Когурё. В соответствии с этими надписями в годы своего правления (около 20 лет) Квангетхо ван завоевал 64 крепости и 1400 деревень. Направляя свою каваллерию то в одну, то в другую сторону, он выиграл ряд сражений: на западе занял Ляодун, в ходе войны с китайскими и некитайскими округами он подчинил племена Сушень, Тунгусские племена на северо-востоке, а затем покорил и Манчжурию. На юге была предпринята атака на Пэкче, которая отодвинула границы Когурё в бассейн рек Имжин и Хан, а потом и в бассейн р. Нактонган. Квангетхо разгромил ваские японские войска, боровшиеся с Силла.
Ван объявил годы своего правления эрой “вечной радости” (Ённак), этим ставя Когурё на равне с Китаем. После смерти Квангетхо был присвоен хвалебный титул с упоминанием необычайной разумности вана и его достойных благоговения делах.
После Квангетхо на трон вступил Чансу ван (“долго живущий” - 413-491), который на пртяжении 79 лет правления продолжал дела своего отца и создал все условия для процветания государства. Он контролировал Китай, проводя политику “разделяй и властвуй”, поддерживая то северную, то южную династию, что и позволяло ему использовать противоречия между ними на благо Когурё. В427 г. он перенёс столицу в Пхеньян, создав тем самым новый социальный центр. Это передвижение из района небольших горных долин в район широких речных долин свидетельствует о том, что столица больше не могла оставаться лучшим военным укреплением, но должна была стать центром политической, экономической и культурной жизни государства. Этот период имеет свои корни в реструкторизации и переустройстве государственной системы.

Передвижение столицы Когурё на юг в Пхеньян, конечно же, представляло угрозу Пэкче и Силла. Союз Силла и Пэкче установил дипломатические отношения с китайской династией Вей в 472 г. , чтобы обратиться за помощью в борьбе с Когурё. Это решение было продиктовано обстоятельствами. Но эти попытки были тщетны: в 475 г. Когурё осадило столицу Пэкче Хансён(современный Кванчжу), захватило Каеро вана и обезглавило его.

Пэкче отодвинуло столицу к югу - в Унджин (современный Кончжу), с трудом пытаясь сохранить независимость. Но к этому времени владения Когурё приближались к линии : залив Намъянг - Чхнъёнский проход (центр современной провинции Кёнсан пукто). Когурё преобразовалось в могущественную империю с хорошо развитым и действующим бюрократическим (чиновничьим) аппаратом, охватывавшую большую территорию, простирающуюся от Манчжурии вглубь Корейского полуострова. И этой империи предстояло сразиться с Китаем за влияние в регионе.

Подьём Силла и Кая.

Силла появилась из Саро, одного из 12 городов-государств,расположенных в чинханской области на юге Кореи. Именно государство Саро являлось инициатором объединения другими городами и считается, что появление первого правителя из клана Сёк, Тхэрхэ вана (57-80г.н.э.) знаменует начало процесса объединения. Ко времени Неймуль вана довольно большое государство оконательно оформилось. Оно занимао территорию к востоку от р.Нактонган в современной провинции Кёнсан пукто. Т.о. Саро достигло такой ступени развития, что было готово быстро трансформироваться в государство Силла. Неймуль ван, центральная фигура развернувшейся исторической драмы, принял более приличествующий ему титул. Вместо “исагюм” (последующий принц), звания ,которое носили его предшественники, он принял титул “марипкан”, основанный на слове подниматься. Таким образом власть, ранее принадлежавшая старшему в трёх родах клана Неймуль, теперь закреплялась за родом Кимов. Во время своео правления Неймуль использовал Когурё для противостояния Пэкче, в свою очередь опиралось на Кая и японские Ва в борьбе с Силла. Успех оказался на стороне Силла, но борьба ослабила темпы развития государства.

Кая расположилось в нижнем течении р. Нактонган. Именно это и предопределило его судьбу. Хотя государство пыталось наладить отношения с округами Лолан и Дайфан для торговли, о торговле вскоре пришлось забыть. Кая оказалась иежду молотом и наковальней: разросшиеся Силла и Пэкче начали борьбу за влияние. Кая страдало от набегов то одних, то других, ослаблялось, а после того, как оно пропустило японские Ва для набега на Силла, их отношения окончательно испортились. Вскоре Силла оккупировало Каю и несколько соседствующих племён.

Расцвет Силла и Возрождени Пэкче.


