Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация


КРАСНОЯРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ


Попытки либерализации советского общества в 50-е – первой половине 60-х гг. Хрущевская "оттепель": пределы десталинизации.


РЕФЕРАТ


Студент 1 курса

юридического факультета

заочного обучения ЮЗВ-I3 группы

Шишканов Д.В.


Красноярск 2002



План:

Введение……………………………………………………………….. 3
1. Критика культа личности Сталина и ее последствия………….…. 3
2. "Оттепель" в сфере культуры и ее пределы…………………….… 5
3. Выборочная амнистия……………………………………………… 7
4. Потепление во внешней политике………………………………… 8
5. Экономические инициативы Хрущева и их последствия……….. 10
Заключение……………………………………………………………. 11
Список литературы…………………………………………………… 13

Введение.

В 1953 году, после долгих лет существования тоталитарного режима, названного историками сталинизмом, вождь-тиран, харизматическая личность, его центральное звено, умер. После недолгой борьбы, к власти пришел Никита Сергеевич Хрущев.

Резкий, решительный, неосторожный в словах и поступках, Хрущев прошел все ступени партийной работы, возглавлял крупные парторганизации (Москва, Украина). Нигде и ничему серьезно не учившийся, Хрущев компенсировал недостаток образования удивительным политическим чутьем, почти всегда верно угадывая главную тенденцию времени.[1]

Период с середины 1950-х до середины 1960-х гг. принято называть "оттепелью". И действительно, после долгих лет существования монолитной авторитарной системы, в обществе стали проклевываться некоторые ростки либерализации. Немалая роль в этом процессе принадлежала лично Хрущеву.

Период "оттепели" чрезвычайно важен в истории отечества. Это был первый удар по системе, сложившейся еще в 1920-х годах. После "хрущевского периода" был период "застоя", который можно охарактеризовать как возврат к старым традициям. После "застоя" пришла "перестройка" – второй крупный удар по системе, после которого она так и не смогла оправиться. Конечно, и до сих пор не уничтожены все ее пережитки, но все же, в целом, тоталитарная коммунистическая система прекратила свое существование. А начался процесс ее разложения именно с середины 1950-х годов.

Но была ли "оттепель" действительно оттепелью. Ведь попытки либерализации шли с перерывами и неизбежными откатами назад. В этой связи, интересно пристальнее взглянуть на этот неспокойный период в истории отечества.

1. Критика культа личности Сталина и ее последствия.

По словам Хрущева, руководители партии оказались после ареста Берии (10 июля 1953) перед лицом такого количества откровений о деятельности аппарата политической полиции и фальсифицированных заговоров, что все они, в том числе и Хрущев, пришли к выводу о необходимости получить более полную информацию. Именно Хрущеву было поручено прочитать доклад и лично встретить непредсказуемую реакцию участников съезда. Тем не менее, Хрущев сыграл решающую роль, явился катализатором разоблачения – выборочного и контролированного – преступлений Сталина.

14 февраля 1956 г. в Кремле открылся XX съезд КПСС, собравший 1436 делегатов, по большей части опытных аппаратчиков, а также членов 55 "братских партий". Созванный за восемь месяцев до уставного срока в связи с насущной необходимостью подвести итоги произошедших после смерти Сталина изменений и дискуссии о выборе курса, съезд завершился знаменитым «секретным докладом» Хрущева.

25 февраля 1956 г. – в последний день работы XX съезда, на закрытом заседании с докладом "О культе личности и его последствиях" выступил первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев. Это явилось абсолютной неожиданностью для большинства присутствовавших на съезде делегатов. В докладе были обнародованы и осуждены факты массовых репрессий, санкционированных Сталиным, прозвучала правда о гибели многих видных деятелей партии и государства. В результате либерального отношения Хрущева к секретности текста доклада, в течение несколько недель его содержание стало известно практически во всей стране.[2]

Из доклада участники съезда узнали о "завещании" Ленина, существование которого до тех пор отрицалось партией. Доклад анализировал извращение Сталиным принципа демократического централизма, рассказывал о чистках и "незаконных методах следствия", при помощи которых у тысяч коммунистов были вырваны совершенно невероятные признания. Развенчав миф о Сталине как "наследнике" и "гениальном продолжателе" дела Ленина, доклад атаковал и миф о Сталине-"военачальнике", разрушив канонический образ генералиссимуса и создав облик нерешительного и некомпетентного человека, ответственного за сокрушительные поражения 1941-1942 гг. Доклад также показал ответственность Сталина за депортацию кавказских народов, огульно обвиненных в сотрудничестве с немцами, за конфликт с Тито, фабрикацию фальшивых заговоров в 1949 г. ("ленинградское дело"), 1951 г. ("мингрельское дело") и 1953 г. ("дело врачей-убийц"). Доклад Хрущева рисовал новый образ Сталина – образ тирана, день за днем создававшего свой культ, образ некомпетентного, не желавшего никого слушать диктатора, "оторванного от народа" и ответственного за катастрофическое экономическое положение страны в 1953 г.

