3.4. Цель стабилизационной политики – «средний класс»

Наличие, рост среднего класса в любой стране рассматриваются как свидетельство эффективности проводимых преобразований, как критерий того, что реформы идут в правильном направлении и приобретают необратимый характер. Большой удельный вес среднего класса в системе социальной стратификации является одним из существенных признаков общества, определяемого как «развитое», «цивилизованное». В то же время отсутствие среднего класса после десяти лет реформ служит аргументом для тех, кто настаивает на радикальном изменении политического курса.

Эти обстоятельства часто придают идеологическую окраску дис­куссиям о среднем классе. Так, нередко звучит мысль о том, что в дореформенном, постсоветском обществе средний класс фактически существовал, но был «размыт», погублен курсом реформ, а его место заняли полукриминальные «элементы”. Согласно противоположной точке зрения, средний класс неизбежно должен сложиться в результате стабильного функционирования рыночной экономики. При этом сторонники обеих точек зрения, как правило, ограничиваются указанием на наличие некоторых известных критериев отнесения к среднему классу (уровень образования, социально-профессиональный статус).

Однако делать однозначные выводы о наличии среднего класса в социалистическую и постсоциалистическую эпохи нельзя. Помимо обычных признаков отнесения к этому тезису, есть и «классические» признаки и функции среднего класса в обществе. Прежде всего - это основной экономический донор: бюджет страны складывается из налогов широкого слоя налогоплательщиков, рассматривающих себя как опору государства и по этой причине наделенных правом контролировать его расходы. Понятно, что административно-командная экономика предполагала лишь декоративные формы контроля, типа «народного контроля». К тому же система уравнительного распределения доходов предусматривала совершенно иные принципы формирования налоговой базы о том, что у страны есть бюджет, принятие которого на полгода становится главным делом парламента, страна узнала сравнительно недавно.

Другая важнейшая функция среднего класса - его ведущая роль в процессе вертикальной мобильности. Основные социальные перемещения в обществе происходят как внутри среднего класса, так и между ним и другими элементами социальной структуры. Именно свободные каналы восходящей вертикальной мобильности, ясные перспективы социального роста, базой которого выступают образование и уровень квалификации, должны обеспечивать высокий уровень благосостояния представителей среднего класса. В СССР, безусловно, был высок престиж образования, его уровень обеспечивал достижение относительно высоких профессиональных позиций. Но карьерный рост имел предел, преодоление которого было связано с вступлением в партию, другими демонстративными проявлениями лояльности к режиму, то есть факторами, лежащими в иной плоскости, нежели профессионально-квалификационные.

В «экономике дефицита» величина дохода напрямую не определяла характер потребления. Уровень престижного потребления достигался с помощью «блата», связей или определялся статусом должности в виде пайков, ордеров и т.л. Таким образом, была закреплена зависимость соответствующего социального слоя от власти, не означавшая, впрочем, полной поддержки советского режима. Речь, конечно, идет о внутренней поддержке, поскольку при формальной и безальтернативной системе выборов внешняя поддержка была обеспечена на 99,9%. Поэтому существовавшая в СССР прослойка, хотя и обладала некоторыми чертами классического среднего класса, не являлась им по своим социальным функциям. Это был псевдосредний класс, который в плановой экономике не имел никаких шансов превратиться в настоящий средний класс.

Каковы же перспективы формирования среднего класса в нашей стране сегодня? Во многом они зависят от успешной адаптации населения, формирования продуктивных моделей социально-экономического поведения, адекватных сложившейся хозяйственной ситуации. Характеристики процесса адаптации в настоящее время очевидны. Прежде всего, на смену доминировавшим ранее надеждам на государство приходит существенно большая ориентация населения на собственные силы и возможности. Жестко заданные и ограниченные типы социально-экономического поведения уступают место разнообразию типов социального действия. На смену прямому и непосредственному властному хозяйственному и идеологическому контролю приходят такие универсальные регуляторы, как деньги и правовые нормативы. Новые способы и стандарты поведения обусловлены различными источниками формирования, хотя часто они не корректируются ни устойчивыми нравственными нормами, ни правовыми санкциями.

В общественном мнении сформировалось вполне определенное понимание законов вертикальной мобильности: путь наверх невозможен без нужных связей и денег, причем деньги часто являются производной от связей. Трудолюбие и наличие профессии, пользующейся спросом, - факторы второго уровня. Что же касается знаний и опыта, то их считают необходимым условием продвижения к успеху далеко не большинство опрошенных.

