Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация


2.2 Медиавирус с ракурса красноярского СМИ, пабликов в социальной сети «Вконтакте» и вовлеченной в эксперимент аудитории

После появления информации на странице Константина Старостина в социальной сети «Вконтакте» о том, что он собирает деньги на размещение своей фотографии на баннере, к данному событию подключились не только простые люди, но и красноярское СМИ «Проспект Мира». 1 декабря на сайте интернет-издания появилась новость с заголовком «Студент собирает деньги, чтобы попасть на баннер СФУ».

Ни одной из форм медиавируса в тексте интернет-издания найдено не было, они просто написали жесткую новость без каких-либо рассуждений или собственных вставок. Однако позже эта же новость была продублирована в официальную группу СМИ в социальной сети «Вконтакте» с вопросом: «Поможем парню?». То есть «Проспект Мира» снова никак не прокомментировал данную ситуацию, а этим нейтральным вопросом вызвал ажиотаж у аудитории.

Большая часть негативно высказывалась по поводу данной затеи. К.Старостину советовали идти работать, люди в виде злых подшучиваний просили скинуться на их мечту, а также скидывали в комментарии интернет-мемы.

Рисунок 4 – мем читателя в комментариях в «Вконтакте»

Но были и те, кто защищал К. Старостина, оправдывая его мечту тем, что все люди о чем-либо мечтают; что это краудфандинг, который у нас в стране, к сожалению, не развит, поэтому большая часть реагирует негативно. Защитников было гораздо меньше, в связи с чем между людьми даже возникали конфликты.

Рисунок 5 – конфликт между участниками полилога

В комментариях аудитории присутствуют формы медиавируса, о которых говорила Е.В. Выровцева.

На первое место здесь выходит речевая агрессия, потому что участники не только нелестно высказываются на счёт К. Старостина, но и спорят друг с другом. Такая форма речевого поведения стала нормой, особенно для социальных сетей, где разрешается практически всё. Люди используют бранные слова, нецензурную лексику, чтобы заткнуть мнимого врага за пояс, хотя на самом деле провоцируют еще больший конфликт. Также для зрелищности используются интернет-мемы с негативным подтекстом. Можно даже сказать, что речевая агрессия преобладает в социальных сетях. «А что, пойти и заработать сейчас не в тренде, модно милостыню просить в инете?», - написала Ксения Краснова. «Не очень хорошо считать чужие деньги, но ничего, что он эту сумму поднимет за две свадьбы? Костик не самый дешевый ведущий в городе, ага. Просто хайпа захотелось «простому пацану из Уяра», - поделилась своим мнением Анастасия Чекан.

Помимо агрессии, авторы комментариев часто используют прием «словомейкерство». Например, в конфликтной ситуации под постом «Проспекта Мира», Ребе Ияк использовал слово «Костянеда», которое, как нам кажется, он образовал от имени американского писателя Карлоса Кастанеды. Такой приём используется как эффективное средство оценки объектов современной действительности и как способ воздействия на аудиторию, помимо этого, нужно иметь определенный опыт и знания, чтобы понять, о чем идет речь. Следовательно, этот приём может плавно перетекать в такую стилистическую особенность, как интертекстуальность, как происходит в данном случае. Автор комментария искал оригинальный способ, чтобы как можно лучше передать свою мысль о ситуации.

А если процитировать предложение, где упоминался «Костянеда», то можно также увидеть «иронический цинизм»: «Считаю, никто не против финансового благосостояния Костянеды, или богемного его образа жизни, просто это неуважение к большей части людей…». Такая форма критики автора направлена на разрушение позитивного образа К. Старостина.

5 декабря в интернет-издании «Проспект Мира» появилась новость с заголовком «Красноярский студент потратил собранные для себя пожертвования на благотворительность». В тексте проспекта мира на сайте мы снова не нашли ни одной из форм медиавируса, но, перейдя на их страницу в социальной сети «Вконтакте» снова обнаружили ажиотаж аудитории, причём, казалось бы, положительно настроенных людей должно было быть больше, но аудитория посчитала этот парадокс-проект неоднозначным.

