4. Психологическое воздействие в целях преодоления негативной позиции лиц, дающих показания, и получение правдивых показаний:[22]

а) использование внутренних противоречий в показаниях, выявленных при анализе показаний и могущих убедить допрашиваемого в неправильности позиции;

б) использование противоречий между сведениями, содержащимися в показаниях, и другими доказательствами, выявленных при анализе показаний и могущих способствовать изменению негативной позиции и получению правдивых показаний;

в) выяснение причин ложных показаний и принятие мер к их устранению;

г) стимулирование положительных качеств лица, дающего показания, путем выяснения его положительных качеств, указание на его нравственный долг, вытекающий из его положительных качеств, дать правдивые показания.

О значении и роли этических норм при установлении психологического контакта и допустимости методов и приемов психологического воздействия с точки зрения нравственности подробно будет изложено ниже.

§ 3. Сущность, значение и пути установления психологического контакта

Среди перечисленных выше тактических приемов особого внимания заслуживает формирование психологического контакта с допрашиваемыми.

Контакт – это психологически соответствующая обстановка для восприятия и усвоения информации, исходящей от участников общения.

В широком плане установление психологического контакта – это целенаправленная, планируемая деятельность следователя по организации и управлению движением информации в процессе вербальных следственных действий, создание условий для результативного общения с участниками таких действий на всем протяжении расследования. Психологический контакт должен допустимо интерпретировать как цель, как процесс, как результат.[23]

Психологический контакт в следственной практике – это особого рода взаимоотношения следователя с участниками уголовного процесса, характеризующиеся, с одной стороны, стремлением следователя поддержать общение, чтобы получить правдивые, полные и достоверные показания, имеющие отношение к делу, а с другой, – готовность допрашиваемого к общению и даче объективных показаний.[24]

Для каждого периода допроса характерны свои методы установления и поддержания контакта. Для вводной части характерна неформальная беседа с целью уточнения демографических данных, фрагментов биографии, жизненного и трудового пути допрашиваемого.

В главной части допроса идет закрепление контакта и его поддержание. Это достигается постановкой перед допрашиваемым вопросов, предъявлением доказательств, сопоставлением показаний с уже имеющейся по делу информацией.

Поддерживать должный уровень психологического контакта с допрашиваемым нужно не только в период допроса, но и на заключительном его этапе.

В установлении контакта с допрашиваемыми не может быть шаблона, штампа. Здесь нужен индивидуальный подход, учет свойств личности допрашиваемого. Следователь обязан помнить, кто сидит по другую сторону стола.

Выбор способа установления психологического контакта с допрашиваемым во многом зависит также от того, какое положение в процессе занимает данное лицо.

Кроме того, следователь должен разобраться в состоянии допрашиваемого и при помощи тактических приемов снять напряжение, отрицательно влияющее на установление контакта.

Пути установления психологического контакта также различны. Прежде всего, надо возбудить у допрашиваемого интерес к общению, постараться вызвать заинтересованность к даче правдивых показаний. Этот путь воздействия рассчитан на положительные моральные качества допрашиваемого лица.

Хороших результатов для установления психологического контакта добиваются, вызывая у допрашиваемого такое эмоциональное состояние, в результате которого автоматически снимается заторможенность, преодолеваются апатия и безразличие к своей судьбе, появляется чувство долга, уверенность в себе. Этот тип доводов называют психологическим. Возбуждать эмоциональное состояние разрешено только приемами, которые не противоречат законности, не допускают со стороны следователя провокационных действий, лжи, обмана допрашиваемого, психологического и физического принуждения к даче показаний, не вызывают реакции, опасной для здоровья.

Процесс установления контакта зависит, в основном, от следователя, его профессиональной подготовки, опыта, авторитета и личностных качеств. Его эффективность определяется линией поведения следователя по отношению к допрашиваемому. Важно, чтобы допрос проводился ровным и спокойным тоном, без грубых и оскорбительных выражений и пренебрежения к допрашиваемому, чтобы к любому его показанию следователь относился одинаково серьезно, с искренним интересом, независимо от степени важности сведений, полученных при этом.[25]

К качествам, которыми должен обладать следователь, относится также эмоциональная устойчивость, душевное равновесие, самообладание. Умение разговаривать с людьми – одно из важных коммуникативных качеств. Чтобы воздействовать на разум, волю и чувства допрашиваемого лица, верно воспринимать и понимать его роль и быть, в свою очередь, понятым им, следователь должен заботиться о культуре речи.

Большое значение для установления психологического контакта имеет форма предупреждения допрашиваемого об уголовной ответственности за отказ или уклонение о дачи показаний или за дачу заведомо ложных показаний.[26] Очень важно, как следователь изложит требования норм УПК: в форме разъяснения, доведения до сведения, предупреждения и т.д.

Место проведения следственного действия также является психологическим фактором, с которым нельзя не считаться при установлении психологического контакта.

В связи с широким использованием в следственной практике магнитофона как средства фиксации показаний возникает вопрос, как отражается его применение на установление контакта с лицами, проходящими по делу.

Установить взаимопонимание с лицами, проходящими по делу, легче тому следователю, который является жителем данного района и пользуется хорошей репутацией, знает язык коренного населения, одной национальности с допрашиваемым лицом.[27]

Из изложенного выше следует, что недостаточно рассматривать действия следователя лишь в плане психологического контакта, оставляя без внимания их этическую сторону.