Невостребованность квалифицированного персонала или востребованность только при наличии нужных связей деформирует цепочку: образование - квалификация - доходы - долгосрочные сбережения - уровень потребления, обеспечивающую формирование и развитие среднего класса. Образование не гарантирует получение работы с перспективами роста. Работа не гарантирует доход: зарплата у представителей одной профессии в частном и государственном секторах различается на порядок. Доход не гарантирует статус, поскольку многие источники высоких доходов незаконны. А противоречивость законодательства, несовершенство налоговой системы превращают практически любое предприятие в правонарушителя и вынуждают владельцев предприятий при найме работников обращать внимание не столько на их профессиональные и деловые качества, сколько на факторы, подтверждающие их безусловную «надежность». При этом доверие со стороны нанимателя и лояльность со стороны работника поддерживаются жесткими санкциями в виде «отлучения» от источников дохода или потери рабочего места.

Широко распространено мнение, что общество не вышло из полосы нестабильности, не исключено резкое изменение принципов финансовой политики, в экономической политике имеет место «чехарда законов», «законы непоследовательны и противоречат друг другу», «существующая система не стимулирует легальную деятельность». Отсутствие доверия к власти и ее финансовым институтам лишает потенциальный средний класс возможности строить долгосрочные стратегии роста благосостояния и переводит значительную часть возможных накоплений в сферу потребления.

Также о кризисном характере адаптации говорит и несба­лансированность взаимосвязей статусно-ролевых позиций и социальной идентичности, что «выливается» в неустойчивые формы социального поведения. Невозможность реализации большинством населения своих социально-экономических притязаний, повышения или хотя бы поддержания социального статуса будет блокировать продвижение по всем другим направлениям преобразований, создавать социальное напряжение, препятствующее нормальному функционированию системы социальных институтов, замедляющее формирование социальной структуры с прочной фиксацией социальных ролей и функций.

Нельзя обойти вниманием и политическую самоидентификацию потенциального среднего класса, которая в принципе должна отражать его ориентацию на стабильность политической ситуации. Политическая самоидентификация заключается, прежде всего, в делегировании властных полномочий в форме электорального поведения. Оказавшись в сфере взаимодействия различных политических партий и движений, индивид должен сделать «осознанный выбор» в пользу политической организации, в наибольшей степени, выражающей его интересы. В условиях, когда не «работает» традиционная политическая шкала западноевропейского типа, а рациональный прагматизм не подкреплен институционально, встает задача поиска «работающего» индикатора политической идентификации. На наш взгляд, прослеживается определенная взаимосвязь между степенью адаптированности населения и существующим спектром политических взглядов различных групп населения. В этой связи жизнеспособность каждого из вариантов социально-экономического развития страны, предлагаемых различными политическим силами, фактически детерминируется успехом адаптации населения к новым условиям жизни. Размах и темп социально-экономических реформ также объективно диктуются адаптационным потенциалом населения.

Хотя в целом тенденции адаптации населения свойственны кризисные черты, в обществе имеется социальный слой, характеризующийся сформированными специфическими образцами социального поведения, обладающий устойчивостью, которую он стремится закрепить и легитимизировать. Созданы жизненный стиль, социально-культурное поле, элементы которого активно представлены в обществе. Однако следует учитывать два существенных момента: во-первых, относительную немногочисленность этого слоя (примерно 7% всего населения); во-вторых, его замкнутость, ориентацию на социальное взаимодействие преимущественно в «своей» среде, своеобразную кастовость, символом которой является «демонстративное потребление» (по Т. Веблену).

Таким образом, реально можно говорить о высшем слое, которому присущи все основные черты сформированной социальной страты: нормы и санкции, поддерживающие ее устойчивость, культурные символы взаимодействия, практически завершившийся процесс оформления групповой идентичности и связанный с последней образ жизни.

Ничего подобного нельзя сказать о среднем слое, для которого характерна дисгармрния отношений между типом идентичности и занимаемой статусной позицией. Можно выделить несколько причин, по которым формирование масштабного среднего класса оказалось заблокированным. Прежде всего это связано с механизмом приватизации. способствовавшим созданию крупных, но не средних и мелких собственников, хотя именно такая цель была поставлена в качестве основной «архитекторами» приватизации.