С тех пор, как Неймуль утвердил исключительное право на власть за родом Кимов, при короле Нульчи власть в роду стала передаваться от отца к сыну. Позднее объединение 6 кланов было переименовано в 6 провинций (пу), что сопутствовало централизации государства. Это произошло в второй половине 5 в.н.э. (точная дата не установлена). Образование почтовых станций и открытие рынков в столице, на которых продавались товары из разных районов страны несомненно свидетельствует о централизованности государства. Но тут усилилось давление со стороны Когурё, и чтобы противостоять такому грозному противнику Силла заключила союз с Пэкче(433г.). Во время правления короля Чаби Силла почти устраняет опасность, исходящую от Когурё, именно тогда ещё более укрепляются связи с Пэкче. Королевские дворы этих государств породнились и проводили совместные операции против Когурё. В этот период Силла достигло определённых успехов в сельском хозяйстве : была введена вспашка на волах, появились ирригационные системы.После появления государства Силла при ване Чинюнге из Китая был заимствован титул “ван”, заменивший титул “марипкан”. Это носило не только формальный характер - принятие китайского титула говорит о готовности унаследовать политическую систему Китая. Ещё одним политическим событием того периода являлось появление клана Пак на арене “поставщиков” королев в Силла. В 520г. в Силла было принято законодательство, точных положений которого мы не знаем, но известно, что оно ввело государственный аппарат из 17 классов, основанную на кастах. Также Силла заявило о своём положении на международной арене, обьявив себя на равных с Китаем прнятием своего летоисчисления - “Кён вён” начало начал. Принятие буддизма как национальной религии ( между 527 и 535 годом) , которая сплотила новую нацию.

После этого Силла , считая себя достаточно сильным начало проводить политику экспансии по отношению к своим соседям. На самом деле эта политика проводилась и раньше: в 512г. захвачено Усан (остров Восточно-китайского моря), в 532г. Пон Кая (современный район Кимхэ). Этим Силла создавало трамплин для вторжения на север в район р. Нактонган.Но только король Чинхюнг начал активно расширять территорию.В 551г. была предпринята атака на Когурё в районе реки Хан. С помощью Пэкче ему удалось покорить 10 княжеств. Позже Силла вытеснило пэкчесские войска, и верхний Хан остался за ним. Король Сёнг попытался провести массированную атаку на Силла в 554г., но сам был убит при крепости Квансан (современный Опчхён). Союз Силла - Пэкче, просуществовавший 120 лет, в конце концов распался. Захват Силла верхней Хан не только дал ему людские и другие ресурсы, но также предоставил возможность контакта с Китаем через Жёлтое море. В 562г. король Чинхюнг разгромил государство Тэ Кая, этим он добился захвата на западе всего бассейна р. Нактон и вторжения на Хамгёнскую равнину. Были установлены 4 стеллы: Чхангёнг, Пукхансан, Хвангчхонгский проход, Маунский проход в память об инспекции короля-воина границ своего государства.

Как уже говорилось, Пэкче было вынуждено передвинуть свою столицу южнее - в Унчжин (современный Кёнчжу), и даже стоял вопрос о самам существовании этого государства. Но усилия королей Тонгсёна и Мурёнг отвели угрозу от Пэкче. Примерно в это же время в каждой из 22 провинций стал править член королевского клана, дабы укрепить единство нации. Но чтобы заложить основы нового этноса было необходимо вынести столицу из-за стены гор. Поняв это, король Сёнг передвинул столицу в Сёби, на просторную равнину (где сейчас находится город Пуё) и переименовал королевство в Южное Пуё. Считается, что раздел страны на 5 провинций и 5 столичных округов связывалось с передвижением столицы. Также корль поручил Кьёмику и другим монахам лелеять, беречь и распространять буддизм, дабы укрепить духовное рождение нации. В это же время укрепляются связи с южными династиями Китая.

Укрепив своё царство, увеличив его мощь, Сёнг направил свои усилия на возрождение Пэкче в его прежних границах (освобождение бассейна р. Хан). Он договорился с королём Силла Чинхюнгом и, воспользовавшись очередным противоречием с Когурё, которые не были редкостью, двинул свои войска на север. Но, достигнув своей цели и захватив часть бассейна р. Хан, Сёнг оказался без поддержки Силла, и его планы были разрушены, ему пришлось отступить. Тогда Сёнг попытался вторгнуться в Силла, но был убит,а вторжение провалилось. С этих пор Пэкче рассматривало Силла как кровного врага и, в союзе с Когурё, начало серию атак.


2

Внешние сношения 3 государств.

Открытие отношений

В внешних сношениях 3 государств гланную роль играл Китай. Отношения их могут быть описаны в следующих пунктах:
1 для расширения своих территорий (что характерно для того периода) 3 государства атаковали Китай и сами подвергались его атакам. Так дело обстояло преимущественно с Когурё, напрямую граничащим с Китаем.
2 С другой стороны в своей борьбе за Корейский полуостров три царства использовали противоречия в Китае, опираясь то на южную, то на северную династии (а также на японские Ва и кочевников севера Китая) в борьбе между собой.
3 Ни одно из трёх государств не колебалось, если для каких-либо нужд было необходимо перенять часть китайской культуры. Остальные мотивы отношений так или иначе вытекают из этих трёх.

