1.1 Истоки ближневосточной политики Германии в конце XIX в.

В 1871 г. благодаря военным усилиям монархической Пруссии было завершено объединение Германии. Наступил конец политической раздробленности одной из крупнейших стран Европы. Это явилось событием широкого исторического масштаба, влияние которого на международные отношения эпохи сказалось незамедлительно.

С образованием Германской империи возникла новая ситуация, существенно изменившая расстановку сил не только на Европейском континенте, но и во всем мире. «Появился новый хищник, создалась в 1871 г. новая капиталистическая держава, развивающаяся неизмеримо более быстро, чем Англия. Это - основной факт»,- писал В. И. Ленин [21; с. 73].

Проблема объединения Германии назревала давно. Ее решения требовали национальные интересы немецкого народа, весь ход экономического и политического развития страны. «Немецкая промышленность и торговля настолько развились, сеть немецких торговых фирм, охватившая мировой рынок, так расширилась и сделалась настолько густой,- писал Фридрих Энгельс,- что система мелких государств у себя дома и бесправие и беззащитность за границей не могли быть далее терпимы» [19; с. 89].

В результате того, что объединение Германии произошло не революционным путем, а «сверху» [1; с. 13], под главенством милитаристского государства, последствия этого прогрессивного по идее исторического акта - воссоединения страны - обернулись несчастьем не только для немецкого народа, но и для многих других народов мира.

Аннексии чужих территорий сочетались в политике Германской империи с диктатом и запугиванием соседних государств-, с усилиями по сколачиванию военных блоков. Все это предпринималось ради достижения гегемонистских целей германского империализма в Европе.

Характерными признаками внешней политики империи стали различного рода политические комбинации, направленные на изоляцию «недавно побежденной»[1; с. 23] Франции, откровенно антирусская позиция в период русско-турецкой войны 1877-1878 гг., постоянные попытки провоцирования европейских кризисов. В 1883-1885 гг. начались колониальные захваты Германии, следствием которых оказался англо-германский антагонизм, сыгравший важную роль в возникновении первой мировой войны.

Первопричиной германской экспансии - политической и военной - явились социально-экономические процессы, характерные для Германии в последней трети XIX в. Объединение Германии дало мощный толчок ее капиталистическому развитию. Ликвидация таможенных барьеров, свобода передвижения для населения, введение единой системы мер и весов, принятие единого торгового кодекса и другие подобные мероприятия, проведенные после объединения, обеспечили развитие общенационального внутреннего рынка, открыли широкие возможности для свободного развития промышленности и торговли. Начавшаяся вслед за этим капиталистическая индустриализация Германии сразу же взяла высокие темпы. Этому, в частности, способствовало получение 5 млн. фр. контрибуции после франко-прусской войны 1871 г., а также совпадение времени индустриализации с периодом крупнейших научно-технических открытий, приведших к коренным изменениям в технологии производства.

Как и в других передовых капиталистических государствах, индустриализация Германии сопровождалась появлением крупных промышленных предприятий, развитие которых в условиях капиталистических отношений вызвало к жизни концентрацию производства и связанные с ней концентрацию и централизацию капитала. Интенсивность процесса образования последних привела к быстрому возникновению монополистических объединений, которые на рубеже XIX и XX вв. превращаются в одну из основ всей хозяйственной жизни страны.

Капитализм эпохи свободной конкуренции в Германии сменился монополистическим капитализмом - империализмом. С этого времени стержнем внешней политики Германской империи становится захват новых территорий, распространение своего влияния на другие страны. «Погоня за колониями в конце XIX века, особенно с 1880-х годов, со стороны всех капиталистических государств,- писал В. И. Ленин,- представляет из себя общеизвестный факт истории дипломатии и внешней политики». В первых рядах участников этой «погони» оказывается кайзеровская Германия. На смену прежним гегемонистским устремлениям в Европе приходят великодержавные притязания на участие в «мировой политике»[21; с. 90].

Реальную основу этих притязаний составляли не воля канцлера, рейхсканцлера или членов его кабинета и не особенности «психологического склада» немецкой нации, а интересы монополистического капитала, для которого границы империи теперь уже становились тесными. Однако в условиях, когда мир оказался поделенным между другими империалистическими хищниками, новые территориальные приобретения могли быть осуществлены только насильственным путем, и монополистический капитал Германии, тесно связанный с прусско-юнкерским милитаризмом и опирающийся на «бюрократически сколоченный, политически охраняемый военный деспотизм»[24; с.56], безоговорочно выбирает этот путь. Он выступает наиболее решительным сторонником и инициатором насильственного передела мира.

В силу ряда особенностей, обусловивших крайнюю реакционность и агрессивность германского империализма, выдвинутая им программа экономической и политической экспансии, по сути дела, оказалась направленной на завоевание мирового господства.