Вторая причина - торможение восходящей социальной мобильности. Потенциальное ядро среднего класса, которое, по нашим оценкам, включает примерно 15-20% населения, характеризуется адаптационными навыками, реализацией достаточно успешных стратегий социально-экономического поведения. Все это, однако, еще не делает данную часть общества «классом в себе», поскольку, хотя и имеются важные предпосылки формирования среднего класса, практически отсутствуют, во-первых, стереотипы массового социокультурного поведения, а во-вторых, устойчивая самоидентификация, которая должна быть обеспечена идеологической поддержкой, выступающей в виде признания особого достоинства, символической оплаты за издержки адаптационных усилий.

Тем более нельзя говорить о «классе для себя», так как сегодня средние слои не имеют серьезных рычагов влияния на макроэкономические и политические процессы. Нестабильность политической ситуации, отсутствие последовательности и предсказуемости в действиях властей, значимых горизонтальных связей, реальной поддержки авторитетных общественных организаций делают представителей данного слоя уязвимыми перед угрозой потери достигнутых в ходе адаптации позиций. Сложившаяся налоговая система, стимулирующая сокрытие доходов, также не способствует контролю над властью со стороны налогоплательщиков.

Структурное оформление среднего класса возможно при наличии непротиворечивого и взаимодополняющего комплекса внутренних и внешних факторов. К числу внутренних можно отнести развитие автономной активности, четкое очерчивание круга социальных интересов, групповую идентификацию, формирование системы социокультурных ценностей, норм и санкций, а к числу внешних - стабилизацию социально-экономических и политических институтов и способность общества к воспроизводству этой стабильности, под которой следует понимать не консервацию существующего порядка, а предсказуемость и открытость действий власти.


Заключение

Бедность значительной части населения на протяжении ряда лет продолжает оставаться одной из главных социальных угроз успешного развития общества. Экономические реформы, происходящие в нашей стране в течение последних лет, серьезно изменили социальную структуру общества. Произошло стремительное социальное расслоение, появились слои очень богатых и крайне бедных граждан. Подавляющее большинство людей лишились социальной защиты государства, и оказались перед необходимостью приспосабливаться к жизни в условиях рыночной нестабильности. В этих условиях появление большого количества бедных людей оказалось неизбежным.

Неудовлетворение минимальных потребностей человека (семьи) считается бедностью. Неудовлетворение потребности может вести либо к изменению нормальной жизнедеятельности человека, либо к его гибели.

В основе официально принятого в России метода измерения бедности лежит концепция абсолютной бедности, когда определяются минимальные потребности (нужды) и круг товаров и услуг, удовлетворяющих эти потребности (состав так называемой минимальной потребительской корзины).

В октябре 1997г. был принят Федеральный Закон «О прожиточном минимуме в Российской Федерации». Согласно этому закону была утверждена новая концепция разработки прожиточного минимума с использованием нормативного метода расчета минимальной потребительской корзины.

Данный закон сам по себе не вводит каких-либо новых социальных прав. Однако в нем закрепляется имеющий исключительно важное значение принцип взаимосвязи между размером минимальной заработной платой (а, следовательно, и пенсий по старости, стипендий, пособий и других социальных выплат) и величиной прожиточного минимума. Последняя является той основой, исходя из которой, устанавливается не только минимальная заработная плата, но и все социальные выплаты (п. 1 ст. 5). Принятие в 1999 – 2000 гг. на правительственном уровне ряда нормативных актов, среди которых – «Методика исчисления величины прожиточного минимума в целом по Российской Федерации», утвержденная постановлением Минтруда России и Госкомстата России в апреле 2000г., означает практическую реализацию Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации». Применительно к методам измерения бедности в России это означает переход на новую методику исчисления данного социального норматива (в основе которой лежит нормативный метод) с получением новой, более высокой величины прожиточного минимума.

Таким образом, 2000г. оказался переломным с точки зрения применяемых подходов к количественному измерению бедности в рамках её абсолютной концепции.