Закономерности психологии и нравственные нормы в равной степени должны учитываться при установлении контакта, в связи с чем правильно говорить не о психологическом, а о нравственно-психологическом контакте, направленном на создание благоприятной обстановки допроса. Игнорирование этого положения способно превратить действия следователя в безнравственные, повлечь использование при допросе сомнительных с точки зрения этики приемов, способных затруднить установление истины.

С нравственных позиций заслуживают осуждения действия следователя, направленные на установление контакта с допрашиваемым, когда он подстраивается под его речь, манеры, переходит с ним безосновательно на "ты", использует в разговоре вульгарные и жаргонные выражения. Это подрывает авторитет следователя в глазах допрашиваемого, свидетельствует о его беспомощности.[28]

Большое значение для установления контакта имеет внешний вид следователя, его манера держать себя, разговаривать с допрашиваемым и т.д.

Для формирования контакта важно также умение следователя проявить уважение и доверие к допрашиваемому, внимание к его показаниям. Это диктуется моральным долгом следователя относиться к нему не только как к вероятному преступнику, но и как к человеку, попавшему в беду и нуждающемуся в помощи.[29]

§ 4. Соотношение следственной этики и психологического воздействия

Требования морали наряду с принципами и нормами права служат критериями при решении вопроса о допустимости тактических приемов, применяемых в ходе досудебного следствия. Этичность – важное средство тактического приема, как при его формировании, так и при применении.[30]

Тактический прием определяется как средство решения какой-либо задачи, способ воздействия на объект, способствующий эффективному собиранию и использованию доказательственной информации.[31]

Для определения допустимости применения при производстве допросов и очных ставок тех или иных тактических приемов немаловажное значение имеет решение с позиций нравственности вопроса о соотношении целей расследования и средств их достижения. Только то средство может считаться нравственным, или, что тоже самое, оправданным совестью, которое, будучи возведено в цель, сохраняет свой нравственный характер – такой единственный критерий, который должен быть положен в основу допустимости или недопустимости тех или иных средств борьбы.[32]

Как уже было сказано, с точки зрения морали недопустимы при производстве допросов и очных ставок, как и при любом следственном действии, тактические приемы, если они основаны или сопряжены с: а) насилием и угрозами применения насилия; б) обманом; в) использованием культурной отсталости и религиозных предрассудков; г) использованием безнравственных побуждений; д) любыми действиями, могущими по своей форме или интенсивности вызвать ложные показания или самооговор; е) любыми действиями, унижающими человеческое достоинство; ж) действиями, подрывающими авторитет следственных органов. Таким образом, моральные требования наряду со свойствами научности и законности служат одним из основных критериев допустимости тактического приема.[33]

Ошибки в расследовании, нарушения правовых и нравственных норм подчас объясняются явлениями профессиональной деформации, наступающей у некоторых следственных работников, которая приводит по существу к отрицанию следственной тактики, лишая следователя активности в борьбе с преступностью, препятствуя использованию разнообразных тактических приемов расследования и сводя его к применению "следственных хитростей" и "психологических ловушек". Это приводит подчас к потере доказательств, нарушению норм закона, ущемлению интересов личности.[34] И более всего это может произойти при производстве допросов и очных ставок.

В нравственном плане наиболее интересен такой момент, как избирательность тактического приема.[35] Следует отметить, что тактических приемов, отвечающих требованиям законности, научности и этичности достаточно для того, чтобы получить эффективные результаты при допросах и очных ставках.

Часто тактические приемы, применяемые следователем, оказывают определенное психологическое воздействие на человека. И в следственной этике наиболее сложным и важным как раз и являются вопросы о нравственных критериях допустимости тех или иных методов, приемов, средств, используемых следователем и оказывающих психологическое воздействие на человека при проведении следственных действий. Ситуации, возникающие при расследовании преступлений бесконечно разнообразны и сложны, средства, вполне правомерные в одних случаях, иногда оказываются явно аморальными в других. Каждый прием подлежит оценке не только с точки зрения его формальной законности и познавательной эффективности, но и с позиции морали, выраженной в профессиональной этике следователя, т.е. при любых обстоятельствах прием психологического воздействия должен соответствовать этическим требованиям.[36]

Тактические приемы, основанные на использовании психологии, могут неодинаково влиять на различные стороны человеческой психологии. Одни из них в большей степени влияют на чувства и формируют эмоции, другие – на ум, рассудок и формируют волевые процессы. Использование различных форм психологического воздействия на душевные сферы человека определяется с учетом оценки его личности, склонности к восприятию им тех или иных форм воздействия, нравственной допустимости.

Следственная этика позволяет следователю применять такие методы психологического воздействия, которые активно воздействуют на положительные нравственные качества, стремятся активизировать их роль в сознании человека. На практике же можно встретиться с иным положением, когда следователь оказывает определенное психологическое воздействие на обвиняемого или подозреваемого, активизируя при этом его отрицательные качества: жадность, трусость, эгоизм, самовлюбленность и т.п.

Как справедливо указывают А.Ратинов и Ю.Зархин, для продуктивной деятельности следователя чрезвычайную важность приобретают этические критерии допустимости методов и средств, используемых в процессе расследования.[37]

Довольно сложным и острым является вопрос о том, позволительно ли с нравственно-правовых позиций оказание психологического воздействия на допрашиваемого, и если да, то каковы приемлемые границы такого воздействия.