Авторы «Проспекта Мира» к новости сделали приписку: «Уф, а мы-то уж подумали, что зазвездился парень». В данном предложении можно обнаружить приём «словомейкерство» и скрытую речевую агрессию, то есть, у редакции изначально было негативное отношение к данному проекту, но они просто его не выразили, а дали возможность высказываться аудитории.

Люди, вовлеченные в дискуссию в комментариях, снова прибегли к методам речевой агрессии, уличив Константина Старостина в нечестной «игре». Многие думали, что он пожертвовал деньги детям, лишь потому, что в обществе было много противников его идеи с фотографией, по мнению людей, он просто испугался и решил выкрутиться из ситуации таким благородным образом.

Рисунок 6 – речевая агрессия аудитории в социальной сети «Вконтакте»

Все эти формы медиавируса, использованные редакцией «Проспекта Мира» и аудиторией, участвовавшей в обсуждении, безусловно содержат ритуальные компоненты медиа, которые выделила И.Ерофеева. К ним мы вернёмся позже, когда проанализируем паблики СФУ.

Официальный паблик Сибирского Федерального Университета в социальной сети «Вконтакте» 1 декабря опубликовал у себя новость о К.Старостине с заголовком «Ваш любимый ведущий хочет на фасад СФУ», затем, в самом тексте, Константина Старостина определили как «всея ведущего СФУ». Здесь был использован «эффект оракула», то есть, молодому человеку сразу были приписаны положительные черты, за счёт которых должен был сложиться привлекательный образ, создалось впечатление давления за счёт авторитета.

В данном паблике аудитория была не так активна, всего под сообщением находилось три комментария, в которых мы снова обнаружили речевую агрессию: «Ребят, а я мечтаю увидеть Ламборджини в своем гараже, скиньте по сотке плз. По-моему это эгоистичное и бесполезное занятие. Опровергните, если не прав», - написал Андрей Макидонский.

2 декабря в официальном паблике СФУ появилась новость с заголовком «Байкал на фасаде СФУ». Сначала кажется, что эта новость никак не относится к медиавирусу К. Старостина, но затем в тексте наблюдаем несколько отсылок к этому медиасобытию: «сегодня баннер, к которому со вчерашнего дня приковано повышенное внимание, обновили. И нет, не портретом Константина»; «конкурс «По домам» уже стал традиционным для СФУ, поэтому обязательно захватите с собой фотоаппарат на каникулы. Есть шанс, что и ваше фото попадёт на баннер в следующем году. Бесплатно и без смс». В этих предложениях четко прослеживается стилистическая особенность «интертекстуальность» и «иронический цинизм».

Сообщение «Баннера не будет, но не расходимся», опубликованное 6 декабря, вызвало наибольший интерес публики. Люди снова спорили друг с другом, является ли этот эксперимент удачным, обман ли то, и зачем это нужно было Константину. В этих комментариях снова прослеживалась агрессия и «иронический цинизм».

Рисунок 7 – агрессия в официальном паблике СФУ

16 декабря была опубликована запись, где предлагалось почитать новый выпуск газеты «Новая Университетская жизнь», чтобы узнать о выводах социального эксперимента К. Старостина. Сделано это было для того, чтобы обеспечить повторную демонстрацию.

В пабликах «Информер ИФиЯК», «Телевидение СФУ» и «Профком СФУ» активности публики не наблюдалось, зато авторы новостей о Константине Старостине в данных пабликах сами грамотно использовали ритуальные компоненты медиа, чтобы привлечь аудиторию к этому социальному эксперименту.

Все три паблика использовали связь с эйдосферой, сопроводив свои тексты картинкой, ориентировались на человеческий фактор и добавили зрелищности за счёт того, что поставили К. Старостина в статус «небожителя»: «самый популярный ведущий СФУ»; «Костя Старостин - как Ургант, но в СФУ, Костя Старостин – человек, ради которого люди ходят на «Прошу слова», Костя Старостин – гордость нашего института»; «любимый многими ведущий, интеллектуал и автор множества социальных экспериментов».

К тому же, паблики пытались использовать компонент ритуальной интеграции, говоря о том, что только вместе мы едины, необходимо помогать друг другу: «Обойти стороной его «зов о помощи» мы не могли, ведь на то и существует студенческое сообщество, чтобы помогать друг другу. Этот принцип стар, как мир, и такие акции это только подтверждают. Помогать друг другу можно не только в горе, но и в радости», - написали в паблике «Профком СФУ».