Наиболее уязвимыми остаются молодежь, женщины, лица пенсионного возраста, малоквалифицированные рабочие. Наряду с бедностью и нищетой (иногда именуемой глубокой бедностью) выделяют обездоленность. Обычно ими являются дети, инвалиды, безработные, пенсионеры, представители другой расы или нации, а также хронически бедные. Сегодня угроза обнищания нависла над вполне состоятельными социально-профессиональными слоями населения. Социальное дно, к которым относятся – нищие, бомжи, беспризорные дети, уличные проститутки, готово поглотить и уже поглощает крестьян, низкоквалифицированных рабочих, инженерно-технических работников, учителей, творческую интеллигенцию, ученых. Процесс массовой пауперизации мало зависит от воли людей. В обществе действует эффективный механизм всасывания человека на дно. Главными элементами этого механизма являются экономические реформы, криминальный мир и неспособное защитить своих граждан государство. Поэтому можно считать, что бедность – это не только минимальный доход, но особый образ жизни, передающиеся из поколения в поколение нормы поведения, стереотипы восприятия и психологии.

Сложившаяся в стране модель бедности – это, прежде всего, результат низкого уровня доходов от занятости и, как следствие, через их налогообложение – низкого уровня социальных трансфертов. В этой связи феномен российской бедности можно определить, прежде всего, в терминах категорий «рыночной бедности» - бедности, связанной с местом (экономически активного) населения на рынке труда.

В обществе может быть ликвидирована абсолютная бедность, но всегда сохранится относительная. Ведь неравенство – неизменный спутник сложных обществ. Таким образом, относительная бедность сохраняется даже тогда, когда жизненные стандарты всех слоев общества повысились.


Список литературы:

1.         Дашкевич П.Р. «Неравенство распределения дохода как фактор экономического роста в некоторых переходных странах» – М. ЮНИТИ, 1995

2.         Денисов П.Р. Социальное расслоение общества: причины, последствия и меры по ограничению //Экономист, 1997 №1

3. Кржижановский Г.М. К идеологии социалистического строительства //Плановое хозяйство, 1926 №2

4. ФЗ «О государственной социальной помощи»

5. ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации»

6. Госкомстат России. Уровень жизни населения России. Статиститческий сборник. М. 1999г.

7. Кравченко А.И. Введение в социологию М. 2006г.

8. Фролов С. С. Основы социологии, Юристъ, М.,1997 г.

9. Экономика: Учебник./ Под ред. Булатова А. С. 2 – е изд. Перераб. И доп. – М.: Издательство БЕК, 1997г.


[1] Хомелянский Б. Н. Уровень жизни населения России: современное положение, тенденции развития.// Эко. – 1999. - №3 – с.147.

Государственный комитет статистики РФ.

[2] Хомелянский Б. Н. Уровень жизни населения России: современное положение, тенденции развития.// Эко. – 1999. - №3 – с.149.


Информация о работе «Социальное неравенство и бедность в рыночной экономике»
Раздел: Социология
Количество знаков с пробелами: 109174
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 1

Похожие работы

Скачать
78051
4
5

... в число высвободившихся из сферы производства является самым лучшим организатором дисциплины труда и, кроме того, создает условия для поддержания качества затрат труда. В силу этих причин умеренная безработица (от 3 до 5%) считается необходимым спутником развития рыночной экономики. Либеральная и социал-демократическая политэкономия рассматривают безработицу в совершенно ином аспекте. Они видят в ...

Скачать
44736
0
1

... близок к единице, это приводит к дисбалансу: преобладание большинства семей, живущих одинаково бедно, над ограниченным меньшинством, присваивающим подавляющую долю национального дохода. В условиях рыночной экономики при нормальном осуществлении государством перераспределительных функций такие крайности исключены. 1.3 Измерение и сопоставление доходов   Поскольку доходы выступают основным ...

Скачать
58640
4
5

... гарантий и социальной защиты населения, сложившая­ся в России к началу экономических преобразований, в целом со­ответствовала принципам социального рыночного хозяйства. Но с точки зрения критериев рыночной экономики социальная роль го­сударства была чрезмерно патерналистской, хотя и обеспечивающей удовлетворение широкого круга всесторонне регламентированных потребностей, но сковывающей личную ...

Скачать
61264
5
0

... . - гарантирование государством сбережений населения в частных банках, пенсионных фондах и страховых компаниях. При реализации тех или иных направлений социальной политики государство сталкивается со многими проблемами. При становлении рыночной экономики в нашей стране преодолеваются серьезные противоречия, связанные с бесплатностью распределения некоторых благ и услуг из общественных фондов ...

0 комментариев


Наверх