В ходе осуществления уголовно-процессуальной деятельности ее участники не могут не оказывать друг на друга соответствующего влияния, что является объективной закономерностью. Поэтому закон, чтобы оградить допрашиваемого от внушения, запрещает постановку наводящих вопросов; чтобы не допустить постороннего влияния на допрашиваемого, предписывает проведение допроса порознь (ст. 143 УПК Украины); производство очной ставки разрешается одновременно только между двумя лицами (ст. 162 УПК Украины). Но даже самое точное выполнение всех правил проведения допроса и очной ставки не гарантирует допрашиваемого от психологического воздействия на него со стороны следователя. Любая информация, тем более словесная, предполагает воздействие. Более того, даже нейтральное одновременное присутствие уже есть воздействие одного человека на другого.[38]

Прежде чем говорить о допустимости или недопустимости психологического воздействия, необходимо выяснить, о каком воздействии идет речь. Одно лишь приглашение на допрос вызывает у человека волнение. Предметом дискуссии может быть не правомерность психологического воздействия на обвиняемого (подозреваемого), а вопрос о допустимых формах и методах такого воздействия. Задача в том, чтобы определить, какие приемы воздействия допустимы, правомерны, а какие представляют собой психическое насилие, несовместимое с принципами уголовного процесса.[39]

Психологическое воздействие имеет место при любом общении человека с человеком. Психическое воздействие в деятельности по осуществлению правосудия весьма специфично. Воздействие следователя на допрашиваемого имеет более предметную задачу – получение правдивых показаний. Как подчеркивает А.В.Дулов, основное содержание допроса составляет применение методов психологического воздействия на допрашиваемого.[40]

Трудно согласиться с утверждением, что допустимо лишь такое воздействие, при котором создаются наиболее благоприятные условия для течения психических процессов. Такого мнения придерживаются, в частности, И.Ф.Пантелеев[41] и Н.И.Порубов[42] С этой установкой связано неосновательное исключение из числа допустимых приемов следственной тактики тех из них, которые основаны на использовании фактора внезапности и связаны с воздействием на интеллектуальную сферу человека.

Правомерное психическое влияние само по себе не диктует конкретные действия, не вымогает того или иного содержания, а вмешивается во внутренние психические процессы, формирует правильную позицию человека, сознательное отношение к своим гражданским обязанностям и лишь опосредственно приводит его к выбору определенной линии поведения (добровольность выбора отличает, например, допрос, направленный на получение правдивых показаний, от домогательства – до признания).

При насилии же допрашиваемый существенно ограничен или вовсе лишен возможности выбирать для себя линию поведения. Она предопределена альтернативой, которую ставит лицо, производящее дознание. При этом угрожающий вред становится нередко побудителем. Единственное средство, позволяющее избежать угрозы, подследственный видит в том, чтобы выполнить продиктованное следователем.[43]

Г.Г.Доспулов пишет, что насилие – всякое противоречащее требованиям закона и профессиональной этике воздействие на допрашиваемого, которое ограничивает выбор правильной линии поведения, умаляет его права или затрагивает законные интересы других участников процесса.[44]

Мнение о недопустимости следователем применения психологического воздействия с целью противодействия расследованию встретило решительное возражение со стороны большинства ученых-юристов на том основании, что "подобные взгляды разоружают следственных работников и низводят их до положения пассивных регистраторов событий".[45] Но вместе с тем, недопустимы такие действия, которые, хотя и в скрытом виде, нарушают процессуальные гарантии участвующих в деле лиц, чреваты искажением истины, отступлением от норм закона, морали и профессиональной этики следователя.

Исходя из требований закона, нравственности следует признать недопустимым применение к допрашиваемым не только прямого физического насилия или угроз, но и любых других мер, так или иначе связанных с физическим или психическим принуждением допрашиваемого к даче определенных показаний. Таковы, например, арест или задержание лица как средство воздействия с целью получить от него желаемые показания, обещание смягчить его участь, предоставить те или иные льготы обвиняемому за его признание и т.д. Такой же характер имеют встречающиеся еще попытки "закрепить" (вместо того, чтобы всесторонне проверить и подкрепить другими доказательствами) признание обвиняемого путем допроса в присутствии понятых, выхода на место, производства ненужных для дела очных ставок, что создает видимость многочисленных доказательств там, где, по существу, имеется лишь одно признание.

Суть подобных методов – в оказании незаконного давления на обвиняемого (подозреваемого), чтобы заставить, вынудить его признать то, что следователь считает (не всегда при этом правильно считает) правдой. Поэтому такие приемы, исходным пунктом которых является переоценка следователем значения признания обвиняемым своей вины, противоречат закону и нравственным требованиям, являются насилием и иногда вынуждают допрашиваемого к оговору или самооговору.

Правомерность и допустимость психических средств определяется точным соответствием духу и букве закона, познавательной эффективностью, они должны обладать избирательным действием, отвечать морали. Таким образом, речь идет не о том, законно ли применение психического воздействия, а о недопустимости психического насилия.

Итак, к тактическим приемам допроса предъявляются определенные правовые, психологические и нравственные требования. Судебная психология применительно к допросу и очной ставке изучает механизмы и закономерности правомерного психического воздействия тактических приемов на свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемых, а анализ логических компонентов и средств применения, посредством которых осуществляются тактические приемы.