Доклад был насыщен деталями, которые шокировали аудиторию, но в то же время ему, безусловно, не хватало четкости, а содержащаяся в нем информация часто была приблизительной и неполной.

Доклад принес Хрущеву хоть и небольшую, но все же победу в борьбе за власть. При распределении ролей в марте 1953 г. Хрущева явно "отодвинули на второй план" и он вынужденно занял выжидательную позицию. Однако после активизации Берии, в котором Хрущев увидел угрозу своему положению, он начал действовать. Результатом этих усилий стало устранение Берии, после чего решение вопроса о единоличном лидере оставалось лишь делом времени. Следующим шагом было устранение Маленкова, Молотова и еже с ними. Одним из этапов по их устранению, как раз, и был "секретный доклад", произнесенный на съезде.

Большинство партработников, сделавших карьеру при Сталине, правильно понимали, что процесс десталинизации будет трудно удержать в рамках разоблачений, сделанных на съезде. Харизматический ореол вокруг Сталина стал медленно разрушаться, а имя и образ В. И. Ленина приобретали все более идеальные, божественные черты. Это, конечно, был удар по основам системы. Началось наступление консерваторов. 30 июня 1956 г. ЦК КПСС принял постановление "О преодолении культа личности и его последствий" В нем накал критики против Сталина был снижен. Утверждалось, что допущенные им ошибки "само собой разумеется, не увели его в сторону от правильного пути развития к коммунизму". В постановлении подтверждалась правильность и незыблемость линии компартии, ее право на безраздельное руководство страной. В целом оценка роли И.В. Сталина была высокой, но было указано и на отдельные негативные явления.[3]

Слово правды о Сталине, произнесенное с трибуны съезда, стало для современников потрясением – независимо от того, были ли для них приведенные факты и оценки откровением или давно ожидаемым восстановлением справедливости. В обществе и на страницах печати творилось нечто невообразимое. Одна дискуссия питала другую, волна общественной активности становилась шире и глубже. Не обошлось и без крайних выступлений. К такому размаху событий политическое руководство оказалось не готовым.

Конечно же, в обществе начались общественные волнения. Сначала Сталина боготворили, на него молились, а теперь – он стал убийцей и тираном. Шок! 5 марта 1956 г. в Тбилиси началось массовое выступление студентов против решений XX съезда. 9 марта в город были введены танки. Несколько месяцев спустя, недовольство вспыхнуло и внутри "социалистического лагеря". И, если в Польше удалось договориться, то в Венгрии инакомыслие усмирялось при помощи войск.

Тбилисские, Польские и Венгерские события – это, так сказать, показатель непродуманности всей антисталинской компании. Свергнув Сталина с его пьедестала, Хрущев снял вместе с тем "ореол неприкосновенности" с первой личности и ее окружения вообще. Система страха была разрушена, но, казавшаяся незыблемой вера в то, что сверху все видней, была сильно поколеблена.

Все властные структуры оставались прежними, но внутренний баланс интересов этот новый взгляд на лидера, безусловно, нарушал. Теперь люди вправе были не только ждать от руководства перемен к лучшему, но и требовать их. Изменение ситуации снизу создавало особый психологический фон нетерпения, который, с одной стороны, стимулировал стремление к решительным действиям властей, но, с другой стороны, усиливал опасность трансформации курса на реформы в пропагандистский популизм. Как показало развитие дальнейших событий, избежать этой опасности так и не удалось.

Все это стало одновременно и кризисом нового курса советского руководства. После Венгерских событий в нем постепенно сложилась "антипартийная группа", антихрущевская оппозиция. Ее открытое выступление пришлось на июнь 1957г. Прошедший тогда же пленум ЦК КПСС, на котором "оппозиционеры" (Молотов, Маленков, Каганович и др.) потерпели поражение, положил конец периоду "коллективного руководства", Хрущев же в качестве Первого секретаря стал единоличным лидером. В 1958 г., когда он занял пост Председателя Совета Министров СССР, этот процесс получил свое логическое завершение. Очень важная деталь: враги Хрущева не были расстреляны или посажены, как было бы при Сталине. Маленков стал директором электростанции Сибири, а Молотов был направлен послом в Монголию. С другой стороны, Жуков, сыгравший решающую роль в устранении антихрущевской группировки тоже был наказан. Он был выведен из Президиума и ЦК партии.