Экспансионистская программа германского империализма предусматривала не только захват азиатских, африканских и южноамериканских владений Англии, Франции и некоторых других колониальных держав, но и расширение границ Германской империи в самой Европе за счет присоединения территорий Австрии и целого ряда областей, принадлежавших Голландии, Дании, Швейцарии, Франции и другим государствам. По расчетам идеологов германской экспансии, успех этой политики должен был привести к образованию «Великогермании», к созданию всегерманской «Срединной Европы» - своего рода сверхдержавы, которая диктовала бы свою волю всем остальным государствам мира.

Отторгнув от Франции Эльзас и часть Лотарингии (Франкфуртский мирный договор от 10 мая 1871 г.), германский милитаризм сформулировал печально известную доктрину «Натиска на Восток» («Дранг нах Остен»), над выработкой и пропагандой которой немало потрудились пангерманцы - эти самые воинствующие выразители идеологии агрессивного германского империализма [18; с. 23-24].

На Востоке германский экспансионизм вынашивал планы расчленения Российской империи, установления своего господства над обширными районами Прибалтики, Украины и Кавказа.

В захватнических устремлениях германского империализма особое место отводилось Ближнему Востоку, где перекрещивались политические и стратегические интересы основных империалистических держав, соперничавших между собой.

По замыслу вдохновителей германской экспансии, установление в этом районе экономического и политического преобладания Германии должно было обеспечить империи выход к Персидскому заливу и создание прочных позиций на подступах к Индии.

В качестве опорного пункта, откуда можно было бы начать распространение своего влияния на весь Ближний Восток, германские империалисты избрали Оттоманскую империю. Выбор этот был обусловлен не только стратегическим расположением владений султана на стыке трех материков - Африки, Европы и Азии, но и другими немаловажными факторами.

Еще во времена свободной конкуренции, когда политико-стратегические интересы Германии как единого государства на Ближнем Востоке еще отсутствовали, товары немецкого производства успешно прокладывали себе дорогу в самые отдаленные уголки обширной Оттоманской империи. Немецкие путешественники, исследователи, врачи и инженеры были желанными гостями при многих дворах местных правителей и в домах феодальной знати Турции.

Уже в этот период стал складываться ряд связей, которым в последующем, в эпоху становления и развития господства монополистического капитала, суждено было обрести существенное значение в немецко-турецких отношениях.

Победа Пруссии над Австрией (1866) и Францией (1871), объединение Германии и быстрый рост ее экономического и политического могущества производили огромное впечатление на всем Востоке, и прежде всего в Турции.

В глазах султана и его окружения для раздираемой центробежными силами национально-освободительного движения и феодального сепаратизма Оттоманской империи с ее отсталой экономикой и слабыми вооруженными силами пример Германии казался идеальным.

В представлении султана и его приближенных кайзер был образцом властелина, рейхсканцлер - образцом великого визиря, а опрусаченная армия Германии - примером организации вооруженных сил, призванных подавлять неверных внутри империи и устрашать врагов за ее пределами.

В Константинополе всегда высоко ценились и с большой охотой принимались услуги прусских военных советников и специалистов. Султанскому двору, встревоженному все чаще проявлявшейся слабой организацией собственной армии, явно импонировали вымуштрованные на прусский лад батальоны и полки [20; с. 134].

Одним из первых и наиболее известных военных специалистов, приглашенных в Константинополь еще до образования Германской империи, был прусский генерал Мольтке, ставший впоследствии фельдмаршалом Пруссии и начальником генштаба Германии. Именно Мольтке с 1835 по 1839 г. являлся инструктором турецкой армии и немало усилий приложил для ее модернизации с учетом изменений, происходивших в армиях европейских государств.

Мольтке активно содействовал разработке планов оборонительно-наступательных действий турецкой армии в Восточной Анатолии. Здесь, у самых границ Закавказья, под руководством будущего немецкого фельдмаршала производились топографические съемки. Мольтке были составлены первые крупномасштабные карты этого района, которыми пользовались в турецкой армии вплоть до первой мировой войны [20; с. 150-151].

В этих условиях в стране, естественно, быстро усиливались прогерманские настроения. Правящие круги Оттоманской империи все больше тяготели к политике тесных и многоплановых взаимоотношений с кайзеровской Германией. Многие влиятельные лица из окружения султана рассматривали сближение с Германией как защитную меру от усиливающегося давления великих держав. Сторонники прогерманского курса утверждали, что подобный курс - необходимый элемент традиционной для Турции политики самосохранения путем искусного лавирования при столкновении интересов враждующих между собой противников.

Наряду с этим обстоятельством важным фактором зарождения и роста заинтересованности правящей верхушки султанской Турции в военно-политическом союзе с Германией оказалось существенное различие, имевшее место в ближневосточной политике германского империализма, с одной стороны, и его англо-французских соперников - с другой. В то время как англичане и французы начиная с конца XIX в. делали откровенную ставку на расчленение Османской империи и захват ее владений, германские империалисты выступали с лозунгами о защите целостности и неприкосновенности территории Турции, ловко маскируя при этом свои намерения постепенно добиваться политического и экономического господства над всей султанской империей в целом.