Управление поведением допрашиваемого осуществляется следователем в зависимости от тактической ситуации в ходе допроса и позиции допрашиваемого. В связи с этим и тактико-психологические приемы допроса тоже делятся на определенные группы. Существуют различные классификации приемов психологического воздействия, которые в ходе допроса трансформируются в тактические. Думается, что наиболее лучшей классификацией, раскрывающей саму суть психологического воздействия, будет классификация этих приемов в зависимости от задачи, цели и конечного результата того или иного приема. Кроме того, классификация по такому основанию способствует осуществлению познания в процессе рассматриваемых следственных действий. Такую классификацию дает В.Е.Коновалова, по мнению которой можно выделить следующие приемы:[46]

1. Способствующие актуализации в памяти запечатленного. Сюда относятся постановка напоминающих вопросов, предъявление вещественных доказательств, допрос на месте происшествия;

2. Направленные на установление мотивизации показаний. Пути установления истинных мотивов определяются сравнением доказательств;

3. Помогающие изобличить виновных. Эти приемы заключаются в комплексе разнообразных способов оперирования информацией, находящейся в распоряжении следователя и содержащие данные о причастности лица к совершенному преступлению;

4. Способствующие обнаружению лжи. Это приемы, связанные с постановкой уточняющих, детализирующих и контрольных вопросов. Немалое значение в процессе установления лжи в показаниях имеет предъявление вещественной информации;[47]

5. Устраняющие конфликтные ситуации и способствующие установлению психологического контакта.[48] Эти психологические приемы способствуют также получению информации в процессе допроса.

Как уже было сказано, эти приемы выполняют различные функции. Одни из них оказывают помощь допрашиваемому в припоминании забытого и в наиболее правильном воспроизведении того, что он помнит. Сюда относятся смежность, сходность, контрастность, разобщение, перефраза, наглядность. Другие приемы строятся на том, чтобы убедить допрашиваемого в необходимости пересмотреть свою позицию, противоречащую задачам правосудия. Это беседа, снятие напряжения, настройка, использование положительных свойств личности, создание незаполненности, пересечение лжи, выжидание. Следующая группа приемов применяется тогда, когда свидетель, потерпевший, подозреваемый, обвиняемый не желает считаться с обоснованными доводами следователя, когда допрашиваемого нужно не столько убедить, сколько переубедить в необходимости дать правдивые показания. В эту группу можно отнести такие тактические приемы, как последовательность, форсированный темп, замедленный темп, инерция.

Убеждение заключается в передаче сообщений с целью склонить к определенному мнению или поступку человека, воздействуя на его эмоциональную, интеллектуальную и волевую сферы. Метод убеждения эффективен только в том случае, если допрашиваемый желает воспринимать доводы, заинтересован выслушать следователя. Следователь должен быть сам убежден в том, в чем хочет убедить допрашиваемого.

Применение убеждения должно отвечать ряду требований: строиться с учетом уровня развития, образования, интеллекта допрашиваемого, его индивидуальных психических качеств; должно быть логичным, доказательным, содержать выводы и конкретные примеры, анализ взаимно известных факторов; оно должно быть рассчитано на обратную связь, на восприятие доводов самого допрашиваемого, чтобы в зависимости от них перестраивать процесс убеждения. Убеждение усиливается также аргументами, в которых используются различные ассоциативные связи. Большое значение имеют и психологические доводы, которые применяются и как самостоятельные основные средства убеждения, и как дополнительные, усиливающие логическую аргументацию.[49]

Убеждение может осуществляться в разных формах и имеет различную степень воздействия на людей. Примером такого "двойного" воздействия на человека является в следственной деятельности предупреждение свидетелей и потерпевших об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Наиболее часто встречающимися формами убеждения в деятельности следователя являются логическое убеждение, эмоциональное убеждение, убеждение-дискуссия.

Для того, чтобы метод убеждения дал необходимые результаты, надо возбудить мыслительную деятельность убеждаемого, направить ее так, чтобы она привела убеждаемого к тем самым выводам, в которых его хотят убедить. Мыслительная деятельность опрашиваемого убеждаемого лица должна направляться к возбуждению критического отношения к своим поступкам, к поступкам других лиц.

В процессе применения метода убеждения следует продолжать внимательно изучать личность, наблюдать за ее реакциями, изменениями в поведении, мимике, жестах и т.д. Убеждение всегда должно быть рассчитано на необходимость создания условий, облегчающих пересмотр ранее принятых решений.

С целью получения от допрашиваемого правдивых показаний в процессе допроса и очной ставки может применяться такой метод психологического воздействия как изобличение. Сущность этого метода, как пишет Н.И.Порубов, в активном воздействии на психику допрашиваемого, в демонстрации несостоятельности его утверждений, противоречий между этими утверждениями и обстоятельствами расследуемого уголовного дела. Изобличение достигается путем предъявления доказательств, постановкой перед допрашиваемым вопросов.[50] Предъявление доказательств в процессе допроса должно быть проведено тактически правильно. Выпадение любого "звена" из системы доказательств ведет к разрушению всей цепи.[51]

Изобличение возможно и правильной, своевременной, исследовательной формулировкой вопросов. Надо так построить вопросы, чтобы допрашиваемый извлек из них как можно меньше информации для себя о том, что известно следователю, какими он располагает доказательствами, чтобы вопросы не подсказывали допрашиваемому ответ. Вопрос должен быть нейтральным, т.е. не сковывать свободу и самостоятельность ответа, не внушать и не предвосхищать конкретное содержание ответа, не раскрывать истинное мнение спрашивающего.

Внушение рассчитано на подавление, подчинение воли лица, на которое воздействуют при помощи этого метода. Такое понимание метода привело к высказываниям о полной невозможности его применения в процессуальной деятельности.

Представляется, что все зависит от того, по поводу чего применяется внушение. В следственной практике могут применяться лишь такие виды внушения, которые являются типичными формами волеутверждения следователя и используются им в воспитательных целях для усиления эмоционального состояния допрашиваемого и осуществления контроля над его мыслительным процессом.