Но, реально, Хрущев был не первым, кто решил списать ошибки прошлых лет на Сталина, выведя компартию "из-под удара". Первоначально вопрос о культе личности сводился лишь к перестройке пропаганды, позже – в июле 1953г, на пленуме ЦК – он плавно перешел в осуждение Берии, мол, это он повинен во всех грехах. "Вина" Сталина, переключенная на "происки" Берии, получила внесистемную оценку, т.е. оценку, не связанную с законами функционирования государственной власти. Сталина отделили от сталинизма, систему – от носителя. Вся последующая политика, направленная против культа Сталина, строилась уже на основе этого разделения понятий. Это была борьба с именем, борьба с идолом, но не с причинами, его породившими.[4]

Таким образом, доклад Хрущева, не смотря на всю сомнительность такого политического хода и непродуманность, приведшую к трагическим событиям, стал точкой отсчета процесса управляемой десталинизации. И пределы ее были заложены сразу.

2. "Оттепель" в сфере культуры и ее пределы.

"Дух XX съезда", казалось, оправдывал самые смелые надежды, прежде всего интеллигенции. В действительности же политика властей по отношению к ней вскоре показала двусмысленный и ограниченный характер либерализации "под усиленным надзором".[5]

Важнейшим следствием хрущевской либерализации стало резкое возрастание в советском обществе критического потенциала. Начиная с конца 50-х гг. в Советском Союзе образуются и заявляют о себе различные идейные течения, неформальные общественные объединения, оформляется и крепнет общественное мнение.[6]

Так, уже в 1953-1956 гг. критик В. Померанцев в своем эссе "Об искренности в литературе", И. Эренбург романе "Оттепель" и М. Дудинцев в романе "Не хлебом единым" поставили целый ряд важнейших вопросов: что следует сказать о прошлом, в чем миссия интеллигенции, каковы ее отношения с партией, какова роль писателей или художников в системе, в которой партия через контролируемые ею "творческие" Союзы признавала (или нет) то или иное лицо писателем или художником, как и почему правда повсюду уступала место лжи. На эти вопросы, которые прежде обошлись бы тем, кто их поставил, по меньшей мере несколькими годами лагерей, власти, прореагировали неуверенно, колеблясь между административными мерами (отстранение поэта Твардовского, опубликовавшего эссе Померанцева, от руководства "Новым миром") и предупреждениями в адрес министерства культуры.

В декабре 1954 г. состоялся съезд Союза писателей, на котором обсуждался доклад Хрущева о культе личности. Согласно Хрущеву, история, литература и другие виды искусства должны отражать роль Ленина, а также грандиозные достижения коммунистической партии и советского народа. Директивы были четкими: интеллигенция должна приспособится к "новому идеологическому курсу" и служить ему. При этом вся вина за былое была свалена на Берию и Жданова.

Интеллигенция раскололась на два лагеря: консерваторов, во главе с Кочетовым, и либералов, во главе с Твардовским. Хрущев балансировал между этими двумя лагерями, проводя двойственную политику. Консерваторы получили журналы "Октябрь", "Нева", "Литература и жизнь"; либералы – "Новый мир" и "Юность". Шостакович, Хачатурян и другие композиторы, подвергнутые критике 1948-1949 гг., восстановили свое положение.

Таковы были либеральные шаги в области культуры. Но "дело Пастернака" самым наглядным образом показало пределы либерализма в отношении между властью и интеллигенцией. В 1955 г. Пастернак за границей опубликовал роман "Доктор Живаго". В 1958 г. ему дали Нобелевскую премию. Власти были, конечно, недовольны таким поворотом дел. Чтобы избежать высылки из СССР, Пастернаку пришлось отказаться о премии и направить в "Правду" заявление, в котором он обвинял Запад в использовании его произведения в политических целях. Посылка романа для издания за границу подрывала монополию на право общения с внешним миром, которую власти намеревались сохранить за собой.

Пастернаку было предъявлено несколько стандартных обвинений, типа антисоветчины, презрения к русскому народу, непростительного преклонения перед Западом из-за материальной корысти и т.д. Когда столкновение между Пастернаком и властями вынудило интеллигенцию открыто сделать выбор, последняя сдалась. Большинство писателей, созванных 27 октября 1958 г., чтобы решить вопрос об исключении Пастернака из Союза писателей, встретили аплодисментами обвинения, высказанные против нобелевского лауреата. "Дело Пастернака" породило серьезный кризис в сознании российской интеллигенции, показавшей себя неспособной открыто противостоять давлению власти.