В распространении прогерманских настроений на Востоке немалую роль сыграла и пропаганда пангерманцев. Целью пропаганды, развернутой пангерманцами в Турции, было доказать, что Германия является для Турции бескорыстно дружественным государством.

Важным этапом в этой пропагандистской кампании были речи кайзера Вильгельма, произнесенные им во время посещения Ближнего Востока.

Заявление кайзера о возвышенных чувствах ко всем мусульманам и своему новому другу - «королю всех королей и халифу всех халифов» султану Абдул Гамиду - расценивались некоторыми европейскими наблюдателями как красивый жест в адрес гостеприимного восточного монарха [15; с. 65].

В действительности же «паломничество» кайзера «в святые места» [15; с. 67] и его напыщенные заявления преследовали куда более реальные цели. И это отлично понимали немецкие банкиры и промышленники.

Рост политического влияния Германии в то время открывал широкие перспективы перед немецким монополистическим капиталом для проникновения в Оттоманскую империю.

Представители немецких деловых кругов настойчиво добиваются приобретения ключевых позиций в промышленности, на транспорте, в сельском хозяйстве и финансах Турции еще с 80-х годов XIX в. Особенно упорно, как известно, добивались немецкие предприниматели права получения концессии на постройку Багдадской железной дороги, которая рассматривалась империалистами Германии как важнейшее средство укрепления влияния на Ближнем Востоке и осуществления своих планов дальнейшей экспансии.

В результате этой борьбы накануне первой мировой войны в руках Германии оказалось 67,5% всех капиталовложений в железнодорожное строительство в Оттоманской империи. Значительно возросла доля участия немецкого капитала в горнодобывающей промышленности и в некоторых отраслях сельского хозяйства, в частности в производстве хлопка, расширился также немецко-турецкий торговый обмен.

Одновременно с экономическим проникновением, но с большей интенсивностью шло усиление политического влияния германского империализма в Оттоманской империи.

Посылка военных миссий во главе с фон дер Гольцем (1883-1895) и Лиманом фон Сандерсом (1913-1918), реорганизация турецкой армии и ее перевооружение, подготовка офицерского корпуса в военных академиях Пруссии и т. п. обеспечили Германии прочные позиции в вооруженных силах и при султанском дворе [15; с. 78].

Чем больше усиливалось влияние кайзеровской Германии на Ближнем Востоке, тем откровеннее выступала она в поддержку внутренних и внешнеполитических акций султанского правительства Турции, в защиту территориальной целостности Оттоманской империи и за сохранение господства турецкого военно-феодального деспотизма над порабощенными народами.

Расчеты германских империалистов строились на том, что подобная политика, во-первых, давала возможность ослабления на Ближнем Востоке позиций конкурентов - старых империалистических держав, вынашивавших планы раздела Оттоманской империи; во-вторых, обширные территории, охраняемые от соперников штыками послушного сателлита, оказывались полем деятельности германского торгового и промышленного капитала, и, в-третьих, традиционная политика экспансионизма, проводимая турецким правительством, обеспечивала распространение германского влияния на новые районы.

К числу таких привлекающих Берлин районов относилось и Закавказье, извечный объект агрессивных устремлений захватчиков всех времен, в том числе и османов, которые со дня своего появления на Ближнем Востоке не давали покоя народам этого края [22; с. 34].


Информация о работе «Империалистическая политика Германии на Ближнем Востоке в периоды Первой и Второй Мировых войн»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 63712
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
42861
0
0

... до 1945г. В то же время, 13 апреля 1941г в Москве был подписан договор между Японией и СССР о нейтралитете сроком на 5 лет. В краткой работе не могут быть рассмотрены все причины Второй мировой войны, для этого историками пишутся монографии и многотомные исследования, споры о её причинах ведутся в мировой науке уже более 60 лет. Заключение война разрушение ущерб конфликт Зарождение второй ...

Скачать
61246
0
0

... как определяющий элемент военной ситуации на Балканах   2.1 Балканская стратегия У. Черчилля Для того чтобы понять характер и особенности политики Англии в отношении Югославии во время Второй мировой войны, остановимся подробнее на "балканской стратегии" У. Черчилля. Причем необходимо отметить, что в современной историографии проблема практически не нашла серьезного комплексного освещения. ...

Скачать
40120
0
0

... -фашистские войска заняли Прагу. Ни Франция, ни Англия не объявили мобилизации. Итак, первый пункт своей программы на 1939 год Гитлер выполнил. Теперь он мог сосредоточиться на втором пункте - Польше. С этого дня началась подготовка к началу второй мировой войны. Мартовские событие 1939 г. положили начало военно-политическому кризису в Европе, завершившемуся возникновением второй мировой войны. " ...

Скачать
87458
1
0

... Африки. Самым популярным словом, которое в разных концах Земли произносили почти с религиозным трепетом, было слово "мир". Но не прошло и года, как за Второй мировой пришла новая - "холодная война". Глава II. Специфика внешней политики СССР Когда Советская Армия начала освобождать от фашизма страны Европы, там уже действовали антифашистские силы, опиравшиеся на успехи Советской Армии. В ...

0 комментариев


Наверх