Внушение в форме приказа применяется в тех случаях, когда требуется резко изменить направление психических процессов допрашиваемого, например, вывести его из возбужденного состояния, когда надо снять повышенную эмоциональность или заторможенность. Есть еще такие виды внушения, как требование, просьба, упрек, предложение, совет.

В практике расследования имеют место случаи, когда следователь непосредственно не сообщает допрашиваемому ложных сведений, но различными способами стремится сформировать у него ошибочное мнение относительно тех или иных обстоятельств. Одни авторы, такие как С.Г.Любичев, М.С.Строгович, против такого явления.[52]

Другие авторы, в частности В.В.Леоненко и В.П.Бахин, считают, что создание преувеличенного представления об объеме собранных доказательств не является обманом.[53]

Думается, что для маскировки собранных обстоятельств, которые на том или ином этапе расследования из тактических соображений необходимо скрыть от заинтересованных лиц, следователю вовсе нет необходимости прибегать к ложным утверждениям. В его арсенале имеются такие средства, как прямой отказ в сообщении данных, которые хотят выведать заинтересованные лица, умолчание, реплики, допускающие многозначное толкование, разнообразные вопросы, которые способны вызвать у допрашиваемого те или иные догадки, в результате чего обвиняемый делает ошибочные выводы и избирает позицию, которая в конечном итоге способствует успеху расследования. Такая линия поведения следователя не может классифицироваться как обман. Обман состоит в сообщении ложных сведений о положении дел или в извращении истинных фактов. Обмануть – значит намеренно ввести кого-либо в заблуждение, сказав неправду. А сокрытие сведений, которые до определенного времени должны сохраняться в тайне, является служебным долгом следователя (ст. 121 УПК Украины) и не может квалифицироваться как обман.

Представляет интерес вопрос о допустимости с этой точки зрения приемов следственной хитрости. Их принципиальную дозволенность признают многие авторы, однако, их сущность и критерии дозволенности формулируют по-разному.[54]

В соответствии с пониманием концепции "следственных хитростей" А.Н.Васильева и Л.М.Карнеевой одной из целей применения всякого тактического приема, в т.ч. основанного на "хитрости" следователя, состоит в том, что психологически разоружить допрашиваемого, действительно совершившего преступление, но дающего ложные показания, изобличить его в совершении преступления, поставить перед необходимостью дачи правдивых показаний. Это вызывает серьезное возражение. В точном значении этих слов психологическое разоружение означает лишение субъекта возможности управлять своими психическими процессами, способности нормально мыслить и действовать. Ясно, что такого рода обезоруживание неприемлемо ни с какой точки зрения, даже применительно к лицу, действительно совершившему преступление.

А.М.Ларин, рассматривая различные значения понятия "следственной хитрости", указывает, что хитрость в смысле изворотливости, следования к цели обманным путем, для расследования неприемлема. И это верно. Отвергая ложь и обман как приемы расследования, он считает допустимым "следственную хитрость" в смысле маневрирования информацией.[55]

Позицию А.М.Ларина о допустимости приемов "следственной хитрости" поддерживают другие ученые-юристы.

Так, в частности, И.И.Артамонов пишет, что мы полностью разделяем в этом плане позицию А.М.Ларина, а также В.Н.Болтнева и Ю.И.Лаврова о возможности применения "психологических хитростей" в следственной тактике, понимая под хитростью изобретательность, искусность, но отнюдь не обманный путь. Мы не видим каких-либо нарушений норм УПК или морально-этических принципов в такой "психологической хитрости", при которой в воображении обвиняемого возникло преувеличение представления относительно собранных доказательств.[56]

Противоположную позицию занимает С.П.Митричев, который отождествляет понятия "следственная хитрость" и "обман".[57] Думается, что он не прав: следственную хитрость надо понимать как свойство личности, качество ума следователя, которое формируется в процессе профессиональной деятельности и характеризует следователя как искусного, изобретательного, прозорливого и находчивого профессионала.

Следственную хитрость иногда расценивают как антипедагогическое и противоречащее воспитательным целям. Однако, совершенно прав М.В.Вологин, когда пишет, что отрицательное воспитательное воздействие оказывает не само применение следственных хитростей, а их неграмотное, безответственное применение.[58]

Когда говорят, что допущение "следственных хитростей" и формирование ошибочных представлений об осведомленности и намерениях следователя может привести к нарушениям закона, то забывают о том, что любые процессуальные средства, если ими неправильно пользоваться приводят к нарушениям законности и норм нравственности.

Прав А.Е.Ямпольский, анализ рассуждений которого ведет к тому, что в условиях противодействия со стороны допрашиваемого следователь должен и может применять все этически допустимые средства, в т.ч. и "следственную хитрость".[59]

В ряде случаев во время допроса демонстрируются предметы, предназначенные для психологического воздействия. Это так называемый эмоциональный эксперимент.

Основное, что должен знать и понимать следователь при допросах, это то, что любой тактический прием должен быть направлен на убеждение человека в добровольном, сознательном желании и решимости сказать правду. Для этого подходят только правомерные и соответствующие нормам нравственности приемы и линия поведения следователя.


З А К Л Ю Ч Е Н И Е

В современных условиях возрастает роль нравственных начал в обеспечении законности. Наше общество предъявляет повышенные требования к профессиональной подготовке, нравственным качествам и культуре поведения работников правоохранительных органов. Поэтому очень важное значение имеет следственная этика, которая помогает понять, как влияют нормы, принципы, предписания морали на проведение тех или иных следственных действий, в частности допросов и очных ставок, на расследование преступлений в целом.