Как было сказано в начале своего развития Когурё совершало периодические рейды на китайские округа в районе рек Ляо и Тэдон. Т.о. при короле Тонгчхоне Когурё удалось отрезать округ Лолан от основной китайской территории. Вскоре последовало вторжение в Когурё под предводительством Куан Чхъю Чиена в 244г. , закончившееся взятием столицы Когурё города Куннесона (территория Манчжурии, среднее течение реки Ялу). Когда же в следующем году Вэй снарядила ещё одну экспедицию, король Тончхон смог только спастись, бежав в соседствующие северные земли. Падение династии Вэй и утверждение династии Чин (265г.) не принесло ничего нового, и Китай продолжал слабеть под натиском кочевников с севера. Используя эту ситуацию, Когурё опять возобновляет атаки на Ляодун, и, в то же время, вытесняет китайцев из округа Лоланг (313г.). Т.о. захватив бассейн реки Тэдон, корейцы получают контроль над территорией ко-Чосона.

Но к этому времени китайцы были оттеснены на юг к реке Янцзы, в то время как 16 княжеств (только 3 из которых были основаны китайцами) то появлялись, то исчезали в северных районах Китая. Затем одно из них, образованное племенем Муюнов, двинулось в Манчжурию. Когурё опять пришлось ввязаться в кровавую схватку за обладание р. Ляо. Последствия были ужасны: в 342г. Муюны ворвались в столицу Когурё, взяли 50 тысяч пленных, в том числе и мать короля, сравняли с землёй королевский дворец и административные здания. Поколением позже пэкчесская армия Кюн Чхого нанесла такой же по силе удар, пройдя от южных границ Когурё до Пхеньяна и убив Когуквон вана (королевский титул). Чтобы оправиться от глубокого кризиса, Сосурим ван предпринял меры по модернизации структуры управления. Эти преобразования позволили вану Квангетхо полностью захватить Ляодун, подчинить лесное население на северо-восточных границах, тем самым создав обширное королевство, простиравшееся на 2/3 Корейского полуострова и значительную часть Манчжурии.

Разросшись, Когурё начало проводить политику мирного сосущетвования с отдалёнными китайскими округами и политику конфронтации с близкорасположенными. И хотя продолжалась война с южными династиями, с северными были через море налажены добрососедские отношения. Также Когурё завело дружбу с кочевниками северного Китая, как потом оказалось, чтобы не подпускать китайские войска к своим границам. В свою очередь Пэкче, чтобы сдерживать Когурё, установило отношения не только с южной династией,но и с северной. Также оно использовало японских Ва и корейскую колонию на острове Кюсю для борьбы с Силла. Это вынудило Силла обратиться за помощью к Когурё, войска которого вскоре вытеснили Ва за силланские границы. В свою очередь притеснения со стороны Когурё привели к союзу Силла-Пэкче (434г.).

И хотя налицо конфронтация 3 государств с Китаем, это не мешает перенимать китайскую культуру. Ярким примером являются: внедрение китайского административного аппарата, идеологии - буддизм, конфуцианство, а также письменного языка. Но судя по тому, что несмотря на сходство, мир так и не был заключён, между государствами были серьёзные противоречия. Кульминацией войны является противостояние Когурё - Шу - тан.

Борьба Когурё с Шу и Тан.

Во второй половине 6 века балланс между 3 государствами значительно изменился. С продвижением на север, в центральные районы Корейского полуострова Силла затронуло интересы и Пэкче, и Когурё, против которых оно осталось один на один. Новый алиянс без промедления атаковал Силла, особенно его связующее звено с Китаем (через Танхансёнг, современный Намъянг). В ходе одного из таких нападений был убит прославленный когурёсский военачальник Ондаль.