Эмоциональная подстройка в виде «мечты, которая обязательно должна исполниться на Новый Год», тоже принесла свои плоды и некоторым образом манипулировала людьми.

В целом, в данных пабликах было гораздо меньше ажиотажа, чем на странице у Константина. За весь период эксперимента охват его аудитории на личной странице в социальной сети «Вконтакте» возрос до 7000 человек, 115 людей оставили свои комментарии под его записями, и 1800 приняли участие в двух опросах.

Агрессия на этот раз проявлялась не только в комментариях, но и в самом опросе, потому что большая часть людей посчитала, что «это не идея, а чухня полная» (41,1% от общего числа опрошенных). Агрессорами и инициаторами провокационных иронических высказываний в этот раз выступали не только люди, участвующие в социальном эксперименте, но и сам К. Старостин, который также вызывал людей на эмоции.

Рисунок 8 – агрессия со стороны К. Старостина и аудитории

Общий анализ освещения медиавируса «Хочу на фасадник» в СМИ, в пабликах СФУ, а также наблюдение за вовлеченностью и реакцией аудитории, позволил подтвердить наши предположения о том, что данное медиасобытие является медиавирусом. Помимо этого, были сделаны промежуточные выводы о том, что характерные черты, присущие медиавирусу, и его формы обладают ритуальной составляющей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В рамках данной курсовой работы была поставлена проблема использования ритуальных компонентов для создания медиавирусов.

С помощью использованных научных методов и выполненных теоретических и практических задач, цель, поставленная в работе и заключающаяся в доказательстве ритуального характера медиавирусов с помощью анализа представленного в работе медиавируса «Хочу на фасадник», была выполнена.

Резюмируя, необходимо обозначить несколько главных выводов, которые были сделаны на основе проанализированного нами материала.

· Медиасобытия, вызывающие подлинные социальные перемены, представляют из себя медиавирусы, состоящие из оболочки и мема;

· Мем можно считать успешным, если он способен «вцепиться» в память, вызывать любые эмоции, вовлекать в общение. Важно понимать, что мем распространяет не информацию, а знак, и вовлекает новые социальные группы в равноправный диалог. Для успеха мема необязательно полное его понимание.

· Успешно сделанный мем, который отличается не только переадресовкой к большому количеству информации, но и вызывает общественный резонанс, превращается в медиавирус.

· Основными характерными чертами медиавирусов можно считать: эмоциональную составляющую, апелляцию к бессознательному, необязательность логического осмысления, формирование взглядов и поведенческой реакции у организма-хозяина, усложнение картины миры, обнаженные дискурсы (ценностно-идеологические, философские и т.д.), провокационное начало, развитие в двух мирах.

Исследование теоретических данных и материалов в практической части позволило сопоставить характерные черты медиавируса и его формы, о которых в своей статье написала Е.В.Выровцева, и ритуальные компоненты медиа, которые выделила И.В. Ерофеева. Методом сравнительного анализа мы пришли к заключению, что ритуальные компоненты действительно используются при создании медиавируса.

Ориентированность медиатопики на человеческий фактор в проанализированном медиавирусе «Хочу на сфасадник» выражена в том, что эта тема была провокационной и интересной для окружающих, её направленность на человеческие потребности - «перемыть кости оступившемуся» - хорошо сработала и вызвала общественный резонанс. СМИ, журналисты и их аудитории постоянно находится в поисках «камня мудрости», а социальные эксперименты помогают им в этом.

Ритуальная интеграция произошла за счёт того, что люди объединились в одном моменте времени и пространстве. Незнакомые до этого, они учили жизни не только самого Константина Старостина, но и друг друга. Из-за первобытного страха людей остаться в одиночестве, они стремятся к массе, а для того, чтобы существовать в социуме, необходимо не быть «белой вороной», и не выделяться из толпы. Для этого человеку нужно быть в курсе всех значимых событий.

За счет того, что люди отвлекались от обыденности и полностью погружались в виртуальный мир, пытаясь доказать друг другу свою точку зрения, они испытывали, в некотором роде, релаксацию и экстаз, позволившие отлучиться от рутинных обязательств.