Допрос и очная ставка должны отвечать требованиям уголовно-процессуального закона и соответствовать этическим нормам. Этичность предполагает самое строгое соблюдение требований законности. Допросы и очные ставки относятся к числу тех следственных действий, этический аспект которых наиболее ярко выражен. Законность и этика допросов и очных ставок неразрывно взаимосвязаны. Любое нарушение уголовно-процессуальных норм одновременно является и нарушением нравственных норм.

При производстве допросов и очных ставок так или иначе этической оценке должны подвергаться все тактические приемы. Так, нравственным требованиям должны соответствовать тактические приемы по психологии отношений между следователем и участниками следственных действий и др.

Правильное, соответствующее этическим требованиям применение тактических приемов дает ключ к решению с позиций нравственности вопроса о соотношении целей расследования и средств их достижения.

Соотношение этических и психологических аспектов ярко выражается при исследовании таких проблем, как психологический процесс формирования показаний, установление психологического контакта следователя с участниками этих следственных действий, допустимость средств и приемов психологического воздействия с этической точки зрения.

Этическое значение умения правильно познать психологические процессы формирования показаний заключается в том, что это позволяет следователю разобраться в поведении обвиняемого и других участников допросов и очных ставок; избрать тактические приемы, которые помогут установить цели и мотивы преступлений; устранить факторы, мешающие допрашиваемому рассказать правду; определить оптимальную линию поведения по отношению к участникам допросов и очных ставок.

Говоря об установлении контактов, недостаточно рассматривать действия следователя лишь в плане психологического контакта, оставляя без внимания их этическую сторону. Закономерности психологии и нравственные нормы в равной степени должны учитываться при установлении контакта.

С нравственной позиции довольно острым и сложным является вопрос разграничения дозволенного психологического воздействия на личность и так называемого психического насилия, расценивающегося как противоправное и аморальное. Приемы психологического воздействия, с точки зрения их моральной допустимости, учеными-юристами оцениваются по-разному. Четкого, единообразного понимания этических критериев пока не достигнуто.

Выбор тех или иных психологических приемов зависит от конкретных обстоятельств дела, от личности допрашиваемого. Применять психологическое воздействие следователю надо очень осторожно.

Возрастание роли науки в деятельности органов расследования ставит перед криминалистикой, судебной этикой и судебной психологией много столь же теоретически интересных, сколь и практически важных проблем.


Список использованной литературы:

1.         Артамонов И.И. Психологический анализ возможностей теории игр в следственной тактике. //Вопросы судебной психологии. – Минск: Изд-во Белорусск. ун-та, 1972. – Вып. 2. – С.29

2.         Бахин В.П. Допрос. Лекция. – К., 1999.

3.         Бахин В., Когамов М., Карпов Н. Допрос на предварительном следствии. – Алмата, 1999.

4.         Васильев А.Н. Следственная тактика. – М.: Юрид. лит., 1976.

5.         Васильев А.Н. Тактика следственных действий. – М.: Юрид. лит., 1981.

6.         Васильев А.Н., Карнеева Л.М. Тактика допроса при расследовании преступлений. – М.: Юрид. лит., 1970.

7.         Васильев В.Л. Юридическая психология. – М., 1991.

8.         Вологин М.В. К вопросу о правомерности "следственной хитрости". //Этика предварительного следствия. – Волгоград: Труды ВСШ МВД СССР, 1976. – Вып. 15. – С.96

9.         Гаврилов О.А. О проблемах советской судебной психологии. //Вопросы психологии, 1965 – № 6. – С.141

10.       Гапанович Н.Н. Опознание в судопроизводстве. – Минск: Вышейшая школа, 1975.

11.       Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. – Волгоград, 1983.

12.       Горский Г.Ф. Судебная этика. – Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1973.

13.       Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. – М.: Юрид. лит., 1976.

14.       Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших. – Алма-Ата: Наука, 1975.

15.       Дулов А.В. Судебная психология. – Минск: Вышейшая школа, 1975.

16.       Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных действий. – Минск: Вышейшая школа, 1971.

17.       Кертэс И. Тактика и психологические основы допроса. – М.: Юрид. лит., 1965.

18.       Ковалев А.Г. Психология личности. – М.: Просвещение, 1970.

19.       Коновалова В.Е. Психология в расследовании преступлений. – Харьков: Вища школа, 1978.

20.       Коновалова В.Е. Правовая психология. – Харьков, 1990.

21.       Коновалова В.Е. Допрос: тактика и психология. – Харьков: Консум, 1999.

22.       Комарков В.С. Психологические основы очной ставки. – Харьков, 1976.

23.       Комарков В.С. Тактика допроса. – Харьков: Вища школа, 1975.

24.       Костицкий М.В. Психологические методы в борьбе с правонарушениями. – К., 1991.

25.       Котов Д.П. Вопросы судебной этики. – М.: Знание, 1976.

26.       Криминалистика. /Под ред. В.А.Образцова. – М.: Высшая школа, 1994.

27.       Криминалистика. /Под ред. Н.П.Яблокова. – М.: Юрист, 1995.

28.       Криминалистика. /Под ред. И.Ф.Герасимова, Л.Я.Драпкина. – М., 1999.

29.       Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. Планирование и организация. – М.: Юрид. лит., 1970.