В конце 6 века изменения произошли не только на Корейском полуострове, но и на материке. В Китае Шу опять захватила власть, но была атакована новой силой в Азии - турками, что причинило Китаю существенный ущерб. В этой обстановке Когурё пыталось заключить союз с турками для борьбы с Шу, в то время как Пэкче уже заполучило в союзники японцев. Тогда Силле иШу ничего не оставалось,как обьединить свои усилия в борьбе за выживание. Образование этих блоков предвещало бурю в Северной Азии; и первой проверкой сил была война Когурё и Шу. Конфликт начало Когурё, перейдя реку Ляо и атаковав округ Ляоши в 598г. Император Вен Ти немедленно предпринял контратаку, но встретив ожесточённое сопротивление, повернул назад. Следующий император Ян Ти предпринял военную операцию невиданную по масштабам, снарядив армию более миллиона человек. А когда его армии увязли в сражении за крепостьЛяодун, он направил около 300000 человек прямо на когурёскую столицу- Пхеньян. Этот отряд попал в засаду, устроенную полководцем Юльчхи Мундоком и потерпел жестокое поражение у реки Салсу (Чончонган). По данным корейских источников только 2700 человек уцелело, а Ян Ти был вынужден снять осаду с Ляодуна и вернуть армию в Китай. Ян Ти продолжал посылать свои армии против Когурё, но безуспешно, и его империя по-немногу начала разваливаться. Когда династия Тан взяла верх над Шу, когурёсцы, предвидя дальнейшие набеги укрепили свои северные рубежи стеной длиной в тысячу ли. Примерно в это же время в Когурё развился раскол в аристократической верхушке. И после гибели в распрях и вана Ёнгнью, и его противников, во главе государства встал Ён Кесомун, военный который стал пользоваться неограниченной властью (642). Ён Кесомун стал проводить ещё более жёсткую военную политику, атакуя и Тан, и Силла. Отказывая послу Силла в помощи против Пэкче, когурё потребовало освободить бассейн р. Хан и обещало помощь в случае отказа от союза с Тан. Таким вызывающим поведением Когурё навлекло на себя гнев Тан, а следовательно насшествие.

Переправившись через р. Ляо, войска императора Гао Цзуна разрушили несколько крепостей в том числе Ляодун, но потерпели поражение у крепости Аншин, осада которой длидась 60 дней, причём в день бывало до 6-7 штурмов.

Но упорство защитников крепости под предводительством Ян Ман Чхуна, отбрасывавших все атаки, так и не дало возможности взять крепость. Гао Цзун попытался победить Когурё ещё несколькими набегами, но безуспешно.

Победы Когурё над войсками Шу и Тан занимают особое положение в борьбе корейцев против иностранных захватчиков. Ведь захват Когурё был бы предпоследним шагом к утверждению гегемонии Китая в восточной Азии. И если бы Когурё пало, Пэкче и Силла также стали бы вассалами или были бы оккупированы китайскими войсками. Но когурёсцы защитили народы полуострова от рабства. Именно поэтому эти победы занимают важное место в корейской истории.

3

Политическое и экономическое развитие

трёх государств.

Появление аристократической верхушки.

После долгих мук и тяжестей начала развития во всех трёх государствах были созданы аристократические системы управления. Власть была сосредоточена у той части аристократической верхушки, которая жила в столице, между теми родами (преимущественно родственников короля и королевы), чей статус в иерархии был достаточно высок, что достигалось первенством в политике, экономике и культуре. Эра трёх государств была таким временем, когда верхушка выражала интересы аристократии и кланы не имели значительных противоречий. Это и определяло большой потенциал государств.

Некоторое отличие наблюдалось в Когурё, где из аристократов особого статуса выбирался премьерминистр “тэдэро”, который и подбирал министров (правмтельство). Без сомнения, эта группа принадлежала к королевскому роду или рду королев. Это следует из указа о том, что самый почётный титул “кочхуга” могли носить только принадлежащие к королевскому роду Сонно или роду Мьёнгним из Ённа, предоставлявшему жён для монархов. Из этого также следует, что всё общество было поделено на касты и, следовательно, браки совершались только в соответствии с принадлежностью к той или иной касте.

Мы считаем,что в Пэкче были 8 уважаемых родов: Са, Ён, Хёп, Хэ, Чин, Куп, Мок, Пэк. Главные посты в управлении были заняты королевским родом Пуё и родами Чин и Хэ пэкчесских королев, остальные важные должности были розданы исключительно королевским родственникам (например главы 22 провинций). И, конечно же, королевский и роды королев занимали важнейшее место во всех сферах жизни. Считается, что только узкий круг аристократов мог продуктивно участвовать в государственной деятельности, например в выборах Чонгсаам (ответственного за выборы премьерминистра). Введение системы цветной одежды разделяло общество на 16 классов, сгруппированных в 3 разряда (похожее наблюдалось и в Силла). Система кланового занятия должностей в Силла тоже иллюстрирует принцип аристократического общества периода трёх государств. Это была система, предоставляющая различные привилегии и церемониальные повседневные обязанности в зависимости от рода, по этому же принципу занимались и посты. На самом деле были две степени аристократичности “сёнголь” (священная кость) и “чинголь” (истинная кость), а также впродолжение этого деления общество делилось на 6 групп (в соответствии с шестью степенями высшего положения. Сёнголь был титулом только для членов клана Ким, имевших право занять место вана. Чинголь были тоже людьми из клана Ким, приближёнными к вану (когда сёнголь исчезло трон заняли чинголь). Сословие чинголь также включало клан Пак, который был основателем корейской династии в раннем Силла, от которого так же как и “новые Кимы” из пон Кая пошли потомки, занявшие трон намного позднее. Разделение на сёнголь и чинголь не совсем понятно, но скорее всего оно было создано, чтобы сохранить чистоту королевской линии. Ранги 6, 5, 4 представляли основную часть аристократии (6 класс - “приобретённый с трудом”) и следовали по значимости после чинсоль. Ранги 3, 2, 1 если они вообще существовали обозначали простых людей (пхёнгним или пэксонг), непривилегированных и составлявших самый многочисленный класс.