Насыщенность эмоциями и экспрессией присутствовала из-за многозначности проекта и выражалась в противостоянии небольшого лагеря «за» и огромного лагеря «против», а также в речевой агрессии, «словомейкерстве» и «ироническом цинизме». Помимо этого, сам медиавирус, а точнее мем, заложенный в нем, является экспрессивным и ориентируется на потребности адресата.

Ритуал подразумевает не только форму подачи информации, но и установление социально-эстетических ценностей жизни и культуры. Мир новых истин оформляется вербально. Это выражается в том, что сказанное публично, уже тяжелее подвергается сомнению. Ритуалы направлены на создание картины о ценностях жизни, культуре. Здесь Константин Старостин выдвигает псевдоценности, из-за чего и возникает интерес к эксперименту. Каждый считал своим долгом научить его и остальных, как нужно поступать и жить «по правилам».

Использование таких ресурсов как социальная сеть «Вконтакте» и Instagram позволило усилить ритуальную интеграцию, а также подключить связь с эйдосферой и создание образа, выполняющего семантическую и эстетическую задачи. Визуализация контента, или мир графических образов и живописных форм, нашёл выражение в картинках, используемых К.Старостиным, а также в интернет-мемах и стикерах (эмоции, обозначаемые картинками), которые люди постоянно использовали для выражения своих эмоций (положительных и отрицательных).

Окуривающим средством в данном медиавирусе выступила вовремя спланированная «новогодняя мечта» К.Старостина. Своего рода эмоциональная подстройка была направлена на то, чтобы основная информация отходила на второй план, а эти символы работали как подсказка, определяющая направление мысли (у каждого человека есть мечта, почему бы не помочь осуществиться моей).

Повторную демонстрацию обеспечил не только сам Константин Старостин, ежедневно размещающий у себя на странице сообщения, связанные с медиавирусом, но и «Проспект Мира», а также паблики СФУ. Повтор действий – неотъемлемая канва медиаритуала. Только при условии повтора информация лучше усваивается и становится очевидной.

За компонент зрелищности, основанный в данном случае на «эффекте оракула», отвечал сам Константин Старостин. Являясь не просто человеком, а медиаактивистом, придерживающимся концепции «я-бренд», К.Старостин пытался утвердить те или иные ценности. Помимо этого Константин Старостин обращался к экспертам («эффект оракула»), использовал визуализацию своего контента (связь с эйдосферой – мир графических образов и живописных форм, которые человек воспринимает с помощью зрения) и усилил компонент зрелищности за счет конкурса приветов и использования социальной сети «Вконтакте», где существует моментальная обратная связь в виде комментариев под сообщениями, аудитория перестала быть аудиторией, а стала участником события.

Учитывая все вышесказанное, можно сделать вывод, что все участники данного медиавируса (вольные и невольные), осознавая или нет, с помощью ритуальных компонентов делали всё, чтобы привлечь к данному медиавирусу как можно больше людей, распространив его дальше по инфосфере. Ведь медиапространство не определяется как совокупность средств массмедиа, но выступает как независимая реальность, образованная от взаимодействия СМИ и общества или отдельных индивидов в целом. Отсюда следует, что ритуальные компоненты медиа используются не только с целью коммуникации, социализации, интеграции, но и с целью манипуляции, что хорошо прослеживается в создании и развитии медиавируса «Хочу на фасадник».

Таким образом, ритуальные компоненты действительно принимают участие в строительстве медиавируса и даже могут сделать его ещё масштабнее и опаснее для общества.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1 Акулиничев А.С. Подача информации в современных русских интеллектуальных журналах: фрагментарность и культивирование медиавирусов / А.С.Акулиничев // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 8: Литературоведение. Журналистика. – 2013. - №12. – Режим доступа: http://cyberleninka.ru/article/n/podacha-informatsii-v-sovremennyh-russkih-intellektualnyh-zhurnalah-fragmentarnost-i-kultivirovanie-mediavirusov


Информация о работе «Ритуальные компоненты медиа как составляющие медиавируса»
Раздел: Маркетинг
Количество знаков с пробелами: 122086
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 8

0 комментариев


Наверх