30.       Леви А.А., Пичкалева Г.Н., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем. – М., 1987.

31.       Лукашевич В.Г. Криминалистическая теория общения: постановка проблемы, методика исследования, перспективы использования. – К.: Изд-во Укр. акад. внутр. дел, 1993. – С.159

32.       Матусевич И.А. Изучение личности обвиняемого в процессе предварительного расследования преступлений. //Вопросы борьбы с преступностью. – М.: Юрид. лит., 1971. – Вып. 13. – С.73

33.       Митричев С.П. Следственная тактика. – М.: ВЮЗИ, 1975.

34.       Найденов В.В. Советский следователь. – М.: Юрид. лит., 1980.

35.       Обуховский К. Психология влечений человека. – М.: Прогресс, 1972.

36.       Пантелеев И.Ф. Некоторые вопросы психологии расследования преступлений. //Труды ВЮЗИ. – М.: Юрид. лит., 1973. – Вып. 29. – С.221

37.       Порубов Н.И. Психологические основы допроса. – Минск: Вышейшая школа, 1966.

38.       Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. – Минск: Вышейшая школа, 1973.

39.       Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии. – Минск: Вышейшая школа, 1978.

40.       Ратинов А.Р., Зархин Ю.М. Следственная этика. //Соц. законность, 1970. – № 10. – С.37

41.       Следственные действия. /Под ред. В.А.Образцова. – М.: Юристъ, 1999.

42.       Строгович М.С. О судебной этике. //Проблемы государства и права на современном этапе. – М.: Ин-т гос-ва и права АН СССР, 1973. – Вып. 7. – С.9

43.       Феофанов Ю. Догма права и догма совести. //Сов. государство и право, 1971. – № 3. – С.141

44.       Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. – М.: Юрид. лит., 1995.

45.       Шепітько В.Ю. Допит. – Харків, 1998.

46.       Эйсман А.А. О некоторых логических системах связи косвенных доказательств. //Вопросы криминалистики. – М.: Юрид. лит., 1964. – Вып. 12. – С.56

47.       Якушин С.Ю. Тактические приемы при расследовании преступлений. – Казань, 1983.

48.       Ямпольский А.Е. Этический аспект применения психологического воздействия на предварительном следствии. /В кн.: Этика предварительного следствия. – Волгоград: Труды ВСШ МВД СССР, 1976. – Вып.15. – С.100


[1] Котов Д.П. Вопросы судебной этики. – М.: Знание, 1976. – С.13

[2] Коновалова В.Е. Психология в расследовании преступлений. – Харьков: Вища школа, 1978. – С.6

[3] Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных действий. – Минск: Вышейшая школа, 1971. – С.57

[4] Коновалова В.Е. Допрос: тактика и психология. – Харьков: Консум, 1999. – С.34-35

[5] Васильев А.Н. Тактика следственных действий. – М.: Юрид. лит., 1981. – С.15

[6] Васильев А.Н. Тактика следственных действий. – С.10-19

[7] Бахин В., Когамов М., Карпов Н. Допрос на предварительном следствии. – Алмата, 1999. – С.36-37

[8] Следственные действия. /Под ред. В.А.Образцова. – М.: Юристъ, 1999. – С.163

[9] Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных действий. – С.107

[10] Шепітько В.Ю. Допит. – Харків, 1998. – С.29

[11] Васильев А.Н., Карнеева Л.М. Тактика допроса при расследовании преступлений. – М.: Юрид. лит., 1970. – С.180-181

[12] Комарков В.С. Психологические основы очной ставки. – Харьков, 1976. – С.18-25

[13] См.: Дулов А.В. Судебная психология. – Минск: Вышейшая школа, 1975. – С.299-309; Гапанович Н.Н. Опознание в судопроизводстве. – Минск: Вышейшая школа, 1975. – С.16-123

[14] Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших. – Алма-Ата: Наука, 1975. – С.48

[15] Кертэс И. Тактика и психологические основы допроса. – М.: Юрид. лит., 1965. – С.16.

[16] Порубов Н.И. Психологические основы допроса. – Минск: Вышейшая школа, 1966. – С.9

[17] Васильев А.Н. Тактика следственных действий. – С.12

[18] Васильев В.Л. Юридическая психология. – М., 1991. – С.357

[19] Васильев А.Н. Следственная тактика. – М.: Юрид. лит., 1976. – С.114, 119

[20] Васильев А.Н. Следственная тактика. – С. 19-20

[21] Коновалова В.Е. Психология в расследовании преступлений. – Харьков: Вища школа, 1978. – С.67

[22] Матусевич И.А. Изучение личности обвиняемого в процессе предварительного расследования преступлений. //Вопросы борьбы с преступностью. – М.: Юрид. лит., 1971. – Вып. 13. – С.73

[23] Лукашевич В.Г. Криминалистическая теория общения: постановка проблемы, методика исследования, перспективы использования. – К.: Изд-во Укр. акад. внутр. дел, 1993. – С.159

[24] Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. – М.: Юрид. лит., 1995. – С.184

[25] Васильев А.Н. Следственная тактика. – С. 100

[26] Васильев А.Н., Карнеева Л.М. Указ. соч. – С.77-78

[27] Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии. – Минск: Вышейшая школа, 1978. – С.51

[28] Кертэс И. Указ. соч. – С.157

[29] Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. Планирование и организация. – М.: Юрид. лит., 1970. – С.41

[30] Криминалистика. /Под ред. В.А.Образцова. – М.: Высшая школа, 1994. – С.224

[31] Криминалистика. /Под ред. Н.П.Яблокова. – М.: Юрист, 1995. – С.282

[32] Горский Г.Ф. Судебная этика. – Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1973. – С.98-99

[33] Криминалистика. /Под ред. И.Ф.Герасимова, Л.Я.Драпкина. – М., 1999. – С.364

[34] Феофанов Ю. Догма права и догма совести. //Сов. государство и право, 1971. – № 3. – С.141

[35] Кертэс И. Указ. соч. – С.3

[36] См.: Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. – Волгоград, 1983. – С.80-82; Коновалова В.Е. Правовая психология. – Харьков, 1990. – С.103-105; Леви А.А., Пичкалева Г.Н., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем. – М., 1987. – С.13; Якушин С.Ю. Тактические приемы при расследовании преступлений. – Казань, 1983. – С.35, и др.