Как уже говорилось принадлежность к тому или иному классу влияла на права и возможности человека. Наибольшим образом это сказывалось на возможности занимать государственные посты (которых насчитывалось 17) - чем выше ранг, тем выше пост можно было занять. Военных чинов всего было 9, они приравнивались к 9 высшим чинам соответственно. Таким образом личные качества зачастую оттеснялись происхождением.

Также ранги определяли различные атрибуты жизни - размер дома, украшение одежды, лошадиной упряжи. Не нужно говорить, что в таком обществе как силлаское наибольшим могуществом и роскошью обладала очень незначительная часть населения - чинголь. И так как принадлежать к этой группе могли только родственники короля и королевы, политика государства обусловливалась действиями этих двух группировок. И то, что титул “кочхуга” в Когурё, перенявшем государственную систему Силла, могли иметь только члены королевской семьи является подтверждением точности приведённых данных.

Политическая структура.

Все три государства перешли от демократической к централизованной монополистико-бюрократической системе под властью монарха. Государственный аппарат Когурё состоял из 12 классов (начиная с премьерминистра). Особопримечательно наличие чинов, в названии которых есть слово “старший брат”. Эти посты давались людям из тех родов, которые при родовом строе были семьёй старейшины или вождя, этим титулом сохранялось выделение их из общей массы граждан. Также бросаются в глаза названия рангов с “сая”, что подчёркивает, что должность была заслужена, причём не очень давно (похоже на титул за выслугу и отличия). Таким образом Когурё в своей политико-административной системе сохранило старое и внесло новое.

В Пэкче существовало 16 чиновных рангов3, самым высоким постом был Чвапхён - министр (6 человек) ; все посты делились на 3 группы. И в соответствии с должностью назначался и цвет одежды: синий, красный, багряный4. Как и в Силла в Пэкче происхождение прямым образом влияло на занимаемую должность. Конечно, такое устройство укрепляло централизованное аристократическое государство. Здесь, как и в Когурё , и в Силла видим классы, указывающие на прошлое, что подтверждает унитарность общества.

О системе собственно управления в Когурё мы знаем мало. А вот о Пэкче известно, что когда столица переезжала из Хансёна в Унчжин в 475г. при секретариате короля ехали 6 министров, ведавшие охраной вана, кладовыми, судами и наказаниями, обрядами, повелениями вана, внешними военными делами. В последний век существования Пэкче там была принята система 22 министерств: 12 были непосредственно во дворце, а другие 10 служили для выполнения указаний центра и располагались в провинциях.

Наиболее значительной в принятии решений была роль совещательных органов. Тот факт, что премьерминистр избирался всеми, кто обладал 5 и выше рангом, свидетельствует о наличии института совещательности. Эти же люди принимали участие в голосовании по наиболе важным вопросам государственной политики, хотя окончательное решение оставалось за ваном.

То же видим и в Силла - “Собрание знати” с той же функцией. У собрания был председатель и специальные писари для конспектов обсуждения наиболее важных вопросов. На таком собрании был принят буддизм так как собрание и ван нашли общий язык.

Власти из столицы руководили остальной территорией, поделенной на районы. В местах, бывшими центрами племенной жизни строились крепости, становившиеся центрами управления на местах. Многие центры администрации назывались китайским словом Чхорёгюни. В каждом из трёх государств должностьеё начальника называлась по-своему, но было и единое название - Сончжу (хозяин замка). Эти районы обьединялись в провинции (в Когурё 5 Пу; в Пэкче 5 Пан; в Силла несколько Чу). Правители провинций звались Ёнсаль (Когурё); Паннъёнг (Пэкче); Кунью (Силла). Столица в которой проживала аристократия занимала особую провинцию, поделенную в Пэкче и Когурё на 5 частей, а в Силла на 6. Положение людей, живущих в столице было намного выше положения тех, кто жил в провинции.