Удовлетворенный исходом "дела" Хрущев, со своей стороны, остановил наступление на либералов. Твардовскому было возвращено руководство "Новым миром". В мае 1959 г. на III съезде Союза писателей из союза ушел Сурков, высказывавший особое рвение в кампании против Пастернака, его место в руководстве Союза занял Федин – представитель более умеренного течения. Тем не менее, эти меры оказались недостаточными, чтобы сгладить в памяти интеллигентов удручающее впечатление, вызванное "делом Пастернака".

В конце 50-х гг. возник "самиздат" – машинописные журналы, родившиеся в среде молодых поэтов, писателей, философов, историков, встречавшихся по субботам на площади Маяковского в Москве. Позже собрания были запрещены и "самиздат" ушел в подполье. Оттуда же и увидел свет основанный А. Гинзбургом первый "самиздатовский" журнал "Синтаксис", в котором были опубликованы, ранее запрещенные произведения Б. Ахмадулиной, Вс. Некрасова, Б. Окуджавы, Е. Гинзбург, В. Шаламова. За это А. Гинзбург был арестован и приговорен к двум годам лагерей. Но диссидентов уже нельзя было остановить, и эстафету арестованных приняли другие.[7]

Примечательно, что после XXII съезда, когда Хрущев вновь обратился к критике культа личности Сталина, интеллигенции была сделана еще одна "подачка". В ноябре 1962 г. "с ведома и одобрения ЦК" вышел в свет роман А. И. Солженицына "Один день Ивана Денисовича", а месяцем раньше "Правда" опубликовала стихотворение Е. Евтушенко "Наследники Сталина". Но после кровавой драмы в Новочеркасске и Карибского кризиса в том же 1962 году, Хрущев, испугавшийся углубления десталинизации, делавшего этот процесс трудноконтролируемым, решил отвернуться от либеральной части интеллигенции и обратиться к консерваторам.[8]

Хрущев поручил председателю Идеологической комиссии ЦК КПСС Ильичеву призвать интеллигенцию к выполнению ее обязанностей. Резкой критике подверглись И. Эренбург и В. Некрасов; сам Хрущев в выступлении 18 марта 2963 г. лично призвал интеллигенцию руководствоваться в своем творчестве принципом партийности. Этот призыв положил конец оттепели в культуре.[9]

Итак, процесс уступок интеллигенции сочетался с ее одергиванием. Хрущевская либерализация порой приводила к неожиданным результатом, которые необходимо было пресекать и выводить в нужное русло, а такой маятник в долгосрочном периоде неизбежно остается на месте, хотя, с другой стороны, совокупное прогрессивное движение вперед, хотя и небольшое, но все же имело место.


Информация о работе «Попытки либерализации советского общества в 50-е – первой половине 60-х гг. Хрущевская оттепель: пределы десталинизации»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 39093
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
51379
0
0

... , его породившими. Таким образом, доклад Хрущева, не смотря на всю сомнительность такого политического хода и непродуманность, приведшую к трагическим событиям, стал точкой отсчета процесса управляемой десталинизации. Смерть И.В. Сталина и последовавшие за ней осуждение некоторых аспектов его внешней и внутренней политики, критика «культа личности и его последствий» оказали огромное влияние и ...

Скачать
315824
0
0

... ). Гуманитарные науки выделились в особую отрасль. Усилилось стремление познавать Русскую историю. Было опубликовано “Слово о полку Игореве”, 8 томов “История гос-ва Российского” Н.М. Карамзина.29 томов “ История России с древнейших времен” С.М. Соловьева. Важной задачей в процессе становления национальной культуры была разработка правил русского литературного и разговорного языка, т.к. многие ...

Скачать
43776
0
0

... -кавших из сталинской практики, скоро породило все более авантю-ристические инициативы, непродуманные административные реформы,экономические и социальные перегибы, которые незамедлили выя-вить пределы хрущевского проекта и привели к серьёзному эконо-мическому и социальному кризису начала 60-х годов. 1957-1959 годы были отмечены серией административных ре-форм и кампаний("кукурузная лихорадка", ...

Скачать
201844
0
0

... проводился отдельно… Курс в развитии высшей школы не изменился… Но продолжался поиск методов решения задач высшего образования».20 Что представляла собой идейная и культурная жизнь общества в годы «оттепели»? происходившие перемены были связаны с попыткой восстановления ленинских норм партийной и государственной жизни, преодоления последствий культа личности Сталина. В центре идейной жизни ...

0 комментариев


Наверх