[37] Ратинов А.Р., Зархин Ю.М. Следственная этика. //Соц. законность, 1970. – № 10. – С.37

[38] Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии. – С.52

[39] Гаврилов О.А. О проблемах советской судебной психологии. //Вопросы психологии, 1965 – № 6. – С.141

[40] Дулов А.В. Указ. соч. – С.464

[41] См.: Пантелеев И.Ф. Некоторые вопросы психологии расследования преступлений. //Труды ВЮЗИ. – М.: Юрид. лит., 1973. – Вып. 29. – С.221

[42] Порубов Н.И. Указ. соч. – С.52

[43] Ратинов А.Р. Указ. соч. – С.163-164

[44] Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. – М.: Юрид. лит., 1976. – С.53

[45] Найденов В.В. Советский следователь. – М.: Юрид. лит., 1980. – С.85; Костицкий М.В. Психологические методы в борьбе с правонарушениями. – К., 1991. – С.34-50

[46] Коновалова В.Е. Указ. соч. – С.68-72

[47] Комарков В.С. Тактика допроса. – Харьков: Вища школа, 1975. – С.33

[48] Обуховский К. Психология влечений человека. – М.: Прогресс, 1972. – С.162-166

[49] См.: Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии. – С.56; Ковалев А.Г. Психология личности. – М.: Просвещение, 1970. – С.297

[50] Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. – Минск: Вышейшая школа, 1973. – С.87

[51] Эйсман А.А. О некоторых логических системах связи косвенных доказательств. //Вопросы криминалистики. – М.: Юрид. лит., 1964. – Вып. 12. – С.56

[52] См.: Строгович М.С. О судебной этике. //Проблемы государства и права на современном этапе. – М.: Ин-т гос-ва и права АН СССР, 1973. – Вып. 7. – С.9; Любичев С.Г. Указ. соч. – С.36

[53] Леоненко В.В. Указ. соч. – С.61-62; Бахин В.П. Допрос. Лекция. – К., 1999. – С.17-18

[54] См.: Васильев А.Н., Карнеева Л.М. Тактика допроса. – С.112

[55] Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. Планирование и организация. – М.: Юрид. лит., 1970. – С.50

[56] Артамонов И.И. Психологический анализ возможностей теории игр в следственной тактике. //Вопросы судебной психологии. – Минск: Изд-во Белорусск. ун-та, 1972. – Вып. 2. – С.29

[57] Митричев С.П. Следственная тактика. – М.: ВЮЗИ, 1975. – С.5

[58] Вологин М.В. К вопросу о правомерности "следственной хитрости". //Этика предварительного следствия. – Волгоград: Труды ВСШ МВД СССР, 1976. – Вып. 15. – С.96

[59] Ямпольский А.Е. Этический аспект применения психологического воздействия на предварительном следствии. /В кн.: Этика предварительного следствия. – Волгоград: Труды ВСШ МВД СССР, 1976. – Вып.15. – С.100


Информация о работе «Этические и психологические аспекты тактики допросов и очных ставок»
Раздел: Государство и право
Количество знаков с пробелами: 65713
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
159363
1
0

... сведения полученные при допросе будут достоверными. Особенности тактики допроса вышеперечисленных лиц будут рассмотрены в следующей главе. Глава 2. Особенности тактики допроса отдельных лиц 2.1 Особенности тактики допроса несовершеннолетних При подготовке к допросу несовершеннолетних учитывается процессуальное положение допрашиваемого, а также данные, характеризующие его личность. И то ...

Скачать
133803
1
0

... уже полученных показаний. [6] Особым, специфическим видом допроса является очная ставка. §4. Тактические особенности и процессуальная регламентация подготовки и производства допроса в стадии расследования Криминалистическая тактика и уголовный процесс – это науки взаимосвязанные и взаимопроникающие, взаимообогащающие друг друга. Положения науки уголовного процесса, основывающиеся на ...

Скачать
45715
0
0

... обвиняемого следует изучать в тех пределах, которые позволяют следователю обеспечить решение уголовно-правовых, уголовно-процессуальных, криминалистических, криминологических, исправительных задач по конкретному делу.   Приемы изучения следователем психологии обвиняемых При определении источников информации о личности обвиняемого следует исходить из того, что они должны обеспечить получение ...

Скачать
54213
0
0

... материалам; г) обвиняемый не признаёт себя виновным, объясняя причину этого; д) обвиняемый не признает себя виновным и отказывается давать показания. Тактика допроса обвиняемого – одна из наиболее сложных. Она должна отвечать требованиям уголовно-процессуального закона, строиться в зависимости от состава преступления, личности обвиняемого, имеющихся в деле доказательств, от того, ...

0 комментариев


Наверх