Организация армии.

С развитием аристократического управления и централизации необходимо было организовать армию на государственном уровне. Таким образом монарх становился главой армии и иногда сам вёл в бой свои войска. Об организации армии мы знаем мало, но в Силла были учреждены 6 подразделений - Чонг. Чонг набирался в каждой провинции. Командирами были столичные аристократы уровня чинголь, поэтому чонг были элитными войсками. Люди, служившие там, смотрели на службу как на предоставленную честь, а не как на опасную обязанность. Помимо этих войск существовали содан, формирования типа наёмников, более или менее преданных своим командирам. Сменой и пополнением элитным войскам служили молодёжные движения типа Хваран в Силла.Это движение воспитывало молодёжь в духе традиций предков, поэтому выпускники Хваран, забыв о клановых интересах, стали настоящей опорой государства. Вот заповеди, которыми руководствовались последователи этого движения: преданность монарху, покорность и почитание родителей, дружба и взаимопомощь между собой, презрение к трусости в бою, презрение к бесполезному убийству. Организация Хваран имела и религиозное значение - её члены совершали паломничества, молились о процветании государства, а также исполняли церемониальные песни и танцы. Но самой важной была военная функция этого движения. В мирное время Хваран практиковали и совершенствовали боевые искусства, а во время войны первыми принимали удар. Существует множество рассказов о храбрости и самоотверженности членов этой организации самые известные из которых - Ким Юсин, Куон Чонг, Сада Ам.

Каждое из трёх государств также организовывало по районному и местному принципу, а местные административные центры были также и военными центрами- в каждой крепости был ограниченный контигент. Для управления крепостями в Когурё был создан орган Кьёнданг. Он выполнял ту же функцию, что и Хваран в Силла- помогал молодёжи совершенствоваться морально и физически. Главы районов и провинций также были и военными предводителями. Каждое из трёх государств старалось превратить свою армию в единый чётко слаженный механизм.

Крестьянство. Его занятия и управление.

Централизация государства означала, что вся земля отныне принадлежала монарху и все люди на этой земле становились его подчинёнными. В более ранний период о такой системе никто и подумать не смел (с общинными-то принципами !). Но новая система не уничтожила частной собственности наземлю и не означала прямого управления крестьянскими делами напрямую монархом. Земли и рабы-пленники даровались каким-либо чиновникам за особые заслуги. А с прошествием времени владение аристократией землёй и рабами только усиливалось. Короли были самыми крупными феодалами, например министерство по содержанию дворца вана собирало продовольственные и ремесленные налогис нескольких областей. Пленные и преступники насильственно переселялись в особые деревни (в Силла - Хьянг) и представляли собой низшую касту (крепостных-рабов). Вэтот период наблюдается тенденция к закрепощению свободных крестьян-общинников.

Но несмотря на это свободное крестьянство составляло большинство населения трёх государств. Конечно, его жизнью распоряжалось государство, назначая налоги и повинности. Крестьяне должны были платить налог на землю холстом и зерном, а также участвовать в ополчении или принимать участие в сооружении крепостей, ирригационных систем и т.п. На самом деле государство получало больше выгоды от “отработок”, чем от “оброка”. Многие работы крестьяне проводили сообща (например, высаживали коноплю), но всё же основнная часть работ делалась самостоятельно, вот почему крестьянство начало расслаиваться. Некоторые теряли землю и становились батраками. Это явление находит отражение в биографии короля Мичхона (из Когурё), который стал батраком у Юммо, разбогатевшего крестьянина деревни Сусиль. В Когурё батраки назывались Юин. С них брали меньше налогов, чем со свободного населения. И законодательство, по которому весной и в неурожаи крестьянам под проценты выдавались ссуды, всвязи с появлением этого класса было пересмотрено.

Деревни были самыми мелкими и самыми главными центрами управления. Управление деревнями велось с помощью главы деревни. И на примере Силла можно показать, как работала система. Главы деревень были местными уважаемыми людьми, поэтому они пользовались двойным уважением (столичных в деревне не любили). Эти люди были хорошо знакомы с местными условиями поэтому незначительно изменив директивы центра они могли вызвать одобрение и повиновение у населения деревни. Это сословие называлось Чин Чхонъю и имело равные права с 4-5 рангом. Но оно не входило в официальную систему рангов, этой группе лишь было позволено выделяться своим названием. Их основным занятием было регулирование деревенской жизни.


4

Аристократическая культура трёх государств.

Историография и конфуцианство.

Китайская письменность, попавшая на корейский полуостров с железом с материка в период трёх государств получила широкое распространение. Но заимствование письма имело недостатки - необходимость приспособления иероглифов к разговорному языку. Получалось 2 написания слова: 1) корейское слово транскрибировалось иероглифами, 2) смысл корейского слова передавался иероглифами. Были определены правила такого написания (эти правила повлияли на японскую письменность Ман Ё Гана). Постепенно транскрибирование превратилось в хорошо используемую письменность. Сначала иероглифы просто писались в корейском порядке слов. Затем было изобретено “чиновничье письмо” Иду, где значимая часть писалась иероглифом посмыслу, а для обозначения грамматических структур применялись иероглифы в соответствии с чтением, не обращая внимания на смысловую нагрузку. Существовал способ чтения китайских текстов, он состоял в том, что грамматические структуры вписывались в строго определённых местах текста. И то, что в одной из летописей находим упоминание о некто Сёль Чонге, прочитавшем 9 китайских произведений на силласком языке говорит о широком использовании этой системы. С появлением письменности возникают первые корейские произведения - хроники,конечно. Например Юги (“Сохранившиеся записи”) из 100 томов, около 600г. переделанное в пятитомное произведение Синчжи (“новое составление”) в Когурё . В Пэкче Хюнг пишет историю своего государства - Сёги ; Кукса рассказывало об истории Силла . Ни одно из этих произведений не дошло до наших дней, но известно, что большая их часть вошла в Самгук саги (“история трех царств”)Ким Бусика (12 век). Появление таких документов в каждом из трёх государств свидетельствует о желании утвердиться на мировой арене, сделать историю поучением молодому поколению, укрепить государственность. А труд Ким Бусика можно считать памятником образованию трёх централизованных государств.

Все три государства приняли конфуцианство. Сначала оно пришло в Когурё (Национальная конфуцианская академия была основана в 372г.). Юношам предписывалось уделять чтению китайских текстов столько же времени, сколько стрельбе из лука. На Корейский полуостров проникали китайские история, литература. философия. В Силла конфуцианство пришло позднее, чем в два других государства, но также широко распространялось. Моральные ценности этого движения сплотили и укрепили нацию, обеспечили покорность власти. Это находит отражение в труде монаха Вон Квона и “клятве молодых людей в покорности власти”, вырезанной на каменной плите. Нет оснований сомневаться, что в Пэкче и Когурё к конфуцианству относились так же.

Принятие буддизма.

Официально буддизм пришёл в Когурё в 372г. с приходом монаха Сундо из раннего Китайского государства Чин. Он принёс изображение Будды и несколько сутр. Через 12 летмонах Маланада принёс буддизм в Пэкче. Как уже говорилось, три государства охотно перенимали китайскую культуру, поэтому нет ничего удивительного или нового в том, что религия тоже была заимствована. Сперва новым веяниям поддались монархи Когурё и Пэкче , а затем новая религия была принята без сопротивления населением. В середине 5 в. монах Адо принёс буддизм в Силла, но религия не получила распространения, столкнувшись с местной враждебностью. Веком позже ван, столкнувшись с сопротивлением феодалов по вопросу принятия буддизма, созвал собрание знати и около 535г. буддизм был-таки принят. Как видим инициатива по принятию данной религии принадлежала королевскому роду - и это не удивительно - буддизм создавал моральную основу централизованной власти. Поклонение Будде ассоциировалось со службой вану. В свою очередь аристократия позволила принять религию из-за идеи реинкарнации, которая оправдывала их главенство в обществе, обеспечивала покорность народа, верившего в хорошую следующую жизнь. Сдругой стороны буддизм провозглашал возможность счастья конкретного человека (что достигалось молитвами). Принятие этой религии привнесло новые обряды, повлекло строительство монастырей (позднее превратившихся в экономические, культурные и политические центры), строительство пагод. Буддизм повлиял на идеологию Хваран. В период трёх государств особое распространение получила секта Виная, отличавшаяся дисциплиной и поддрржкой государственной власти. Буддийские монахи зачастую были наставниками и советчиками, не только у крестьян и феодалов, но и у ванов.


Поэзия, музыка, песни.

Простые задушевные песни трёх государств (Хьянка) являют яркий пример литературной чувственности. Корни этого жанра в религиозных песнопениях Хваран и шаманок. Как пример такой песни можно привести “Песню кометы” Юнгчхона. Музыка имела также и религиозный характер (это подтверждается тем, что Хваран часто пели и танцевали). Музыку иногда применяли даже в военных целях, запугивая противника.

В этот период существовало около 30-40 музыкальных инструментов. А самым известным композитором был Ван Сан Ак.

Искусство.

Изобразительное искусство того периода характеризуется простотой и гротеском. С другой стороны все работы реалистичны и представляют на суд зрителя простую, не нарочитую красоту. Хотя после принятия буддизма и усовершенствования техники мастеров в работах появилась утончённость.

Трудно судить об архитектуре Когурё так как ничего, кроме руин и могил, не сохранилось до наших дней. Каменных строений было мало. От архитектуры Пэкче осталась падога храма Чоннимса в Пуё и Мирюкса в Иксане. Силласких храмов тоже не сохранилось, но по письменным источникам можно сказать, что, несмотря на простоту и массивность, храмы не были лишены привлекательности.

Скульптура трёх государств преимущественно изображает Будду - Татхагата ( Когурё ), Сёсан ( Пэкче ) а также Матрея. Почти все скульптуры богато украшались. Об авторах этих замечательных работ практически ничего не известно ,лишь в одной из хроник находим имя скульптора Янчжи.

Самая распространённая живопись того периода - настенная в гробницах, за красоту их даже стали называть по рисункам: гробница танцовщиц, гробница охотников... Особый состав красок создаёт мультипликационный эффект, и зрителю кажется, что вот-вот перед ним промчится охотник на распалённом скакуне... Вэтот период творят художники Сольгё, Тамджин, принц Аджва.

Раскопки могил также позволяют судить о необычайном мастерстве ремесленников, что позволило называть могилы по найденным в них вещам: захоронение золотой короны, захоронение золотого колокола и тп. Эти произведения были призваны подчеркнуть значимость людей, которым они принадлежали, но вместе с тем они являются бесценным вкладом в сокровищницу мировой цивилизации.

5

Итоги.

Возникнув в середине 1 в. до н.э., три государства просуществовали до 668 г. н.э. Для истории семь веков - срок немалый; за этот период на Корейском полуострове произошли следующие изменения:

во внутренней политике - возникновение монархии и её абсолютизация,создание бюрократического аппарата.

в экономике - переход от общинного землепользования к феодализму, развитие ремесла и сельского хозяйства.

во внешней политике - на начальном этапе - политика экспансии, позднее - сохранение государственности, торговые и культурные связи с Китаем и частично с Японией.

в культуре - принятие буддизма и конфуцианства (до сих пор влияющих на жизнь и обычаи корейцев), появляется светская музыка (в отличие от раннего периода с шаманскими и народными песнями), создание шедевров мирового масштаба в искусстве.

Существующие данные позволяют сказать, что три государства были одним целым с культурной, политической и экономической точки зрения, а некоторые отличия слились воедино после объединения государств.

И хотя начавшиеся с первой половины 6 века раздоры в конце концов привели к оккупации Танским Китаем и Силла двух других государств, в последствии Силла всё-таки удалось освободить почти весь полуостров.


Список использованной литературы.


“A new history of Korea” Ki baik Lee translated by Edward W. Wagner with Edward J. Shultz.


“Современная Корея” Москва 1971г.


“Korea, it’s history & culture” Seoul 1994


“История Кореи” том 1 изд. “Наука” Москва 1974 год.


1здесь и далее гг. правления

2


Информация о работе «Три государства на Корейском полуострове»
Раздел: Государство и право
Количество знаков с пробелами: 85454
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
20273
0
0

... 665 г., с тем чтобы положить конец притязаниям Силла на эти земли. Что же касается территории Когурё, то она была превращена в китайское наместничество. Так завершился период Трех государств на Корейском полуострове. В процессе формирования государственности корейское общество первых веков нашей эры разделилось на простых общинников и аристократию. Последняя формировалась двумя путями: либо это ...

Скачать
8285
0
0

... юг в современный Пхеньян, Дальнейшая политическая история Когурё концентрировалась в основном на Корейском полуострове, в противостоянии с государствами Пэкче и Силла. В 475 г. когурёсцы нанесли сокрушительное поражение Пэкче; бассейн р. Ханган отошел к Когурё. К 494 г. Когурё присоединило на севере государство Фуюй (кор. Пуё) и оказалось на вершине своего могущества. Третье государство — Силла — ...

Скачать
29043
0
0

ое первоначальное опережение в историческом развитии, впоследствии все эти элементы феодального уклада оказались законсервированными и сохранились до начала XX века. В III же веке н. э. император Сыма Янь решил побороть мощь местных феодалов и провел земельную реформу. В Западной Цзинь была проведена национализация земли и создана надельная система. Когда вся земля стала государственной, Сыма Янь ...

Скачать
55907
4
0

... а также на тему доказательства родства японского языка и различных языков алтайской семьи. Наиболее значимые авторы – Старостин, Мураяма, Хаттори. Следует отметить, что доказательства родства японского и корейского языков, по большей части строились на основе достаточно туманных фонологических и лексических методов. Собственно, в общих чертах, метод состоял в следующем: делалась реконструкция ...

0 комментариев


Наверх